Джинния - Галина Черная

— Ш-ш-што вам понадобилос-сь, с-смертные, в моем лес-су? — задал он стандартный вопрос лесного чудища и, не дожидаясь ответа, перекинул через плечо тушку убиенного гигантского черного комара-мутанта и прошел мимо. Вернее, прополз на мощном длинном змеином хвосте, которым у него заканчивалось туловище. Довольно равнодушное отношение к нашему визиту, не находите?! Может, устал от гостей?

— Да так, решили прогуляться, отдохнуть на лоне природы, а вспомнив, что вы живете тут неподалеку, решили зайти на чашку индийского чая, — с поклоном соврала я.

— Яс-сно, так что вам нужно? Говорите и проваливайте, ради Куберы, иначе да падет на вас-с его проклятие!

— Что за проклятие? — прошептала я Акисе на ухо.

— От его проклятия вс-се вы превратитес-сь в рак-шасов и отс-станете от меня. — Наг, видимо, обладал редким слухом. Он остановился на пороге норы, лениво потроша комара заточенным когтем, при этом его длинный раздвоенный язык энергично извивался в такт усилиям хозяина. — Задержитес-сь тут еще на мгновение, и я его позову, о надоедливые с-смертные...

— Но все-таки нам нужно кое-что узнать у тебя, о великий наг, последний сын своего народа!

Услышав скорбную правду, наг на секунду замер и горько разрыдался. Из его рук (пары вполне человеческих рук, только чешуйчатых и четырехпалых) выпал полуразделанный комар.

— Не вс-споминайте о моем народе, жес-стокие! Они погибли еще с-сотни лет назад, когда из-за обвала зас-сыпало нашу подземную с-столицу Бхогавати. Величайший город из вс-сех, что когда-либо с-строились под землей, даже получше эльфийского Холма! К с-сожалению, аварийные выходы были перекрыты запутанными клубками из моих запаниковавших с-со-родичей. А все оттого, что люди с-сверху с-стали копать с-слишком глубокие фундаменты под с-свой новый город, проклятый Катманду!

— Значит, не Гаруда погубила ваш народ? Получается, в нашем мире обладают неверной информацией, теория гибели нагов от Гаруды ошибочна. — Я с укоризной посмотрела на Акису. Та засвистела какой-то мотивчик и, достав гребень, стала быстро расчесывать длинные волосы.

— Гаруда? Вы и о ней с-слыхали? А я думал, нас-с никто не помнит, — покачал головой человекозмей, смахивая слезы. — Гаруда была извечным врагом нагов, но к тому времени, когда мой народ погиб, рас-сплю-щенный между ос-садочными породами и гранитным с-слоем земной коры, ее род тоже пос-степенно вымер из-за близкородс-ственных браков.

— А вы как спаслись, когда был обвал? — с профессиональной дотошностью спросил Миша.

— Это неважно, — отвел глаза наг и активно принялся зазубренным ногтем другой руки отпиливать комару лапки. — Ладно, с-скажу, подойдите поближе.

Мы нерешительно двинулись к нему. А джинния театральным шепотом напомнила:

— Осторожнее, он может быть ядовитым, не подсаживайтесь слишком близко.

— Мои западные с-сестры и братья — ламии — умеют красиво с-свистеть, чем заманивают с-слиш-шком любопытных, я тоже когда-то умел, пока зубы не выпали, — вместо ответа пожаловался наг, так и не назвавший своего имени, хотя нам оно и не особенно было нужно, разве только для менее официального общения.

— А тот, в котором вы храните яд, тоже выпал? — с надеждой спросила я. Похоже, это был наг с неустойчивой психикой и период успокоения в любой момент мог смениться у него на жалобное нытье.

— Боюс-сь, что да, — признался он, с печальным кестом взмахивая комариной ногой. И яростно примялся соскребать с нее ворсинки.

Я мысленно возблагодарила милосердные небеса.

— Мы узнали, что ты обладаешь тайным знанием, как можно одолеть дракона, захватившего мое родное царство — город джиннов, — решилась открыть карты Лкиса.

— Допус-стим. Только зачем мне его вам открывать? — неопределенно отмахнулся наг, почему-то глядя на меня, его змеиные глаза на этот раз были какими-то... сладкими?!

— Но мы не очень-то в это верим, откуда тебе знать? — попыталась схитрить я, надеясь спровоцировать его на откровенность.

— Если бы не верили, не забрели бы в наши топи, — коварно подмигнул наг и, вдруг выпустив язык, быстро и нежно провел им по моей щеке и шее.

Я застыла. Миша оскорбленно бросился между нами, но я мягко перехватила его руку. Самое ужасное, что поцелуй нага не был так уж неприятен, его полунасмешливый взгляд обещал многое, интересно, что еще может вытворять такой язык?

— Меня зовут Нагиб, я отвечу на ваш вопрос-с, если одна из вас-с покажет мне с-стриптиз. Тут в лес-су иногда бывает нес-сколько одиноко, мне будет что вс-споминать ближайшие с-сотню лет, пока...

Он по-прежнему пристально глядел на меня.

— Пошли отсюда, мне это надоело, — раздраженно зарычал мой сосед. Тоже мне Отелло...

Нагиб высунул мокрый, горячий язык едва ли не на полуметровую длину, и я вышла из оцепенения.

Стоп, стоп, стоп! Одно дело яркие фантазии, а другое — бытовая реальность...

— Нет, я не согласна!

А джинния почти одновременно с любопытством вскричала:

— Что надо показать? Стриптиз — это как?

Я ей на ухо быстро объяснила страшное значение этого слова, ожидая, что она тут же впадет в гнев или по крайней мере глубоко задумается. Но она, даже не покраснев, почти радостно хлопнула в ладоши:

— Ах, господину Нагибу хочется посмотреть стриптиз? То есть он хочет видеть, как я снимаю всю одежду?!

— Да, и желательно поискус-сней, — кивнул, потирая руки, человек-змея, отбросив куски комара и усаживаясь поудобней на камне, закрутив вокруг него хвост в несколько колец.

— О великий Нагиб, с радостью и удовольствием я исполню твое желание, о мудрый повелитель змей! Но и ты дай обещание исполнить наше желание, посмотрев мой стриптиз, — поклонилась джинния, блеснув хитрым взглядом, но обрадованный наг, кажется, ничего не заметил.

— Я вс-сегда держу с-слово! Давай раздевайс-ся, женщина, не тяни, — нетерпеливо потребовал он, капризно надувая тонкие губы и скрещивая на груди руки, только ногу на ногу не мог закинуть.

Джинния хлопнула в ладоши, и с небес полилась музыка, не слишком мелодичная, вроде бренчания цимбал, но главное, ритмичная и очень подходяшая к завлекательному танцу Акисы.

Я попыталась закрыть Мишке ладонью глаза, видя, что он даже рот раскрыл, скоро слюни потекут.

— Это назидание для тех, кто поучается, — сказала мне джинния, приступая к исполнению танца живота. — Можешь у меня поучиться.

— Я бы предпочла индивидуальные уроки, — проворчала я, стараясь запомнить основные движения.

— Давай-давай, пери, о да, вот так! — радовался наг, крутя хвостом над головой, и даже, забывшись, попытался свистнуть, после чего на пару секунд впал в печаль.

Я ждала, в чем подвох... Зная мою хитроумную джиннию, прекрасно понимала, что без подвоха это дело просто не могло обойтись! И вот, танцуя, Акиса сняла жилетку, покрытую по кромке стразами величиной с голубиные яйца, но под ней была еще полупрозрачная блузка. За жилеткой последовали восточные остроконечные туфли, а за туфлями феска — раздевалась она без всякой последовательности. И начала расстегивать поясок, делая животом изгибы не хуже настоящей змеи. Не знаю уж, как мужчины, но я буквально вспотела под легкой маечкой, настолько это было откровенно...