Девичьи игрушки - Владимир Лещенко

– В В-де, как и в Греции, все есть, – продемонстрировал эрудицию юноша. – Принести?

– Нет, спасибо. Мне, пожалуйста, что-нибудь из местной кухни. На ваш вкус.

Молодой человек мило улыбнулся.

– Тогда рекомендую салат из свежей капусты с яблочком и киви, фаршированную щуку с разварной картошечкой под сметаной, компот из ревеня и клюквенный пирог. Для завтрака – идеальный вариант. И никаких лишних калорий…

У девушки от одного перечня блюд рот наполнился слюной. Когда же она отведала всего этого, то у нее просто не достало слов, чтоб выразить свое восхищение.

– И кто у вас шеф-поваром? – расплачиваясь по счету (почти копеечному), спросила у официанта.

– Я, – просто ответил парень.

– Вы-и?! Такой молодой и уже шеф-повар? И по совместительству официант?

Юноша рассмеялся:

– Во-первых, не такой уж и молодой. Мне двадцать семь. Успел и мир повидать, и отучиться у нас и за границей. А во-вторых, не только официант, но и владелец всего этого заведения…

– О, так вы и есть… Матвей… Селуянов?

– К вашим услугам.

Это ж какими деньгами и талантами нужно обладать, чтобы так развернуться, подумала Озерская. Вот тебе и провинция. Не оскудела Русь-матушка самородками.

На сытый желудок думалось плохо. Это только в поговорке складно молвится, что голодное брюхо к учению глухо. А на самом деле все гениальные открытия делались вовсе не сытыми сибаритами, а как раз людьми, питающимися нерегулярно.

Однако времени на сладкое бездельничанье у Вари не было. Надо сосредоточиться и определиться с планом действий.

В принципе, если следовать логике вещей, то начинать распутывание загадок «Оды Семи звездам» следовало бы от печки. То есть с Питера, где жил и творил Барков.

Но что ей даст поездка в Северную Пальмиру? По сути, произведение не описывает никаких событий и фактов, связанных с полнощной столицей. Разве только то, что там некоторое время хранилась «Книга Семизвездья», изъятая из рук некоего «клобуконосца». Ну здесь более или менее понятно. Клобук – часть одежды высшего церковного иерарха. Митрополита или патриарха. Если вспомнить лекцию профессора Стрельцова, то книга побывала в собрании патриарха Никона, а тот, в свою очередь, после своего падения отбывал ссылку в нескольких в-ских монастырях.

Но вот что это за храм, «спрятанный под землю», в котором «клобуконосец» якобы совершал ритуалы в честь Кибелы? Никон, несомненно, был выдающейся личностью своего времени, однако ж обвинить его в чернокнижии… Не слишком ли? Неплохо бы свериться с архивными материалами.

Барков, как гласит надпись, побывал в В-де зимой 1758 г. Факт его таинственного исчезновения из столицы в это самое время зафиксирован в биографии поэта. Как сообщают источники, Иван Семенович на несколько недель пропал из Академии и не появлялся на службе, так что его даже пришлось разыскивать через полицию.

В четвертой строфе смутно говорится о том, что к поэту явился некий «Приапов вестник», пославший его в глухой городишко, чтобы «развеяться». Опять двадцать пять. Неужели Барков, как он сам косвенно признается здесь же, допился до того, что ему стали мерещиться античные боги? Или Приап – реальное историческое лицо, современник стихотворца? Возможно. Но получается, что это кто-то не из академической среды. Иначе бы в Академии знали о причинах и месте отлучки господина копииста.

За подобный проступок в те времена проштрафившемуся полагалось нешуточное наказание. Искали с полицией. Нашли. И… ничего. Ни малейшей кары, ни даже взбучки. Все шито-крыто. Кто мог прикрыть безобразия поэта? Не тот ли, кто покровительствовал ему на протяжении почти всей карьеры? Начиная от громкого скандала с ректором Крашенинниковым.

Однако ж; как надо было недолюбливать своего покровителя, чтобы дать ему такое двусмысленное прозвище.

Затем в оде упоминаются еще Христовы невесты, соблазненные книгой, и братья-монахи, выступившие против еретиков. Из путеводителя следовало, что до революции в городе было великое множество монастырей. Из них один женский – Горний Покровский. Сейчас не действующий. Надо будет туда наведаться, но вряд ли удастся откопать что стоящее.

В любом случае нужно было наведаться в городской архив и к краеведам. У этих всегда найдется что-нибудь этакое, что могло затеряться в официальных бумагах.

На Варварино счастье оба нужных ей заведения располагались в одном месте – городском кремле. Так гордо именовался один из бывших монастырей, после Октября превращенный в музей и приют для множества областных управлений, ведающих вопросами культуры. Как большевики еще обком своей партии здесь разместить не додумались? С них бы сталось.

Типичная средневековая церковная архитектура. Толстые стены, башни и башенки. Точь-в-точь Новодевичий. Только не красный, а белокаменный.

Веяния времени коснулись и этих мест. Путеводитель, изданный пару лет назад, уже отчасти устарел. Половина светских учреждений, еще недавно находившихся здесь, была переведена в другие здания, а занимаемые ими помещения возвращены церкви. Так, в свои прежние хоромы переселился в-ский владыка. Отстраивалась монастырская трапезная. Полным ходом шла реконструкция кафедрального Софийского собора на площади перед кремлем.

Архивисты тоже собирались перебираться.

Это было видно по суматохе, царящей в документохранилище. Коробки с бумагами стояли там и тут. Картотечные шкафчики сдвинуты в одно место.

– Сами видите, сударыня, – уныло вздохнул заместитель директора архива по научной части. – Переезжаем. Не приведи бог переживать ремонт и переезд.

– Так вы не сможете мне помочь? – огорчилась девушка.

– Ну отчего же так сразу и кручиниться, – погрозил ей пальцем архивариус и пропел красивым баритоном. – «Капитан, капитан, улыбнитесь: только смелым покоряются моря». Какой период вас конкретно интересует?

– Средина восемнадцатого века.

– А-а, – с уважением кивнул замдиректора. – Прекрасное, скажу вам, время. Город переживал тогда подлинный расцвет. Я-то грешным делом думал, что вы пришли за выписками из предреволюционных дел. Сейчас многие приходят. Ищут наследство. Хотят заявить право на недвижимость, якобы принадлежавшую их предкам.

– И успешно?

– Кто как, – усмехнулся старичок. – Бывает, что и везет людям. Причем по-крупному. Вот, например, господин Селуянов. Не знакомы? Ах, в его гостинице остановились. Вот-вот. Знаменитый кладоискатель, между прочим…

– Кладоискатель?!

Облик молодого ресторатора никак не вязался в ее воображении с образом охотника за сокровищами.

– И, заметьте, удачливый. Для начала он заявил права на участок, на котором до начала прошлого века стояла гостиница «Лондон», построенная пращурами Матвея Петровича. Заявить-то он заявил, но откуда ж парню взять денег на то, чтобы подмазать, где нужно, и поставить дело. И вот через пару месяцев является он сюда снова и оформляет право наследства на неприметный лесной участок. Маленькая такая прогалинка в пригородном лесу. Дескать, тоже его предкам принадлежала. Проверили по бумагам – все точно.