Сила Разрушителя - Сергей Степаненко

«Дядь, есть варианты?»

«Прямо пойдешь — жизнь потеряешь, — выдал он. — Но то в сказках, а тут… По-моему, куда ни сунешься — все едино».

«Хочешь сказать, все они ведут в одно и то же место?»

«Не знаю. Но когда пройдешь в одну дверь, тебе станет совершенно безразлично, что там за другими».

«Умеешь ты успокоить», — хмыкнул я и недолго думая толкнул среднюю дверь.

«Что и требовалось доказать!» — припечатал дядя.

Я не ответил. Едва шагнув за дверь, оказался среди вечернего леса: справа — деревья, слева — деревья, прямо — они же, родимые. Над головой — стремительно темнеющее небо с проявляющимися на нем первыми звездами.

«Дядь, что скажешь?»

«Скажу, что скоро взойдет луна, так что двигайся куда-нибудь, пока еще в состоянии себя контролировать».

Двигаться — это хорошо. Вопрос — куда именно? Поправив перевязь с мечом и подтянув лямки рюкзака, пошел вперед. Лес вокруг меня зашевелился: шорох ветра в кронах, какое-то движение. Остановился — ничего. Пошел, и снова — движение. Деревья справа и слева от моего пути поспешно отращивали себе новые ветви, торопливо переплетали их между собой, обрастали лианами, с невероятной скоростью выстраивая непреодолимую стену.

«Твою ж!» — ругнулся я.

«Обещанный лабиринт!» — обрадовал меня дядюшка.

Ну да, сам бы я ни за что не догадался… Ладно, лабиринт так лабиринт. Достал из ножен Гелисворт и принялся мудрить с направлением на выход. Сейчас даже эта простейшая магия давалась тяжеловато, но я все же справился. Светящаяся нить легла под ноги, увлекая в глубь лабиринта.

«Думаешь, задание состоит в том, чтобы выбраться отсюда, или стоит ждать гадостей?» — спросил я у невидимого спутника.

«Определенно стоит, — вздохнул он. — Иначе все чересчур просто, а это неинтересно».

«Не отказался бы поскучать, для разнообразия».

«Иди уже, мечтатель, — невесело рассмеялся дядька. — Как самочувствие?»

«Лапы ломит и хвост отваливается».

«Какой еще хвост?..»

Я в ответ только вздохнул.

Итак, вперед! Сознание мутилось, голова кружилась, мышцы нервно подрагивали, но светящийся след отгонял наваждение и не давал сбиться с пути.

Движение слева — резко оборачиваюсь. Из бокового ответвления вышел Ранга.

— Привет, старый враг, — ухмыльнулся он, скаля два ряда острых зубов.

— Привет, — отвечаю хрипло, изо всех сил пытаясь понять, что же он такое: призрак, реконструкция, и способен ли причинить вред.

— Похоже, месть эррхаргов тебя все же настигла, — хохочет он. — Теперь ты — один из нас! Один из нас!

Направляю Гелисворт в его сторону, и радужный свет отгоняет беснующегося призрака прочь. Что ж, если это все, на что способен лабиринт, я разочарован. Призраками меня давно не напугать.

Иду дальше. От дурманящего света полной луны ломит глаза и туманится сознание. Суставы просто выворачивает, боль в грудной клетке — как от раскаленных щипцов. Так вот она какая, трансформация… Да, в таком состоянии лабиринт мне точно не пройти. Прячусь в тень — легче, но не намного. Холодный пот по спине, трясет, как припадочного. Черт побери, как не вовремя!

«Дядь, ты здесь?»

«Куда ж я денусь, племяш?»

«Вопрос. Когда на меня накатывает, ты как мир воспринимаешь?»

«Как обычно. На меня твоя болячка не распространяется».

«Может, будешь меня вести?»

«Вряд ли получится. Чем сильнее в тебе проявляется волк, тем сложнее достучаться до твоего сознания».

«Ясно, — выдохнул я и, выдернув из кармана Слезы Леса, резко опрокинул в рот эликсир. — Все же присматривай, когда в следующий раз накроет».

Через несколько минут полегчало, и я пошел дальше, время от времени косясь на подпоясанный диск Соники. Может, все дело в ней? А вдруг земная луна не будет воздействовать на меня так пагубно? Ага, добраться бы еще до Земли… загулялись мы что-то в Амеште, домой пора.

Поворот. Широкий проход полностью перегородила троица собакоподобных тварей. Ну, привет, майкатары. Милые такие собачки… И чего им в Иррате не сидится?? Утробно рыча, звери двинулись на меня. Развернувшись на 180 градусов, я помчался прочь, петляя в запутанных коридорах и даже не пытаясь запоминать направление. Тяжелое дыхание за спиной и дружный топот лап придавали ускорение — несся, как на крыльях. И не уставал, что удивительно!

Но до бесконечности так продолжаться не может. Если не подвернется какого-нибудь укрытия или дерева, не вплетенного в живую стену, придется драться. Вот когда пожалеешь, что рядом нет Алекса! Лучшего напарника у меня никогда не было.

Проскочив широкий как шоссе коридор, я нырнул в очередной крысиный лаз — недостаточно узкий, чтобы остановить моих преследователей. Тем не менее звуки погони отстали. Осторожно обернулся через плечо так и есть — никого.

«Наверное, по лабиринту эти твари перемещаются только в пределах отведенного им контура», — предположил дядя.

«Возможно», — устало согласился я. Вдох-выдох, вдох-выдох… Да, все это хорошо, но направление на выход придется искать заново. Гелисворт из ножен, формула…

«Сзади!»

Резко развернувшись, рассекаю мечом липкий белесый туман, подступающий со всех сторон. Радужный свет Гелисворта вгрызается в него, разнося на атомы, но этого мало. Усиливаю эффект, подкачавшись из резерва, и отлично понимаю, что сам себе делаю хуже — чем больше магии, тем на меньший срок хватит эффекта от эликсира. Но сейчас трата оправдана — в тумане что-то прячется. Что? Некогда проверять. Наугад выпустив энергетический разряд, бегу назад, навстречу майкатарам. Вслед несется жуткий то ли вой, то ли крик.

Вновь оказавшись на широкой, освещенной лунным светом аллее, я перевел дух и все-таки закончил проверку направления. Теперь выход от меня даже дальше, чем в начале испытания. Крайне малоутешительное открытие — с каждой минутой шансы до конца остаться человеком уменьшаются. Совсем нерадостная перспектива.

Где-то сейчас Ромка? Головой я, конечно, понимаю, что ничем не могу помочь и выпутываться на сей раз мальчишке придется самостоятельно. Только осознание этого не лечит от беспокойства… Так, тревоги — в сторону! Решаем проблемы по мере поступления.

Оставив видимую в колдовском зрении путеводную нить, убрал меч и побежал. Мелькали, сливаясь в единое полотно, кусты и стволы деревьев, воздух свистел в ушах, ботинки гулко стучали по утрамбованной земле. Все ближе и ближе спасительный выход!

Внезапно дорогу мне перегородила полоса непроглядной тьмы. Светящаяся нить терялась в ее толще.

Я остановился. От этой дряни веяло жутью, каким-то потусторонним ужасом, и переступать ее границу не было ни малейшего желания. На всякий случай я еще раз проверил обходные пути, и с тоской признал, что их нет.