Мой любимый менталист - Ольга Шерстобитова

– Щенок все же вырос и превратился в пса, даже показывает мне зубы, – хмыкнул отец Маркуса. – Но ты забываешь, что против волка тебе не выстоять!

– Что ты хочешь?

Вопрос в лоб, открытый и честный.

– Чтобы ты наконец перестал стоять на моем пути! – прозвучало зло и жестко. – Из-за тебя одного годами рушатся все мои планы по захвату власти! Сначала ты просто вмешивался, когда я искал одаренных ариатов с третьим уровнем способностей, затем – стал переманивать их себе, а теперь ввязался в дело, которое тебя совсем не касается!

Голос Дайруса перешел на рык, но Маркус никак не отреагировал. И не двигался с места, понимая, что любое его движение может спровоцировать мою смерть.

– Это ты устроил взрывы в резиденции? – неожиданно спросил Маркус.

– И что теперь?

– Зачем? Ты искал список, о котором говорил тот несчастный, что умер при последнем взрыве на руках у Ники? В то, что ты пытался совершить нападение на лидеров Ариаты, не особо верится. Правителей в резиденции даже не было. Да и сдается, для их уничтожения у тебя имелись другие способы, более простые.

– Список… Этот доходяга сам подписал себе смертный приговор, когда попытался выдать мою тайну. Каким-то образом он обошел полное подчинение и выкрал список с теми, кто подчинялся мне, а следом захватил и тот лист, где находились имена одаренных ариатов.

Я припомнила, что мужчина шептал про какие-то имена. Явно собирался обратиться за помощью. Может, пришел какой-то момент просветления или ослабла связь, и он смог ненадолго вырваться из-под власти кристалла, из-под власти Дайруса. А когда кристалл снова начал действовать, решил умереть, но не сдаться.

Что-то подсказывало, эта моя догадка верна.

– Что касается лидеров… С ними бы я справился и без взрывов, здесь ты прав. Но тяжело прийти к власти, когда народ тебе не доверяет. Убей я лидеров планеты, началась бы смута, и ариаты со способностями бросились бы на защиту населения, и долго бы я не продержался.

– Проще устроить взрывы, заявив, насколько беспечно правительство, подбить клинья к одаренным и взять под контроль всех, кого невозможно переманить на свою сторону? – спросил Маркус, старательно сдерживаясь из последних сил.

– Верно. Хоть здесь ты увидел правду.

– И тебе нужны эти кристаллы, способные на подчинение чужого разума.

Отец Маркуса промолчал.

– Как ты вообще о них узнал? – спросил он, по-прежнему не сводя глаз с бластера, приставленного к моему затылку.

– Твоей матери однажды попался древний свиток.

Маркус скрипнул зубами.

– Она долго возилась с ним, разбиралась… И так уж случилось, что поделилась со мной своей тайной, – раздался странный смешок Дайруса. – И я отправился на поиски. Признаться, это оказалось легче, чем я рассчитывал. И когда вытряс из местных жрецов, все еще хранивших предание, как использовать кристалл, ввел его себе внутрь.

– Зачем, если достаточно капли крови?

– Капли крови, ха! Ее хватит, чтобы на время подчинить ариатов, которые использовали кристалл, но не подчинить их целиком и полностью. Впрочем, меня они волновали меньше всего. Моей целью было и остается – одаренные ариаты. Подчиню их – и получу полную безоговорочную власть.

Какая мерзость! От отвращения я поморщилась и тут же прикусила губу. В словах Дайруса чувствовалось безумие. Только сумасшедший решит попробовать подчинить того, в ком третий уровень дара. Подчинить и заставить делать то, что он не желает. И если это удастся… Ариата погибнет.

Маркус молчал, о чем-то размышляя.

– Не вздумай что-то выкинуть, иначе сверну твоей девчонке шею! – предупредил Дайрус, и его неподвижные воины как-то разом сделали шаг в мою сторону. – Если начнем палить все разом, ее ничто не спасет.

– Я даже не двигаюсь, – тихо сказал Маркус. – И по-прежнему жду ответа, что ты хочешь от меня.

– Полагаю, что с моего пути ты не уйдешь, – хмыкнул Дайрус.

– Для меня лучше смерть, чем предать тех, кто дорог, и не помочь тем, кто беззащитен, – уверенно сказал Маркус, и у меня просто оборвалось сердце.

Он ведь реально умрет, но не отступится от своих принципов.

– О, нет! Умереть я тебе не позволю. Это слишком легко и просто, и теперь абсолютно не входит в мои интересы. Я сделаю то, что собирался сделать очень давно.

Мое тело от ужасного предчувствия просто заледенело.

– Снежана, достань кристалл и подойди к нам, – раздался четкий и уверенный приказ.

Девушка мелькнула тенью, оказалась между мной и Маркусом, немного загораживая его собой. И только тут я начала понимать все те ниточки, которые упускала из вида.

Меня похитили, потому что именно Снежана подлила в питье и мою еду наркотик. Ей даже озадачиваться не пришлось, как это сделать, мы тогда столкнулись в столовой «Звездного ветра». И то землетрясение в горах тоже устроила она. Не зря же мне тогда почудилось, что видела ее на стоянке флаеров. Рената тоже говорила, что в этом взрыве замешана девушка.

А мне и в голову не пришло, что именно Снежана, хотя подсказок было немало! Даже взять ту нашу случайную встречу в ресторане, где мы с Маркусом обедали. Ведь видела и ее, и Дайруса, но никак не связала эти события!

Но сейчас волноваться о произошедшем поздно. Нужно придумать и срочно, как спасти Маркуса, как остановить то безумие, которое творится на моих глазах. Но что я могу? Ментальный щит ничего не даст, мгновенное перемещение – тоже, да и читать мысли под действием кристалла не получается.

Но я не готова сдаваться! Не готова!

– Бери, Маркус, – велел Дайрус.

Голос прозвучал резко и зло, обдал таким ледяным, смертельным холодом, что я едва смогла сделать вдох.

Снежана подошла к Маркусу ближе.

– Полагаю, обменять твою свободу на ее жизнь, – не такая уж плохая идея.

– Нет! – крикнула я, и тут же получила весьма ощутимый удар в бок. Согнулась от боли, из глаз хлынули слезы.

– Не трогай ее! – рыкнул Маркус, которому наблюдать за мной было невыносимо трудно.

– Пусть не дергается, – холодно отозвался Дайрус, заставляя меня выпрямиться.

И я снова смотрю в глаза моему мужчине. Такому родному, желанному и единственному на свете.

Вот что я сейчас могу? Все мои способности бессильны!

Вдох – и я делаю то, что дается невозможно трудно: скидываю все щиты, оставляя разум для Маркуса открытым. Он почувствовал это, не сразу, но почувствовал и удивился.

И все, о чем я прошу, не вздумать соглашаться. Тогда под ударом окажутся все, кто нам дорог: Алекс и Диар, Шархат и Касс, весь «Звездный ветер» и вся Ариата. Нельзя пустить это зло. Уже неважно какой ценой.