Миражи - Эприлинн Пайк

Пусть бал проходил в закрытом помещении, где не было Летнихфей с миражами, Тамани не мог не признать, что люди потрудились на славу.Наблюдая, как Юки по-детски восторженно разглядывает пышное убранство, он едвасдерживал улыбку. Теперь, когда выяснилось, что Юки не представляет опасности инужна лишь для отвода глаз — да и об этом вряд ли догадывается, — с ней сталолегче общаться.

— Восхитительно! — В ее глазах плясали отблески сотни огней.

Без единого слова Тамани увлек Юки на край танцплощадки, гдебыло меньше людей.

— Чудесно выглядишь.

Юки смутилась.

— Спасибо, — тихо отозвалась она. — Я... надеялась, что тебепонравится.

— Мне очень нравится, — ответил Тамани. Хоть иногда можно неврать! Платье было ослепительное, и непривычный фасон делал его толькопрекраснее. Он на секунду представил Лорел в подобном наряде и легонько тряхнулголовой, напоминая себе, что сейчас есть дела поважнее. — Извини, что не смогзаехать за тобой. — Тамани понизил голос, чтобы Юки наклонилась к нему ближе.Он положил одну руку ей на талию, а второй взял за руку и притянул к себе —традиционная танцевальная позиция, не то что неуклюжие объятия, которые невестьпочему предпочитают люди.

— И ты извини. Тут... ничего не поделаешь. — Смущеннооглядевшись, она добавила: — Я собирала вещи.

Тамани напрягся всем телом.

— Вещи?

«Ясное дело, она не будет тут сидеть все зимние каникулы, —мысленно выругал он себя. — Успокойся!»

Осознав, как крепко он сжимает ее руку, Тамани понадеялся,что Юки примет это за проявление страсти. Он закружил ее и снова притянул ксебе. Она двигалась плавно и умело; изящная грация безошибочно выдавала в нейфею.

— Завтра за мной приедет Клеа, — сказала Юки немногосдавленным, но ровным голосом.

— А когда ты вернешься? — сдержанно спросил Тамани. Поканичего особенного она не сообщила.

— Я... я... — Юки опустила глаза.

Было видно, что она собирается соврать. Но Тамани хотелзнать правду. Через несколько часов может быть уже неважно, а сейчас ему нужнаправда. Он наклонился к Юки, задев ее щеку своей щекой, а губами нежно касаясьуха.

— Рассказывай, — шепнул он.

— Я не вернусь, — прерывающимся голосом сказала Юки.

Тамани отстранился и с неподдельным ужасом заглянул ей вглаза.

— Никогда?

Она покачала головой, беспокойно обшаривая глазами зал,словно боялась, что кто-нибудь подслушает ее тайну.

— Я не хочу уезжать. Клеа вообще была против, чтобы я шла набал, но я не могла пропустить такое событие.

Похоже, Юки откровенно гордилась своим актом неповиновения.

Тамани молчал. Она посмотрела на него, ожидая не то ответа,не то помощи. В надежде выиграть время он крепко обнял ее, слушая частоедыхание и снова касаясь губами мочки уха.

— А ты не можешь остаться? — решился он. — Она тебя не послушает?

— Клеа никого не слушает, — буркнула Юки.

Тамани прекратил танцевать. Рядом кружились пары, постепенноотдаляясь. Он поднял руку в перчатке и нежно провел пальцами по щеке Юки. Еетяжелые ресницы затрепетали.

— Далеко уезжаешь?

— Не знаю.

— В Японию?

— Нет, не настолько далеко. Почти уверена, что мы останемсяв Калифорнии.

Почувствовав толчок в спину, он оглянулся и, вместо тогочтобы прижать Юки к себе, позволил ей грациозно отступить на шаг и протянулруку, предлагая в этот раз подойти самой. Она немедленно приникла к его груди,и они снова стали покачиваться в танце.

— Она ведь не отнимет у тебя мобильный? — спросил Тамани. Ихлица были так близко, что губы почти соприкасались.