Крисп Видесский - Гарри Тертлдав

* * *

В палату для аудиенций заглянул Барсим.

— Пресвятой патриарх Пирр прибыл для встречи с вашим величеством.

— Хорошо. Думаю, он уже разогрелся. — Четыре дня подряд Крисп отклонял все более настойчивые просьбы патриарха об аудиенции.

Император повернулся к Яковизию, Маммиану и Ризульфу:

— Превосходные и почтенные господа, я прошу вас слушать и запоминать все, что будет сказано между нам, дабы впоследствии клятвенно засвидетельствовать.

Трое придворных торжественно поклонились.

— Лучше бы этому плану сработать, — заметил Маммиан.

— В том-то и прелесть, что мне и провал не повредит, — ответил Крисп. — А теперь к делу. Пирр идет.

Патриарх пал ниц перед императором с обычной легкостью. На троих придворных по левую руку Криспа он едва глянул. Глаза его сверкали.

— Ваше величество, я вынужден заявить решительный протест, — грянул он, показывая посланное Криспом письмо.

— Да? И почему же, пресвятой отец?

По скулам Пирра заходили желваки. Он уже понял, что с ним играют. Но еще не понял зачем.

— Потому, ваше величество, — проскрипел он, — что вы даровали монаху Гнатию — коварному изменнику Гнатию — свободу передвижения, равную свободе прочих братьев обители посвященной памяти святого Скирия. Более того, вы не посоветовались при этом со мной. — Лицо патриарха яснее слов говорило, каков был бы ответ в этом случае.

— Монах Гнатий оказал мне и всей империи большую услугу, — ответил Крисп. — А потому я решил закрыть глаза на прошлые его прегрешения.

— Но я не закрыл, — проговорил Пирр. — Это вмешательство в дела церкви является недопустимым и нетерпимым.

— В данном случае я с вами не согласен, пресвятой отец. И позвольте напомнить вам, что я являюсь Автократором всего Видесса, не исключая и храмы. У меня есть право вмешиваться в ваши дела, пресвятой отец, и я счел нужным его использовать.

— Сие есть нетерпимо, — повторил Пирр, подобравшись. — Ваше величество, упорствуя в своих опасных деяниях, вы понуждаете меня в знак протеста снять с себя обязанности патриарха.

По левую руку Криспа раздался тихий вздох — кажется, Ризульфа.

Других аплодисментов не будет, но достаточно и этого.

— Мне жаль слышать это, пресвятой отец, — сказал Крисп.

Патриарх расслабился было, но император еще не закончил:

— Я принимаю вашу отставку. Эти господа послужат свидетелями, что вы отказались от своего поста по доброй воле, без принуждения.

Яковизий, Маммиан и Ризульф серьезно и торжественно кивнули.

— Вы… это… подстроили, — выдавил Пирр совершенно жутким голосом. Теперь он все понял.

— Я не понуждал вас уходить, — напомнил Крисп. — Вы предложили это сами. И теперь, раз вы это сделали, Барсим подаст вам на подпись формальное отречение.

— А если я откажусь подписать?

— Вы все равно согласились на отставку. Как я сказал, святой отец, — Пирр скривился, услышав свой внезапно усеченный титул, — вы сделали это по доброй воле, перед свидетелями. Так будет лучше всего. Если бы даже вы держались за свой трон обеими руками, я снял бы вас — вы обещали мне применять принцип икономии, но ни в одной из ваших проповедей я не заметил и капли терпимости.

— Теперь я вижу все, — прохрипел Пирр. — Вы поставите на мое место Гнатия, этого прислужника зла. Черный бог овладел вашими сердцами, а вы не заметили этого.

Крисп сплюнул, наклонившись, на каменный пол.

— Это — Скотосу! А вы, святой отец, оглянулись бы лучше вокруг. Посмотрели бы на своего двоюродного брата и вспомнили, что сотворил с ним Арваш Черный Плащ. Неужто он попадется в капкан Скотоса?

— Да, если наживкой будет красивый мальчик, — ответил Пирр.

Яковизий сделал двумя пальцами жест, весьма употребительный на улицах города Видесса. Пирр ахнул — Крисп подозревал, что патриарх, то есть экс-патриарх, давно не видывал ничего подобного. Затем Яковизий яростно нацарапал что-то на табличке и передал Ризульфу, чтобы тот прочел вслух: «Братец, тебе нужна одна наживка — возможность мучить всех, кто с тобой не согласен. Ты уверен, что не попался?»

— Я знаю, что прав, а потому придерживающиеся иных мнений — сторонники лжи, — ответил Пирр. — Теперь я понял, что это относится и к собравшимся здесь. Вы можете изгнать меня из храма, ваше величество, но я и на городских улицах буду нести свет людям…

Крисп окончательно уверился, что Пирр — никудышный интриган.

Человек более искушенный в разжигании смут никогда не стал бы предупреждать о своих действиях.

— Если то, во что верите вы, святой отец — истина, а я обратился ко злу, то как объясните вы видение, в котором вам сказано было принять меня как сына? — осведомился Крисп.

Пирр открыл было рот, потом закрыл.

— Кажется, вы его смутили, ваше величество, — шепнул императору на ухо Ризульф.

Крисп кивнул и продолжил:

— Почетная охрана из халогаев препроводит вас в монастырь святого Скирия, святой отец. И если вы начнете выкрикивать какие-нибудь глупости, они заставят вас замолкнуть, как сочтут нужным. — Пирру не запугать северян-язычников вечным льдом. Но и сам он не пугался.

— Пусть делают, как знают.

— В монастырь, значит, святого Скирия? — переспросил Маммиан, прищурившись. — Без сомнения, святой отец найдет о чем поговорить с монахом Гнатием.

Выпустив стрелу, толстопузый генерал принялся наслаждаться результатом, и Пирр не разочаровал его — ответный взгляд священника мог дать фору любому бурану.

— Конечно, Гнатий скоро вновь наденет синие сапоги, — поддел его Маммиан еще раз.

— Благой бог рассудит нас в царстве грядущем, — ответил Пирр. — Я успокоюсь на сем. — Он повернулся к Криспу:

— Его суда не избежать и вам, ваше величество.

— Я знаю, — ответил Крисп. — В отличие от вас, святой отец, я далеко не уверен в своих ответах. Я лишь стараюсь действовать, как считаю верным.

Пирр неожиданно поклонился.

— Этого лишь и требует благой бог. Да будет ваш суд в делах иных более мудрым. Теперь зовите северян, если желаете. Куда бы ни отослали вы меня, я не устану славить святое имя Фоса. — Он очертил над сердцем солнечный круг.

Искренняя вера Пирра вызывала у Криспа некоторое абстрактное уважение. Это не помешало императору все же приставить к уходящему Пирру охрану. Яковизий согласно покивал.

«Смиренные речи — не повод ему доверять», — написал он.

— Сколько мне видно с трона, доверять вообще никому нельзя.

К тайному разочарованию Криспа, при этих словах кивнули и Маммиан с Ризульфом.