Баллада о королеве драконов - Сильвия Лайм

– Ты не знаешь, что могло случиться со мной на кургане, когда я чуть не погибла?

Он ответил, что мне лучше не думать об этом. И как я раньше не обратила внимания на его слова?

Может ли быть, что он действительно не знал и не догадывался, что за обряд проводили с моим телом нелюди?

Сердце болезненно стучало, жалко кивая. Ему хотелось, чтобы Вайлар ни о чем не знал. Но разум крутил пальцем у виска, приговаривая: «Не знал? Маг пятого уровня ни о чем не догадывался?» – и презрительно так качал головой.

Как только солнце взошло, в комнату ворвался Тарк и с нелепым поклоном протянул руку к двери, намекая, что мне пора выходить. Этот мужчина был чрезвычайно высок, а в плечах просто огромен. Но, несмотря на весь его внушительный вид, он не вызывал у меня никаких опасений.

– Давай, дорогуша, – пробасил он, – пора в дорогу.

Я посмотрела в маленькие темные глаза под нависшими бровями и кивнула. Внутри этого большого человека мне почудился ребенок.

– А вот и наша принцесса, – едко бросила Селина, когда кусты раздвинулись и я покинула пределы каменной норы.

– Светлого утра, – сказал Астер, протягивая мне руку. Он попытался улыбнуться, но я не ответила на приветствие. – Амелия, сегодня мы отправимся в путь на Драконью гору. Ритуал будет проведен там через три дня.

– Спасибо, я буду иметь в виду, – холодно ответила я.

Вся остальная группа тоже была здесь. Они не брали с собой никаких вещей, будто и не собирались покидать дом на долгий срок.

Я слышала о Драконьей горе прежде. Она находилась очень далеко отсюда. За Мертвыми топями, за землями змеелюдов. Там не было ни одного человеческого поселения, потому что эти места считались дикими и крайне опасными.

– Почему не убить меня здесь? – невзначай поинтересовалась я.

– Поверь, детка, я тоже задаюсь этим вопросом, – усмехнулась Селина, сложив руки на груди. Астер и Змей одновременно бросили на нее недобрые взгляды.

– Закон пленника, – прошелестел своим тихим голосом острозубый. – У тебя есть три дня.

– Как благородно. Но не обольщайтесь, Вайлар все равно найдет меня, – запальчиво бросила я, хотя лучше было бы молчать, – пока мои ноги ступают по этой земле…

Я опустила голову, вспоминая его слова. Кажется, что это было так давно.

– Поэтому мы и не пойдем по земле, – звеняще ответила вампирша, подходя ко мне.

Ее кровавые губы растянулись в улыбке, обнажая острые клыки.

– Не трогай меня, – сказала я тихо, и отчего-то Шания вздрогнула, на мгновение остановившись. Ее глаза вдруг стали словно стеклянными.

– Что с тобой, Шания? – разрезал воздух голос Селины, и вампирша очнулась, встряхнув головой.

– Все в порядке, – она вновь посмотрела осмысленно, непонятливо моргая.

– Помните, что в случае погони у нас есть всего один шанс уйти от Таркона, – сказала Селина, доставая амулет с груди. – Или придется драться за жизни.

Сперва я решила, что это невероятно реалистичная ювелирная вещь, изображающая паука. Но затем он зашевелил лапками, и я поняла, что ошиблась. Это был питомец Селины.

– Я долго зачаровывала Игги, чтобы он стал по-настоящему ручным, – продолжила она, с любовью поглаживая своего любимца. А я впервые увидела на ее лице искреннюю улыбку. – В нем моя кровь и целая прорва магии. Поэтому его можно будет использовать как энергию для портала. Если на нас нападут, все бегите ко мне. А я побегу к девчонке.

Она бросила на меня один из своих убийственных взглядов, от которых должны цветы вянуть.

– Ты убьешь своего паука? – с полуулыбкой проговорил Змей. Какой же он был странный. И немного страшный.

– Надеюсь, что не придется, – прошипела в ответ девушка. – И твои глупые законы племени не выйдут нам боком.

– Селина! – остановил дальнейшие словоизлияния Астер.

Змей опасно прищурился, но промолчал.

Когда все успокоились, Шания подошла ко мне, подняла ладонь ко рту, надкусив указательный палец. Не успела я отшатнуться, как у меня на лбу образовалось кровавое пятно. Какая-то алая печать впиталась в мою кожу, а вампирша прошептала, выдыхая слова:

– Сашнавар Хейлар!

Понимание странного языка пришло неосознанно. Просто в один миг в голове пронеслись слова: «Ужас ночи». Как будто я всегда знала, что это значит. И тут же мир вокруг закрутился, увеличиваясь в размерах. Кости заболели и заскрипели. Кожа начала страшно зудеть. А кроме всего прочего, я почувствовала жуткую жажду.

И вот мои глаза в очередной раз открылись. Мир потерял половину своих красок. Нелюди смотрели на меня с любопытством. Некоторые даже улыбались.

– Полетишь за мной, – бросила Шейна удовлетворенно. – Если, конечно, не хочешь разбиться в лепешку. Или просто остаться такой навсегда.

Я не сразу поняла, что она имеет в виду. Но, когда Шейна повторила свои манипуляции на Селине, обратив ту в летучую мышь, мне вдруг поплохело.

Оказывается, я уже несколько минут висела в воздухе, нелепо взмахивая маленькими кожистыми крыльями. Мое черное пушистое тельце было не крупнее человеческой ладони.

Очень скоро рядом со мной зависли еще шесть мышей. Последней обратилась сама вампирша, грациозно уменьшившись в размерах.

И мы полетели. Одна из тварей подталкивала меня сзади, не давая сбиться или отстать. Это могло бы быть удивительно прекрасно: лететь высоко над шапкой леса, взмахивая легкими крыльями. Вдыхать свежий, прохладный воздух. Я даже испытала странное щемящее чувство в груди, так сильно напоминающее ностальгию. Мне нравился полет. Но мне не нравилось быть летучей мышью под охраной монстров.

Когда крылья уже порядком устали, мои спутники стали снижаться, погружаясь в Топи. Здесь деревья были ниже, но кроны их – гуще. И снова сперва собой стала Шания, лишь затем превратив остальных. Последней она коснулась меня, словно стирая с головы свою отметку. И в ту же секунду я стала человеком.

Мышцы страшно ломило от усталости. Голова кружилась. Я упала на колени, пытаясь прийти в себя.

– Это побочное явление, – склонилась ко мне вампирша, положив руку на плечо. Ее голос был подозрительно участливым. – Прости, придется потерпеть.

Я подняла на нее злой взгляд и сняла ее руку. Она пожала плечами и отошла.

Пока мои похитители и будущие убийцы разбивали лагерь, я оказалась предоставлена сама себе. Условно говоря «себе». Мава, перебирая свою запутанную зеленоватую косу, сидела рядом, не сводя с меня усталых рыбьих глаз. Иногда она следила за товарищами. Как Тарк собирает хворост, Змей ловит мелкую лесную живность, подзывая ее странным шипением, а Арабис помогает Селине разводить костер и готовить еду. С огнем колдунья еще как-то справилась, но вот кашеварить отказывалась наотрез. Русал добродушно смеялся, закапывая в камни лягушек и неизвестно откуда взявшуюся рыбу.