Любишь – беги - Алиса Эмс

— А когда нам идти в джунгли?

— Идти в джунгли! Ох, Эмма! — Сен-Жермен взмахнул руками и усмехнулся, повторив мой вопрос. — Скоро, — уже серьезно ответил он. — Отдохни полчасика, пока Таурелон готовится.

— Черноволосый эльф? Он пойдет с нами? — удивилась я.

— Почти, — уклончиво ответил Сен-Жермен.

Получаса мне хватило, чтобы наспех принять прохладный душ и немного перекусить — красавица-эльфийка предложила мне запеченные овощи. К сожалению, мы не понимали друг друга и, смущенно улыбаясь, общались жестами. Я чуть не выронила кофейник, когда со двора до нас донесся громкий шум. Эльфийка знаком пригласила меня следовать за собою, и, обогнув дом, мы вышли к большой площадке, на которой сейчас тарахтел, разгоняя винты, черный вертолет. Теперь я поняла, почему мое выражение «идти в джунгли» вызвало усмешку у Сен-Жермена. Сам король стоял здесь же и, заметив меня, жестом позвал за собою в вертолет. Я на прощание протянула руку эльфийке, и она с печальной улыбкой пожала ее. Сен-Жермен помог мне забраться в кабину, а черноволосый Таурелон, сидевший за штурвалом, протянул нам наушники, чтобы мы не оглохли. Вскоре вертолет оторвался от земли и, набрав высоту, поплыл на запад.

Всего за несколько минут город и его окраины остались далеко позади. Теперь внизу пышным ковром простирались джунгли, а чуть в стороне петляла величавая Амазонка.

Я никогда не видела столько леса. До самого горизонта со всех сторон одно и то же: зеленое море. Казалось, сквозь эту сплошную растительность ничто не способно пробиться, в ней не было ни единого просвета, и было совершенно не понятно, как и куда может приземлиться наш вертолет. Я с беспокойством озиралась кругом, надеясь, что там, куда мы летим, джунгли не будут такими густыми и для посадки найдется место.

Мы летели гораздо дольше, чем я ожидала. Картинка внизу не менялась — все тот же мохнатый ковер всех оттеноков зеленого. Когда солнце уже клонилось к западу, вертолет, сделав круг, неожиданно застыл на месте, после чего, к моему ужасу, начал опускаться прямо на верхушки деревьев. Я в страхе схватила руку Сен-Жермена, прекрасно понимая, что здесь невозможно приземлиться, и мы неизбежно разобьемся, а наши останки бесследно исчезнут в этих бескрайних джунглях. Сен-Жермен, уловив мой настрой, решительно покачал головой и жестом предложил успокоиться. Тем временем мы опускались все ниже, и неожиданно я заметила едва уловимую разницу в зеленом пространстве: прямо под нами небольшой участок леса отличался по цвету и фактуре, как если бы к шерстяному полотну пришили заплатку из шелка. Именно в этот квадратик-заплатку и нырнул наш вертолет. Я зажмурилась, ожидая удара и треска ломающихся сучьев, но ничего подобного не случилось, мы по-прежнему плавно снижались. Открыв глаза, я заметила вокруг зеленый туман с призрачной, словно нарисованной, листвой, как будто мы попали в голографическую картинку. Преодолев полосу тумана, растянувшуюся метров на пять, мы оказались над просторной площадкой, где можно было приземлиться вполне беспрепятственно, что и сделал Таурелон.

Как только мотор вертолета затих, со всех сторон на нас обрушились звуки джунглей: птичий гомон и далекий визгливый крик, шорохи, шелест, клёкот и заливчатые трели. Мы вышли на поляну, и я в недоумении закинула голову, рассматривая скрывающий небо странный зеленый туман.

— Что это такое? — спросила я Сен-Жермена. — Сверху я видела только деревья!

— Так и надо. Все должны видеть только деревья, Эмма. Это такое иллюзорное облако, скрывающее открытую местность. Люди ни за что не различат его с высоты, а пешком им сюда не добраться.

Я оглянулась по сторонам.

— Значит, мы уже прилетели?

— Еще пройтись совсем чуть-чуть, и мы на месте.

Сен-Жермен по-португальски обратился к Таурелону. Эльф коротко ответил, вновь склонив голову и прижав руку к сердцу. Король кивнул ему и, взяв меня под локоть, двинулся к краю площадки, где стеной начинались джунгли.