Хроники Вергилии. Владыки Севера - Виктор Ятаганов

– Держись! – весело прокричала некромагиня, и я обеими руками сжал гладкий костяной шип.

Темная тварь изогнула шею и, распахнув пасть, молниеносно проглотила ледяную сферу Светлики. У меня похолодело сердце.

– ИРАТО!!! – вне себя от гнева закричал я и выхватил трезубец, забыв в ярости, что оружие не причинит хуфу вреда.

– Доверься мне! – не оборачиваясь, вновь закричала Ирато и прижалась к горячей шее темной твари.

Я заскрежетал зубами, но в следующую секунду мне стало не до мести – виверна взмахнула крыльями и поднялась в воздух. Я инстинктивно обвил руками костяной шип и крепко зажмурился. Тело вместе с виверной взвилось в красные небеса, а содержимое желудка осталось на далеком карнизе. Уши заложило, в лицо бил раскаленный ветер…

Кое-как справившись с тошнотой и отвернув голову в сторону от ветра, я рискнул приоткрыть один глаз. Далеко внизу светился оранжевый зев вулкана. К югу от неровной цепочки протянувшихся под нами гор лежала черная пустошь Игни, пересеченная надвое извилистым рукавом пересохшей реки. А к северу… У меня захватило дух. К северу от гор протянулось сплошное белоснежное полотно, будто кто-то укрыл многие-многие узлы земли белым пуховым одеялом.

– Что это?! – изумленно воскликнул я.

Ветер вырвал слова из моего рта и унес прочь, но Ирато каким-то образом все же меня услышала, и тот же ветер-воришка принес мне ее ответ:

– Великая Снежная пустошь!

Подчиняясь приказу некромагини, темная тварь начала снижаться к черной равнине. Взмахнув крыльями, она величественно опустилась на черную потрескавшуюся землю у пещер и опустила голову, давая нам возможность слезть. Ирато легко спрыгнула на черное стекло и похлопала тварь по жуткой морде. Я не столь грациозно последовал за некромагиней. Голова все еще легонько шла кругом, но я все же нашел в себе силы потребовать:

– Отпусти Светлику!

Ирато едва заметно повела посохом, и темная тварь, смешно надув щеки, изрыгнула ледяную сферу магини. Видимо, во рту твари силы окончательно оставили Светлику, и, коснувшись земли, сфера с треском лопнула и развалилась на части. Светлика безжизненно распласталась на черном стекле.

Из пещеры к нам уже бежали остальные. Я склонился над телом магини и осторожно прикоснулся к ее шее, пытаясь нащупать пульс.

– Штир крафт, ничего себе тварюга! – изумленно выдохнул Шактар, с уважением глядя на неподвижно возвышавшуюся над нами тварь.

– Что с ней? – Рядом со мной опустился на одно колено Эль.

– Она жива? – обрушилась на землю с другой стороны от меня Дидра.

– Да, – кивнул я, ощутив бившийся под кожей магини слабый пульс. – Но полностью обессилела…

– Не думаю, что она долго протянет, – сдвинув брови, хмуро заметил приблизившийся к нам Далар.

– Почему? – Я посмотрел на орка.

– У меня был приятель-заклинатель. Как-то на спор он пообещал привести в Харункрафт йови с перевала. Но тварь вырвалась из-под его контроля. Он уничтожил ее одним-единственным заклятием и умер, вложив в него слишком много сил.

А я сразу же вспомнил мага Болдасарини, ценой своей жизни защитившего нас от Безликих в Каменке. Он тоже отдал все силы заклинанию и умер. Как и магистр Петавиус в Ньяходском лесу…

– Но она продержалась так долго!.. – не веря в это, прошептал я, глядя на залитое кровью, бледное как мел лицо Светлики.

С каждым мгновением ее дыхание становилось все реже, а из глаз, ушей, рта и носа продолжала струиться кровь, по капле унося с собой остатки еще теплящейся в ней жизни.

– Мне очень жаль. – На мое плечо опустилась рука побратима.

Я стиснул кулаки и зарычал от гнева.

– Нет! Все не может так кончиться! – вне себя от ярости заорал я.

Мы прошли так много, зашли так далеко!.. И Светлика все время была рядом. Она шла за мной, она ВЕРИЛА мне, и я не мог вот так просто дать ей погибнуть!..

– Мне очень жаль… – тихо повторил Эль.

– Неужели совсем ничего нельзя сделать?.. – с тоскою спросил я, бессильно опуская руки. Гнев утих так же быстро, как вспыхнул, оставив после себя лишь опустошение и дикую усталость.

– Стручок может помочь!.. – раздался вдруг со стороны пещеры тихий голос лилея. Опасливо обогнув по широкому кругу неподвижно застывшую позади Ирато виверну, он поспешно приблизился к нам и повторил: – Стручок может помочь!

– Как? – недоверчиво фыркнул Шактар. – Ты же всего лишь жалкая деревяшка!

Не обращая внимания на орка, я присел на корточки перед маленьким существом и с надеждой спросил:

– Как ты можешь помочь ей, Стручок?

– Его магия! – щелкнув пальцами, воодушевленно воскликнула Ирато. – Как я сразу не догадалась?! Создавать может лишь светлая магия! Стручок вырастил дерево, такого не сможет даже магия элементаля земли!

– Светлая магия вдохнула в меня жизнь. – Неожиданно голос лилея стал серьезным, совсем таким, как в самом начале нашего знакомства, когда он попросил меня встать с его лица. Словно в маленьком существе жило сразу две личности: восторженный болванчик, едва владеющий южным языком, и древнее, мудрое, как дракон, существо. – Я могу отдать ее вашей подруге, и она будет жить.

– Но ты же тогда погибнешь! – машинально вырвалось у меня.

Стручок грустно улыбнулся:

– Я не могу умереть, ведь я по-настоящему и не жил. Я просто сольюсь с Сутью, из которой когда-то был создан…

Я потрясенно уставился на побратима.

– Мы должны спасти Светлику, она еще нужна нам, – негромко сказал он.

Я кивнул. Спасти, но ценой жизни Стручка, пусть он и не считает ее настоящей.

– Если… если ты правда готов это сделать, тогда спаси ее! – поглядев на лилея, попросил я.

Крохотная ладонь Стручка коснулась трезубца на моем поясе.

– Вещь с той стороны не должна оставаться в нашем мире. Уничтожьте ее, пока она не забрала сердце того, кто станет тебе дороже всех остальных! – горячо повторило существо когда-то уже сделанное предупреждение.

С этими словами Стручок приблизился к безжизненному телу Светлики и положил на ее грудь руки. Вокруг ладоней лилея начало нарастать пронзительное белое сияние.

Виверна хрипло заклекотала и недовольно попятилась назад.

С каждой секундой свечение продолжало усиливаться, и вскоре на него стало больно смотреть. Я крепко зажмурился, но это не помогло – веки продолжал обжигать нестерпимый свет. Не выдержав, я закрыл лицо руками и отвернулся, но по-прежнему продолжал видеть перед внутренним взглядом этот невыносимо яркий свет…

Свечение запульсировало, вспыхнуло в последний раз и погасло. Я услышал надсадный кашель магини.

– Светлика! – Я отнял руки от лица и стремительно обернулся.