Рыцарь Хаген - Вольфганг Хольбайн

— Говори дальше, Арнульф. Это все, что хотел передать Гунтер?

Дан кивнул:

— Все. Но я знаю еще кое-что. Я был свидетелем разговора, когда Зигфрид объявил, что зима скоро кончится и пора Гунтеру выполнить свое обещание и жениться. Мой король послал меня в Вормс с подарками — близилась годовщина вашей победы, Гунтер затевал праздник и пригласил на него и меня тоже. — Он усмехнулся: — Я принял приглашение, так как путь обратно в Данию предстоял долгий, а бургундское вино доброе. Я все слышал собственными ушами и видел, как страх отразился в глазах Гунтера. О, он владел собой как подобает королю, но слова Зигфрида поразили его в самое сердце.

— И что же было дальше? — вмешался Данкварт.

Арнульф пожал плечами:

— Ничего. В ту же ночь, когда все уже спали, Гунтер явился ко мне и попросил немедленно отправиться в Тронье с вестью для Хагена.

— И ты согласился? — В голосе Данкварта звучало недоверие. — Почему? Ведь Гунтер разбил ваше войско и пленил твоего короля.

— Он вел себя как истинный рыцарь, и я не могу его ненавидеть. Это не позор — проиграть в честном бою.

— Но это еще не повод рисковать собственной жизнью.

— Конечно, нет. Ты прав, Данкварт, — не ради короля Гунтера я решился на этот поход. Я отправился в Тронье затем, чтобы уничтожить Ксантенца, — Он повернулся к Хагену, и голос его зазвучал подобно ледяному ветру: — Ты должен прикончить его, Хаген. Отправляйся в Изенштейн и убей Зигфрида, иначе он уничтожит вас всех. Сделай то, на что давно должен был решиться, если хочешь спасти Гунтера и Вормс.

— Сколько воинов Гунтер взял с собой в поход? — Хаген пытался сдержать дрожь в голосе.

— Ни одного. Зигфрид убедил его, что завоевывать сердце Брунгильды король должен сам.

— Один? — вскричал Данкварт. — Ты хочешь сказать, что Гунтер Бургундский отправился в поход вдвоем с Зигфридом?

Арнульф кивнул:

— И с ними эти черные вороны, спутники Ксантенца. Если все шло, как задумал нибелунг, то они должны были выступить через три дня после отплытия «Хенгиста».

— Три дня! — Хаген вздрогнул. — Значит, времени у нас осталось совсем мало! Сколько продолжалось плавание?

— Десять дней и ночей, и каждый день был страшнее предыдущего. Боюсь, мы опоздали, Хаген. «Хенгист» в десять раз быстрее корабля, на котором отправились Зигфрид и Гунтер, но буря отнесла нас далеко в сторону. — Он сжал кулаки, — Колдовство Ксантенца наслало на нас этот шторм, Хаген. Поверь мне, я знаю, что говорю.

— Никакого колдовства не существует! — Был ли уверен Хаген в собственных словах? Не ощущал ли он сам дуновение ночи в присутствии нибелунга и его демонов?

— Называй это как угодно, — настаивал Арнульф, — Мне уже сорок лет, Хаген, тридцать пять из них я провел на борту корабля, но никогда не видел такой бури. Она началась в первый же день и с каждым часом становилась все ужаснее. Это была его магия, его проклятие — он не желал, чтобы мы добрались до Тронье и ты узнал эту новость.

— Чепуха. Зачем это могло быть нужно Зигфриду?

— Потому что он боится тебя. Я видел его глаза, когда было упомянуто твое имя. Быть может, ты единственный во всем мире, кого он страшится.

Хаген уставился на огонь, пылавший в камине.

— Коли так, — промолвил он наконец, — не будем терять времени. Выступать нужно сегодня. Путь к Изенштейну далек.

— У вас есть корабль? — Арнульф горько усмехнулся, — Боюсь, «Хенгист» уже не сможет доставить тебя в Исландию.

Хаген покачал головой:

— Мы поступим иначе. В двух днях конного пути от Тронье есть рыбацкая деревня. Там я и найду судно.

— Два дня, — Арнульф нахмурился. — И затем еще два дня плавания, даже если буря пощадит нас. Мы не успеем, Хаген.

— Мы?

Арнульф кивнул:

— Гунтер попросил меня доставить тебя в Исландию, и я это сделаю.

— Можешь не беспокоиться, — молвил Данкварт, — Мы благодарны за помощь, но все остальное тебя не касается.

— Зигфрид уничтожил мой корабль! — вспылил Арнульф. — Погибла половина моих матросов, и ты говоришь — меня это не касается? Я отправляюсь с вами, или можете прикончить нас всех.

Отговаривать дана было бессмысленно — Хаген это прекрасно понимал. Что ж, тем лучше — помощь его очень понадобится в пути.

— Но почему, Арнульф? Зачем ты снова рискуешь жизнью? Ты ведь знаешь — мы все можем погибнуть. Никто еще не возвращался из Изенштейна.

— Знаю. Но я хочу видеть, как ты прикончишь Ксантенца, Хаген. Как твой меч вонзится в его тело, — Он стиснул кубок с такой силой, что глиняный сосуд треснул и кровь закапала из порезанного пальца, — А если этого не сделаешь ты — я убью его сам.