Закон меча - Дмитрий Светлов

– На западе ставлю церкви у Гапсаля и Пернова.

– Значит, цел еще Симаргев торг! Хорошая новость! Ты в крепостицу надежного воеводу поставь.

– А смысл? – удивился Норманн. – Никто не пойдет войной на другой берег реки, за Перуной пахотных земель нет.

– Ты поневоле свезешь в одно место весь урожай. Злые люди наймут воров и пожгут амбары.

– Я в конце августа пойду Норрчепинг воевать.

– Чего тебе дома не сидится? Пора к свадьбе готовиться! – недовольно заметил Федор Данилович.

– Ганза просила, а я обещал гроссмейстеру те земли продать.

– Хитер у тебя сынок! – засмеялись посадники. – Цапнет тамошние склады да орденское серебро, а кашу расхлебывать придется гроссмейстеру!

– Да не в этом дело! – отмахнулся Норманн. – Я за те деньги Ревель у датского короля выкуплю!

– Во как! Кто тебе продаст? Они какой год без короля живут!

– Как миленькие отдадут, еще и спасибо скажут! – хохотнул Андрей.

– Почему уверен? – Наклонив голову, Давид Борисович Батецкий с интересом посмотрел на Норманна.

– Пообещаю их земли защищать!

– Могут не согласиться!

– Так я не с Оденсе, с Любеком торговаться буду, и серебро в казну Ганзы дам да отступные епископу отсыплю.

– Уел тебя князь Андрей! – снова засмеялись посадники. – За такую сделку Ганза любого короля на трон посадит!

– Сколько требуешь за Эскильстуну? – деловито осведомился Федор Данилович. – Имей в виду, в тех краях растут хорошие пшеница и лен.

– И железо, – добавил Норманн.

– Железо привозное, до Смоланда тебе не добраться.

– По цене еще не определился, сначала надо посоветоваться.

– Молодец! – одобрил Федор Данилович. – А мы поможем, за это ты в Ревеле льготу Новгороду дашь.

Норманн действительно не имел понятия о порядке цен на такие огромные территории. Он где-то слышал краем уха, что Тевтонский орден выкупал у датского короля север Эстонии, но сколько было заплачено, не имел ни малейшего представления. В данном вопросе Норманн изначально полагался на Максима с его компьютером.

Зато посадники тут же ухватились за тему оценки земель. За столом начался детальный подсчет количества вывозимого из Норрчепинга ячменя, пшеницы, полотна и льна. Затем составили список мануфактур, сел и деревень, немного поспорили о количестве домов и вынесли вердикт.

– Требуй с гроссмейстера десять тысяч марок серебром, – уверенно заявил Федор Данилович.

– Не много ли будет? – засомневался Норманн. – Неужели в подвалах Мальборка найдется столько серебра?

Вдоль побережья Норланда или Иори плыли вереницы карфи, с двумя с половиной тоннами серебра в каждом. Маленькие кораблики всего лишь перевозили с рудников драгметаллы. Но тонны серебра в подвалах замка! В такое трудно было поверить. Дружный смех посадников подтвердил ошибочность взглядов на финансовые возможности Тевтонского ордена.

– Хочешь сказать, что рыцари просто так сидят в Бреслау? – продолжая смеяться, спросил Батецкий.

– Откуда мне знать! – насупился Норманн. – Я вообще без понятия, где этот ваш Бреслау.

– Ладно, ладно. – Федор Данилович постучал ладонью по столу. – За Ревель обещай две тысячи марок серебром и тысячу поднеси епископу.

– Не мало ли за город и порт?

– Не сожги датчане Колывань, пришлось бы платить вдвое больше. Замок на скале совсем маленький, торг на берегу бедный, складов на причалах совсем нет.

– Почему так? – удивился Андрей. – Вроде место бойкое.

– Да какое бойкое! Раньше по Перуниче зерно свозили, а сейчас в Ревеле кроме рыбаков да охотников на морского зверя, на торгу никого не увидишь.

– Новгород хочет взять монополию на торговлю зерном? – догадался Норманн.

– Бери больше! – серьезно ответил Федор Данилович. – Отдай нам устье Перуничи в вечное пользование.

– Сами строите стены, и стража ваша! – Если верить счетчику такси, от яхт-клуба до старого города насчитывалось не менее десяти километров, так что «Новгородский двор» изначально должен был строиться как самостоятельный центр.

– По рукам! Через месяц отправим в Любек посольство от твоего имени.

– Вексель на оплату возьмете у Сипого, у меня много серебра в подвалах Ганзатага.

– Почему долю свою не требуешь? – строго спросил Федор Данилович. – Сейчас земли моего сына, а что далее случится, наперед никому не ведомо.

– «Новгородский двор» встанет на правобережном холме, что в двух верстах от устья, – усмехнулся Норманн. – А я поставлю мытника на входе в реку.

– Ой да ловок князь Андрей! – хохотнул Батецкий. – Правильно выгоду свою видит.

– Поборы в Перуниче мытник станет собирать по новгородским правилам.

– Это еще почему? – дружно встрепенулись посадники.

– Кто сейчас меня учил о необходимости думать о будущих потомках? Жить надо по-честному, сколько Новгород возьмет с моих потомков, столько и они взыщут с новгородцев.

На самом деле Норманн не хотел ввязываться в сложные расчеты по определению размера пошлин. Это весьма непростое дело: сначала создается общая таможенно-экономическая политика – правители должны соблюсти баланс интересов своих соседей, дабы не спровоцировать с ними войну. Затем вырабатывается стратегия развития собственной экономики. Как пример, можно взять Готландский союз, где сделали ставку на добычу сырья, в первую очередь золота, серебра и меди. В конечном итоге купцы оказались в полной зависимости от Новгорода и Пскова, а Швеция как государство образовалась только в шестнадцатом веке.

Согласование определяющих условий по созданию новгородской фактории в устье Перуничи затянулось почти на два часа. Норманн особенно не вдавался в детали, и не только по причине дележа шкуры неубитого медведя, в успехе предстоящей покупки у него как раз не было сомнений. Приближалась осень, а вместе с ней наступал период открытия портала. Он очень хотел вернуться назад, в свое родное время, к привычной и уютной жизни большого города. Помимо воли вспомнился оставленный в машине мобильный телефон – и, о ужас, он обнаружил, что забыл, как правильно набрать номер абонента. Вроде сначала следует нажать на зеленый символ трубки, а затем набираются цифры или наоборот?

– Мы тут без тебя немного похозяйничали и подготовили посольство в мордовские земли. Ты не против? – спросил Федор Данилович.

– А? Что? – Норманн с трудом оторвался от сладких грез о былой беззаботной жизни.

– Что с тобой? Не приболел? Ты в походе с ворожеями не общался?

– Нет, нет. Все нормально. Канал хочу прорыть из Онеги в Белое озеро, вот и задумался, – соврал Норманн.

– Тратишься по пустякам, – проворчал Федор Данилович. – Не успел закончить канал на Свири, как за другой берешься.