Последний Меч Силы - Дэвид Геммел

– Так кто, говоришь, ты такой? – спросил высокий кантий.

– Я Урс, но король изменил мое лицо… чтобы меня не опознали как принца дома Меровия. Теперь меня зовут Галеад. Меня послали с Викторином.

– А он где?

– Он опасался засады и приказал мне добраться в Британию в одиночку. Думаю, он погиб.

– А как мы можем узнать, не предатель ли ты?

– Никак, – ответил Галеад просто. – И я не виню вас за ваши опасения. Мне явился человек и велел отправиться на Остров. Сказал, что я должен найти женщину, которая правит тут. По-моему, очень важно, чтобы я хотя бы увидел ее. Пусть как ваш пленник.

– Какой человек? – спросил Гвалчмай.

– Он сказал, что его имя Пендаррик.

– А какой он с виду? – спросил Прасамаккус.

– Золотые волосы, лет тридцати или старше.

– И что ты должен сказать правительнице?

– Я должен убедить ее еще раз последовать совету Пендаррика.

– Ты знаешь, что означают эти слова?

– Нет.

Прасамаккус сел и вместе с Гвалчмаем принялся подробно расспрашивать Галеада о его странствиях и приказаниях, которые он получил от Утера. Наконец, удовлетворенные его объяснениями, они отвели его к плоскодонке. С Лекки на руках Галеад сел на корме и ощутил, как на него нисходит безмятежность Острова.

Они вытащили лодку на песок в укрытой деревьями бухте и поднялись по откосу к селению. Галеад увидел, что оно состоит из двенадцати хижин, кольцом окружающих круглый дом. Селение было обнесено частоколом, который, видимо, служил просто забором и не предназначался для обороны. Несколько женщин в темных одеяниях словно не заметили прибывших, а те направились к хижине западной части круга. Внутри она была устлана коврами и одеялами. Возле маленькой железной жаровни, в которой тлели угли, стояли глиняные кувшины. Галеад положил Лекки и укрыл ее одеялом.

– Твой меч, – сказал Гвалчмай, едва Галеад выпрямился. Он вынул его из ножен и протянул кантию рукоятью вперед. После чего Прасамаккус быстро и умело обыскал его – не спрятал ли он оружие.

– Теперь ты можешь увидеть короля, – сказал Прасамаккус.

Они направились в залу, и Галеад молча стоял, глядя на два неподвижных тела, лежащих рядом на круглом столе.

Поблизости сидели три женщины, склонив головы в молитве. Галеад обернулся к Прасамаккусу.

– И мы ничего не можем сделать?

Бригант покачал головой. Дверь в глубине отворилась, и вошла Лейта. Прасамаккус и Гвалчмай поклонились ей, а она остановилась перед Галеад ом.

– Еще один странник! – сказала она. – И чего же желаешь ты?

– Ты правительница Острова?

– Я Моргана.

Он передал ей слова Пендаррика и увидел, как она улыбнулась.

– Что же, – сказала она, – это просто. Однажды он велел мне поднять мою руку высоко в воздух и схватить то, чего я коснусь.

Она подняла тонкую руку, сжала кулак, опустила его и поднесла к лицу Галеада. Ее пальцы раскрылись.

– Вот! Ничего. Других поручений у тебя нет?

– Нет, госпожа.

– Ну так возвращайся к твоей маленькой войне, – отрезала она.

Он смотрел, как она уходит, и заметил, что она даже не посмотрела на тела на столе.

– Не понимаю, – сказал он.

К нему подошел Прасамаккус.

– Четверть века назад, в мире, другом, чем этот, она, стоя на вершине холма, подняла руку. Ее пальцы словно исчезли, а когда она опустила руку, то держала в ней Меч Силы. С его помощью она вывела из Пустоты Утера и Девятый легион и помогла низвергнуть Царицу-Ведьму. И Утер отвоевал королевство своего отца.

– Так значит, она королева?

– Да.

– Пендаррик словно бы ошибся. А кто этот молодой воин рядом с королем?

– Его сын Кормак. Ты молиться умеешь?

– Начинаю учиться.

– Тут самое подходящее место для этого, – сказал бригант, склоняя голову.

* * *

Лекки проснулась в хижине. Было темно, ветер шелестел и посвистывал в кровле у нее над головой.

– Фадер? – Сердечко у нее екнуло от страха. Она вспомнила, как ела похлебку, которую ей налил воин… а что было потом? Она сбросила одеяло и выбежала наружу. Но кругом никого не было видно. Она была совсем одна. – Фадер? – позвала она еще раз, и голос у нее задрожал. Из глаз покатились слезы, и она кинулась бежать. Вдруг из мрака перед ней появилась белая фигура, будто дух ночи.

Лекки вскрикнула и попятилась. Но тут перед ней на колени опустилась женщина.

– Не бойся, – сказала она по-сакски, не правильно выговаривая слова, но голос у нее был ласковый. – С тобой тут не случится ничего плохого. Кто ты?

– Меня зовут Лекки. Где мой отец?

– Сначала войдем-ка внутрь, чтобы ты не мерзла. – Она протянула руку, и Лекки уцепилась за нее, позволив увести себя в другую хижину, где в железной жаровне весело пылал огонь. – Хочешь молока?

Лекки кивнула, и женщина налила молоко в глиняный кубок.

– Ну а кто твой отец?

Лекки описала его самыми восторженными словами, какие знала.

– Он сейчас со своими друзьями и скоро придет к тебе. Но почему такая маленькая девочка, как ты, ездит с воином? Где твоя мать?

Лекки отвернулась. Губы у нее крепко сжались, глаза наполнились слезами. Моргана наклонилась и взяла ее за руку.

– Что случилось?

Девочка сглотнула и помотала головой.

Моргана закрыла глаза и погладила девочку по белокурым волосам. Черпая силу из Таинств, она слилась с ребенком, увидела озверелых воинов в крылатых шлемах, резню и ужас. И еще она увидела Галеада.

Она притянула девочку к себе, обняла, поцеловала в лоб.

– Все будет хорошо. Тут тебя никто не тронет, а твой отец скоро придет.

– Мы всегда будем вместе, – сказала Лекки, повеселев. – А когда я вырасту, я на нем женюсь.

Моргана улыбнулась.

– Маленькие девочки не женятся на своих отцах.

– Почему?

– Потому что… к тому времени, когда ты вырастешь, он будет совсем старым, а ты выберешь молодого…

– А мне будет все равно, старый он или нет.

– Да, – прошептала Моргана, – вот и мне было все равно.

– А у тебя есть муж?

– Нет… да. Но я была совсем как ты, Лекки. Жила в деревне, и на нее… напали. Меня тоже спас могучий воин, и растил меня, и учил многому… многому… И… – Голос у нее прервался, глаза застлало слезами.

– Не надо быть печальной, госпожа.