Черный цветок - Ольга Денисова

- Ерунда. Хотите, я заплачу вам вперед?

- Нет, что вы… проходите.

Есеня сунул медальон Полозу в руки и встал.

Кабинет доктора был огромным и белым, и, несмотря на утренний и вовсе не ранний час, там в изобилии горели свечи. Доктор подошел к рукомойнику и сполоснул руки, а Полоз подтолкнул Есеню вперед, к стулу с высокой спинкой.

- И кто из вас болен? - с улыбкой спросил доктор и указал Полозу на стул.

- Он, - Полоз кивнул на Есеню. - Парень примерно месяц назад переболел воспалением легких, и довольно тяжело, а теперь ему несколько ночей довелось провести на улице, у него снова начался кашель.

- Раздевайтесь, юноша. Как вы себя чувствуете?

К Есене еще никто не обращался на «вы», и это его рассмешило.

- Мы чувствуем себя отлично, - хохотнул он и через голову скинул рубаху.

Доктор взял со стола трубку, с обеих сторон похожую на дудочку (у лекаря в Олехове была точно такая же), и прижал ее Есене к груди.

- Правосторонний процесс был? - через некоторое время спросил он.

- Да, - ответил Полоз.

- Пока не вижу ничего страшного, повернитесь спиной.

Есеня покорно развернулся, и доктор на секунду замер.

- Я полагаю, отец не мог сотворить такого с ребенком… - пробормотал он и повернул Есеню спиной к свету.

- Это я в мастерской работал, - снова хохотнул Есеня.

- К ссадинам прикладывайте полотенца, смоченные в солевом растворе, две чайные ложки на небольшую кружку, - доктор повернулся к Полозу. - Соль вытянет всю грязь. Примерно три раза в день, пока не очистятся раны.

Доктор осторожно прижал трубку Есене к спине и велел глубоко дышать. Потом заглянул в рот, оттопырил ему оба уха по очереди и велел одеваться.

- Конечно, здоровым я бы его не назвал, - доктор сел, - но и больным его считать не следует. Бронхит, небольшой, как следствие воспаления легких, истощение, раны. Я думаю, хороший уход, тепло и нормальное питание - все, что ему нужно. Побольше ягод, яблок, молочного. На ночь давайте горячее молоко с медом.

Есеня облизнулся: молоко с медом - это как раз то, против чего он ни разу не возражал.

- А гулять мне можно? - спросил он.

- Гулять нужно, но недолго, чтобы не простыть. По полчаса, три раза в день.

- И долго мне так… мучиться?

- Дней пять, я думаю. А потом, если средства вам позволяют, можете снова прийти ко мне.

- Позволяют, позволяют, - кивнул Полоз. - Сколько я вам должен?

- Два серебреника. Но если для вас это много…

- Нет, это не много, - Полоз достал кошелек.

- Послушайте, вы ведь образованный человек, я понял это по вашей речи… Но я не догадываюсь, кто вы. А мне это очень любопытно.

- Я вольный человек Оболешья, - сказал Полоз, и в его голосе Есене послышалась гордость.

- Вот как? Это очень интересно. Мне, право, неловко навязывать вам свое общество, но, возможно, вы не отказались бы отобедать у меня сегодня? Вместе с юношей, разумеется. Мне было бы интересно с вами поговорить.

Полоз задумался и, помолчав, ответил:

- Простите, но я не могу принять этого предложения. Хотя мне тоже было бы приятно и интересно с вами поговорить.

Он поднялся и потянул Есеню за собой.

- Очень жаль, - вздохнул доктор. - Тогда я жду вас через пять дней, в воскресенье. В понедельник у меня бесплатный прием, и тут очень много народу.

- До свидания, - сказал Полоз и распахнул дверь, выталкивая Есеню вперед.

Он шагнул за порог и тут же нос к носу столкнулся с Избором, одетым в длинный халат. Есеня попятился назад и беспомощно оглянулся на Полоза.

- Балуй? - Избор робко улыбнулся и неловко развел руками.

Полоз посмотрел внимательно, взял Есеню за плечо и церемонно кивнул:

- Здравствуй, благородный Избор. Я не ошибся?

Тот покачал головой.

- Меня зовут Полоз. Ты чего-то хотел от мальчика?

- Я… я всего лишь хотел спросить, узнать…

- Избор, ты знаком с ними? - удивился доктор.

- Это Балуй, сын кузнеца Жмура, тот самый парень, которому… - он осекся.

- Ну, тогда вы тем более должны прийти к нам на обед, - улыбнулся доктор. - И не беспокойтесь, как видите, один человек вне закона уже скрывается в нашем доме.

- Можно я тоже посмотрю, как выглядит этот Балуй? - раздался женский голос, и в комнату перед кабинетом вошла женщина - румяная, белокурая, с рассыпавшимися по плечам кудрями. Она весело улыбалась, лицо ее светилось, глаза живо поблескивали - Есене она сразу понравилась. Он любил таких… кипучих.

- Чего на меня смотреть-то? - набычился он. - Что я, зверь какой?

- Ты считаешь, что смотреть интересно только на зверей? - засмеялась она.

- Разрешите мне представить вам мою жену, - доктор кашлянул, - ее зовут Ладислава. И она тоже присоединяется к моей просьбе, правда, Ладушка?

- Конечно. А к какой просьбе? - она снова засмеялась.

- Я пригласил их на обед, но они отвергли мое приглашение.

- Конечно, приходите! - воскликнула она. - Мы будем ждать вас, даже если вы откажетесь.

Полоз ничего не ответил и подтолкнул Есеню вперед.

- Мы все равно будем вас ждать, - снова повторила жена доктора, когда Полоз выбрался в прихожую и начал надевать сапоги.

С тех пор как Есеня натер ногу, он заматывал портянки старательно и медленно, поэтому Полозу пришлось его подождать.

- Полоз, а почему ты отказался идти в гости к доктору? - спросил Есеня, когда они вышли на улицу.

- Потому что, - ответил Полоз.

- Ты думаешь, он стражу позовет?

- Нет, конечно.

- Тогда почему?

- Ты когда-нибудь видел, как благородные сидят за столом? - вздохнул Полоз.

- Видел. Вон там, - Есеня ткнул пальцем в кабак для богатых.

- Вот иди и посмотри поближе, - Полоз подтолкнул его вперед.

- Там вышибала…

Полоз взял его за руку и первым вошел в кабак. Вышибала, как ни странно, только один раз глянул на Полоза, а потом отвернулся и сделал вид, что их не замечает.

Все столики, кроме одного, были свободны, а за занятым сидели мужчина и женщина и что-то ковыряли в глупых плоских мисках серебряными вилками и ножами. При этом спины их были прямыми, как будто оба они проглотили кол. Они беседовали, и женщина тихонько смеялась.

- Ну? - спросил Есеня. - Глупо как-то едят.

- Ты так умеешь? - Полоз вывел его на улицу.