Источник магии - Пирс Энтони

В уголках рта юноши дернулись мелкие мускулы, несколько подпортив его привлекательность.

– Вот – я спрашиваю!

– Я – кентавр Честер. А это – мой спутник Бинк. Он – человек.

– Я уже и так вижу. А ваша цель?

– Мы ищем Источник Магии, – ответил Бинк.

– О, вы сбились с пути, – поспешил заверить юноша. – Он находится в Деревне Амазонок. Это – к северу отсюда. Но прямой путь к Источнику опасен для вашего рассудка.

– Мы уже побывали там, – сказал Бинк. – Там отнюдь не главный Источник, в всего лишь место выхода магической пыли. То, что мы ищем, находится ниже. По имеющейся у нас информации, наиболее удобный путь пролегает через этот замок.

На лице юноши отобразилась едва-едва заметная ухмылка.

– О, вы сами откажетесь пойти этим путем!

– Испытайте нас. И увидите.

– Испытания – не в моей компетенции. Вам придется поговорить с хозяином замка.

– И то хорошо! – Бинк стал прикидывать, каким демоном может оказаться хозяин замка, имеющий такого послушного слугу-человека...

– Если вы будете столь любезны пройти сюда...

– Будем и любезны тоже, – перебил его Честер.

– Но до того нам нужно кое-что произвести с вашими копытами. У нас на полу – тиковый паркет, и мы не хотим, чтобы на нем остались царапины или выбоины.

– Тогда зачем же делать такой пол? – задиристо спросил Честер.

– Мы не покрывали паркетом пол в конюшне, – со спокойным сарказмом отозвался юноша-слуга. Он принес несколько дисков из мягкого материала. – Наложите по одному на каждое копыто. Они пристанут к ним, и ваша поступь будет смягчена.

– А не хочешь ли нацепить эту штуку себе на рот? – угрожающе спросил Честер.

– Лишь мелкая уступка! – прошептал сзади Бинк.

Хотя копыта Честера и выздоровели, когда целительный эликсир залечил все повреждения, причиненные лошадиной половине кентавра, они были достаточно жесткими и могли оставить на паркете следы.

– Не задирай беднягу! Демоны, надо думать, очень строги на этот счет и наказывают слуг за нарушение правил!

Честер неохотно приложил фетровые диски к копытам. Они тотчас же прилипли к ним и сделали шаг кентавра бесшумным.

Они миновали элегантный холл, спустились по застеленной ковром лестнице и вошли в небольшое помещение, где Честеру еле хватило места.

– Если это ваш главный зал... – начал было он.

Слуга коснулся кнопки. Дверь скользнула и закрылась, и тут комната вдруг тронулась с места.

Перепуганный Бинк уперся руками в стенки, а Честер пробил, хоть и смягченным копытом, дыру в полу.

– Полегче, гости дорогие! – нахмурился юноша. – Неужели вы никогда не ездили в лифте? Это – всего лишь неодушевленная магия: кабинка, которая поднимается или опускается, когда в нее входят. Так сохраняются лестницы от износа.

– А-а! – протянул Бинк, покраснев.

Комнатка остановилась, дверь скользнула в сторону. Они вышли в другой холл, и вскоре приблизились к покоям хозяина замка.

К удивлению Бинка, он оказался также человеком. Он был едет в богатую одежду из серебристой ткани, украшенную бриллиантами, но в таких же дурацких шлепанцах, как и слуга.

– Так вы предлагаете свои услуги в уплату за ночлег? – живо спросил он.

– Таков наш обычай, – ответил Бинк.

– И наш тоже! – приветливо кивнул хозяин. – Вы обладаете какими-нибудь особыми талантами?

О своем таланте Бинк рассказать не мог, а какой у Честера – не знал.

– Э-э, не совсем так. Но мы сильны и здоровы, и можем сделать какую-нибудь работу.

– Работу? Ну – только не это! – Хозяин помотал головой. – Здесь люди не работают.

– Вот как? – удивился Бинк. – А как же вы живете?

– Мы организуем, даем указания и – развлекаем. Ты умеешь чем-нибудь развлекать?

– Боюсь, что нет! – Бинк развел руками.

– Превосходно! Значит, из вас получатся идеальные зрители.

– Зрителя?! – Бинк был уверен, что и Честер поражен не меньше его самого. Да, зеркало предсказало спектакль! – но быть зрителем – разве это услуга за приют и кров?

– Мы готовим своих артистов для развлечения публики и гостей. И берем за это плату услугами и материалами. Артист – весьма благородная профессия, как эстетически, так и практически. Но нам необходимо заранее измерить реакцию зрителей, чтобы с точностью знать, как именно нас встретят.

Зная репутацию замка, трудно было поверить в столь ничтожную плату.

– Стать зрителями, смотреть ваши представления – это все, что вы просите?! Разве это рациональная плата? Боюсь, мы не сможем представить даже более или менее толкового критического отчета...

– Совсем не обязательно! Наши магические мониторы измерят ваши реакции и примерно оценят их границы. Вам ничего не нужно будет делать – только честно реагировать!

– Это, пожалуй, мы сможем. – Однако, в голосе Бинка чувствовалось сомнение. – Если вас такое действительно устроит...

– Странная получается вещь! – произнес Честер. – Как же вышло, что вы заработали репутацию демонов?

Бинк смутился и пробормотал:

– Не очень-то дипломатично...

– Демонов?!.. Кто назвал нас демонами? – требовательно спросил хозяин.

– Людоед, – ответил Честер. – Он сказал, что вы своим проклятием погубили дикий лес.

Хозяин потеребил бородку.

– Людоед выжил?

– Заткнись, Честер! – прошипел Бинк.

Но в кентавре уже взыграла природная склонность не подчиняться.

– Он всего лишь спасал свою даму-великаншу. А вы не захотели поддержать его естественное стремление к счастью. Вот поэтому...

– Ах да – тот самый великан... Полагаю, с его точки зрения нас и в самом две можно назвать демонами. Для нас же демоническим будет разгрызание человеческих костей. Все зависит от личной перспективы.

Очевидно, кентавр не вызвал в хозяине враждебной реакции, но Бинк отнес такую удачу за счет чистого везения. Если, конечно, хозяин, как и его труппа, тоже не был актером. В этом случае их могут поджидать серьезные и тонко подстроенные неприятности.

– Тот людоед теперь стал вегетарианцем, – сказал Бинк. – Но я хотел бы спросить у вас: действительно ли вы владеете настолько разрушительным проклятием? И еще: почему вас так взволновало, чем занимается тот великан? У вас ведь нет причин спасаться людоедов на дне озера. К тому же, они я плавать-то не умеют.

– Да, у нас есть такие проклятия, – ответил хозяин. – Они требуют усилий всей нашей группы, сложения всей нашей магии. У нас нет индивидуальных талантов – только индивидуальные вклады в общее дело.