Белладонна - Татьяна Коростышевская

Не пойти за врачом девушка не могла. Когда венценосным особам требуется серьезно поговорить, мелкие сошки вроде нее, Афродиты, должны беспрекословно покидать место событий. Молодой эскулап придерживался того же мнения, впрочем, причисляя и себя к породе тех самых сошек.

– Ее величество дала личное соизволение на их беседу, – пояснил он Афродите.

Мисс Спарк немножко пофлиртовала с врачом, совершила небольшой променад по коридору, вернулась к палате (миньский дипломат все еще не появился), затем прислонилась к двери и прижала к холодному пластику ухо, напрягая слух.

– В таких случаях лучше использовать специальное оборудование.

Фраза, сказанная хрипловатым тихим голосом, заставила Афродиту подпрыгнуть на месте, взвизгнуть и выронить папку с женихами прямо на ботфорты герцога Аргайла.

Тот вежливо наклонился и подал девушке фолиант. Было заметно, что ночь герцог провел без сна – на его щеках темнела щетина, в глазах сквозила усталость, да и костюм ему сменить не удалось. Ярвуд был все так же в образе благородного разбойника, а белое кружево рубахи марали коричневые пятна уже подсохшей крови. По сравнению со свежим как фиалка Ли Каем герцог выглядел слегка помятым.

– Ее величество разрешила принцу личную встречу с мисс Бонс, – пожаловалась Афродита. – Я очень взволнована. Мужчина и девушка наедине, без присмотра… Это, в конце концов, не совсем прилично.

Ярвуд пожал плечами – опасений своей собеседницы он не разделял – и прислонился плечом к стене:

– Сомневаюсь, что там сейчас происходит что-нибудь выходящее за грань приличий. Максисмум – небольшой заговор двух иномирян против короны. Ничего интересного.

– Ее величество хочет поскорее выдать ее замуж, – сказала мисс Спарк. – Не корону, разумеется, а принцессу.

– И сей увесистый труд, который вы с трудом держите под мышкой…

– Именно! Список предлагаемых партий. Я его уже изучила и с уверенностью могу заявить, что ни вас, ни вашего племянника там нет.

– Этого стоило ожидать. – Ярвуд улыбался уголком рта, как будто на полноценную улыбку не хватало сил. – Муж нашей джаргаморской кошечки должен быть в меру благороден и без меры послушен.

– Вы соответствуете обоим параметрам. Насколько я слышала, ее величество благоволит вам более прочих.

– Вам ли не знать, как переменчива симпатия сильных мира сего. – Герцог отвесил шутовской поклон. – Мне наверняка уже подготовлена более выгодная партия. Выгодная с точки зрения королевы, разумеется.

– И что толку быть богатым или родовитым, если это не дает счастья? – вздохнула девушка. – А может быть, королева сердится на вас из-за происшествия с Ли Каем? Ведь именно вы ответственны за безопасность приема. И если бы все произошло, как планировал этот ужасный брат Ша… – Афродита всплеснула бы руками в непритворном ужасе, если б не злополучная папка. – Преступника допросили?

– Нет, – Ярвуд покачал головой. – Принц умеет прятать концы в воду. Брат Ша отравлен.

– А что говорит посол?

– Ну разумеется, он не был осведомлен о предательских планах собственного слуги…

– А на самом деле?

– На самом деле принц, с одной стороны, не хотел заключать с Блоссомом договор, а с другой – был обязан это сделать, следуя повелению своего императора. Его отравление и последующий скандал отложили бы переговоры на неопределенное время. Брат Ша изначально был всего лишь разменной фигурой в этой комбинации.

Ярвуд внимательно посмотрел на раскрасневшееся личико Афродиты – будто ожег взглядом. Мисс Спарк решила, что понимает, в чем дело.

– Любезный герцог, можете не волноваться. Информацию, которую вы мне поведали, я унесу с собой в могилу.

Любезный герцог вздрогнул, будто пробудившись ото сна.

– О боже, Афродита, я не сомневаюсь в вашей осторожности. Вы невольно оказались внутри политической интриги, и оставлять вас в неведении было бы недальновидно с моей стороны.

– Тогда я попытаюсь отплатить вам тем же. – Мисс Спарк с усилием, но все же тряхнула папкой. – Желаете узнать список вероятных мужей нашей общей подруги?

Ярвуд качнул головой, затем отвлекся на оживший комм. Видимо, вызов оказался важным: герцог, извинившись, отошел в сторону, вполголоса о чем-то беседуя. Вернулся врач, и Афродита просочилась в палату вслед за ним. Принц Ли Кай как раз поправлял манжету на левой руке, стоя у настенных мониторов.

– Как ты себя чувствуешь? – Мисс Спарк приблизилась к подруге и наконец избавилась от папки, уложив ту на пластиковый подвесной столик.

– Лучше, чем десять минут назад, – негромко ответила Белладонна, смотря через ее плечо на Ли Кая. – Господин посол умеет внушить надежду.

– Этим список моих положительных качеств не ограничивается. – Голос миньского дипломата был карамельно-тягучим. – Надеюсь, джаргаморские властители смогут в этом убедиться.

Принцесса теперь полусидела на ложе, опираясь на спинку. Лишних движений она все равно старалась не делать, поэтому ограничилась в ответ вялым кивком.

Молчаливый, и от того почти незаметный, врач снял показания приборов. Принц попрощался, снова проигнорировав мисс Спарк, и отбыл в сопровождении эскулапа.

– Что он тебе сказал? Он извинился? Ты знаешь, что брат Ша отравлен? И мы с герцогом Аргайлом уверены, что его убил именно принц Ли Кай. Тебе совсем не страшно?

Афродита выпалила все это на одном выдохе, после чего замерла, пытаясь отдышаться.

– Вы с герцогом Аргайлом делаете совместные выводы?

Почему-то из всего вороха информации Белладонна отметила именно фразу о лорде Ярвуде.

Мисс Спарк махнула рукой, затем кивнула в сторону двери и, не в силах сказать более ни слова, потянулась к столику и стоявшему на нем графину с водой.

Ярвуд, вошедший в палату, пока мисс Спарк демонстрировала чудеса актерского мастерства, дождался, пока девушка напьется.

– Не будете ли вы так любезны исполнить одно мое поручение?

Афродита любезна была, тем более что ей почему-то захотелось оставить наедине и эту парочку. Из патриотических, так сказать, соображений. Почему то, что было позволено принцу Ли Каю, не должно дозволяться блоссомскому аристократу?

– В лавандовой гостиной меня ожидает герцогиня Кент, – продолжил меж тем королевский советник. – Молю вас, мисс Спарк, сообщите этой достойной леди, что опаздываю я не по своему желанию.

– Как прикажете, ваша светлость.

– И, наверное, будет лучше, если вы сопроводите ее светлость сюда. К сожалению… Мои обязанности…

Ярвуд еще что-то говорил, что-то округло-бессмысленное, составляющее основу любого дипломатического спича, а Афродита уже пятилась к двери. Ей казалось, что воздух искрится от разливающегося в нем предвкушения. А еще ей было немножко жалко Фабиана, барон тоже вызывал у нее симпатию.