Прочь из сумасшедшего дома - Нэнси Холдер

- Ангел не может рисковать. Ему нельзя находи находиться на солнце, - вступил в разговор Джайлс.

Ксандр отодвинул дубовый стул, встал, подошел к высоким, до потолка, окнам с тяжелыми шторами, взглянул в окно и решительно произнес:

- Ты не можешь отправиться одна, Баффи. Это точно.

Он замолчал, затем повернулся и обвел всех взглядом. Не в первый раз Баффи заметила в строгом выражении его лица и гордо выступающем подбородке черты мужчины, которым Ксандр когда-нибудь станет.

- Неважно, что думают мои родители, действительно, это не имеет значения. Если мы не вернем этого мальчика, целый мир перевернется вверх тормашками. В Саннидейле вряд ли понимают, какое сумасшествие здесь творится. Но если Другой Мир ворвется в наш, наводнит его монстрами, чудовищами и принесет с собой сверхъестественные события, это будет намного хуже, чем банальный побег в Европу на не сколько недель.

- Ксандр, ты не успеешь поступить в высшее учебное заведение вовремя, - предупредила Баффи.

Корделия хихикнула:

- Подумаешь проблема! Если мы не вернем мальчика, то школы вообще больше никогда не будет.

Баффи с нескрываемым удивлением взглянула на нее. Чего только в характере Корделии не намешано: и храбрость, и легкомыслие, и эгоизм.

- Значит, назад, в аэропорт? - спросил Оз.

Ответил ему призрак. Антуанетта Рене приплыла к центру комнаты. С центрального места за столом она говорила властно, и впервые ее голос звучал громче шепота.

- Есть более быстрый путь, - объявила она. - Этот способ путешествовать открыт не для всех, но Истребительница может им воспользоваться.

Потом Антуанетта перевела взгляд на Оза:

- И ликантропы. Только существа, обладающие сверхъестественными качествами, могут путешествовать Дорогой Призраков и Живых.

- Дорога Призраков? - переспросила Баффи. Ей не очень-то хотелось услышать объяснения.

Стоя перед высоким окном, Ксандр разглядывал высокий металлический забор вокруг Гейтхауса.

- Извините меня, леди-призрак, - сказал он. - У вас здесь часто появляются члены секты Свидетелей Иеговы?

Баффи тут же оказалась у окна рядом с ним. Она положила руку на плечо Ксандра, хотя не знала, себя или его хотела ободрить. За окном множество приспешников Сыновей Энтропии уже перелезли через забор и шли по лужайке к дому.

- Похоже, мы останемся, - сказала Баффи спокойно.

Погода внезапно изменилась. В начале дня небо было ясным и синим, веял теплый ветерок, по крайней мере, в Бостоне, но вот над Бикон-Хилл начали почти из ниоткуда формироваться облака. Темные и переполненные влагой, они в считанные секунды закрыли солнце, и в это время брат Джулиан провел дюжину других помощников па территории Гейтхауса.

- Он знает, что мы здесь, - сказал брат Джулиан.

- Что ты подразумеваешь под «он»? - спросил брат Кардифф, стоявший в нескольких шагах позади него у забора. - Ты имеешь в виду Привратника?

Брат Джулиан проигнорировал его. Англичанин идиот. Привратник и его прародители сплели сеть, но реальной мощью был сам дом. Сыновьям Энтропии потребуются десятилетия, чтобы изучить то немногое, что они узнали о доме непосредственно. Маэстро так долго ждал этого момента. Привратник умирает, его сила тает с каждым часом.

Без мальчика Гейтхаус принадлежал бы им. Мальчик еще может получить магию своих предков - Маэстро предусматривал такую возможность, - но дом падет под их атакой, и вскоре воцарится Хаос. Таков был план.

Истребительница и Куратор, прибывшие на помощь Привратнику? Об этом никто и не подумал. Нападать надо было раньше!

Когда последний из помощников во главе с братом Джулианом перелез через забор - чудовищный дом через двор смотрел на них вниз разъяренными глазами-окнами, - облака надвигались и приветствовали их молнией, град размером с кулак посыпался с неба.

- Нападайте! - закричал брат Джулиан.

Брат Кардифф бросился вперед, когда земля загрохотала и раскололась. Брат Джулиан перепрыгнул трещину, которая открылась в земле подобно водосточному колодцу, и брат Кардифф помог ему встать на ноги. За предводителем последовали все, кроме брата Стефана, который упал в колодец, внезапно появившийся и снова закрывшийся за ним. Крики прекратились в тот момент, когда земля засыпала голову брата Стефана.

Брат Кардифф подбежал к ступеням дома, доказывая Джулиану, какой он идиот. Магический огонь затрещал, когда Кардифф ударился о волшебный барьер, который был частью системы защиты дома. Мужчина закричал, колени его подкосились, он руками закрыл лицо, вырывая куски тлеющей плоти.

Град сек плечи и голову Джулиана, но он не обращал внимания на боль. Молния ударила с неба и сожгла брата Лучано на месте, превратив в груду костей и пепла, чего никогда не случилось бы при ударе обычной молнии. Они умирали.

- Довольно! - закричал Джулиан.

Маэстро возложил на него эту обязанность за его разум. Теперь пришло время доказать, что Маэстро сделал правильный выбор. В этот день кровь Привратника потечет по его пальцам, и он окрасит лицо этой кровью.

Руки Джулиана вспыхнули темно-фиолетовым пламенем. Барьер, который растопил плоть брата Кардиффа, был на мгновение освещен. Джулиан громко пел на латыни, и фиолетовый огонь, казалось, креп, становясь оружием в его руках. Сосредоточившись, Джулиан удерживал потрескивающую энергию магии над головой, как если бы это был меч, и сбивал ее, крича от гнева и боли. Скрип древесины, звон разбитого стекла - дом словно мучительно вскрикнул, и барьер взорвался ливнем магической энергии, резко изменившей все вокруг. Брат Франсуа обратился в камень.

Джулиан оградил себя и направил большую часть энергии вниз, в землю, - земля заколебалась. Магическое поле, окружавшее собственность Рене и делавшее Гейтхаус невидимым для внешнего мира, замерцало, но осталось неповрежденным. Это был не оборонительный барьер, а простое заклинание, заклинание безопасности. Оно падет последним, или почти последним.

Не приближаясь, Джулиан снова ударил в пролом, который сделал в защитном барьере, на сей раз оборачивая магию Гейтхауса против самой себя. Потрескивающее лезвие магической энергии, которой он владел, хлестнуло вниз, в землю. Комья земли полетели прямо к двойным парадным дверям Гейтхауса. Лестница раскололась пополам.

Двери в Гейтхаусе взорвались и упали внутрь. Сыновья Энтропии закричали от радости.

Брат Малахай побежал к дверному проему. Он хвастал, что возьмет голову Привратника, и размахивал правой рукой с блестящим кинжалом, поднимаясь по расколотой лестнице. В этот миг Истребительница ступила через разрушенный дверной проем, держа длинную, толстую деревянную палку - ножку от большого стола. Брат Малахай поднял руку и попробовал оттолкнуть ее.

Истребительница быстрым движением сломала ему руку, а следующим движением проломила череп. Позади Истребительницы темноволосый молодой человек, брат Джулиан, которого все знали по фотографиям, сжимал в руках вторую ножку стола.