Не вспомню - Джессика Броуди

1609.

Число, которое навязчиво преследовало меня с самого начала.

Его же я назвала, когда меня вытащили из воды и спросили, какой теперь год.

И сейчас стало очевидно, что именно в том году я и предполагала оказаться.

В этом и заключался наш сложный план, о котором Дзен пытался рассказать мне в машине. До того как нас разлучили. Это был план побега… в 1609 год. В эпоху Возрождения и расцвета любовной лирики. В мир без технологий. Без «Диотеха».

Вот почему Дзен выгравировал этот год на моей подвеске. Прямо в моем сердце.

С + Д = 1609.

Сейрафина плюс Дзен… И дату, когда нам суждено было воссоединиться навсегда.

Мне отчаянно хочется не верить Максер, отмахнуться от всего, что она говорит, но я не могу. Насколько эмоционально оно пугает меня, настолько же, с точки зрения логики, мой мозг готов принять ее заявление, несмотря на всю его внешнюю нелепость. Потому что, по иронии судьбы, именно в этой нелепице и кроется рациональное зерно.

Самым невероятным образом в нем содержится объяснение всего того, на что я не могла получить ответы прежде.

Почему о «Диотехе» нет ни единого упоминания в Интернете.

Почему Коуди никогда не слышал о такой компании.

Почему все технологические приспособления, которыми они пользуются, кажутся чем-то футуристическим.

А значит, все те украденные воспоминания, все, что я сумела недавно мысленно увидеть: комплекс корпорации, мой дом, день первой встречи с Дзеном, – все это произошло не в прошлом. Я вспоминала… будущее.

Доктор Максер вскакивает с места и помогает мне подняться. Она усаживает меня в свое кресло, умоляет расслабиться и сделать несколько глубоких вдохов. Меня так переполняют эмоции, я настолько еще сбита с толку, что проходит некоторое время, прежде чем я обретаю способность задать, может, самый важный вопрос:

– Как это вообще возможно?

Максер опирается на край стола.

– Тебя интересует, как ты сумела совершить путешествие на сто лет назад?

– Да, – киваю я, по-прежнему пока не в силах преодолеть слабость.

– С научной точки зрения здесь все очень сложно. Но я постараюсь упростить объяснение. Видишь ли, моя специальность – квантовая физика, и я всегда была одной из лучших в своей области. По этой причине боссы «Диотеха» первоначально и предложили мне работу. А несколько лет спустя поручили возглавить совершенно необычное и абсолютно секретное исследование. Ему дали кодовое наименование проект «Белый цветок». Передо мной поставили заманчивую, хотя на первый взгляд совершенно невыполнимую задачу: определить, возможно ли в принципе, и если да, то каким образом, мгновенное перемещение человека во времени и в пространстве. Мы назвали это трансессией, а процесс – трансессированием. Это слово образовано от латинских корней trans – то есть «через» или «сквозь», и esse, что значит…

– «Быть», «существовать», – тихо заканчиваю за нее я.

Максер улыбается.

– Очень хорошо. Таким образом, буквально «трансессия» означает «перенос существования». Иначе говоря, внесение изменений, где и когда человек продолжит свое существование. Затем образовался более формальный и официозный термин: «хронопространственная трансессия» – перенос жизни через время и пространство.