Камбер Кулдский - Кэтрин Куртц

Теперь они встречались почти ежедневно. Иногда при этом присутствовали Рис или Йорам, но чаще они были вдвоем. Они уютно располагались у горящего камина, Синил рассказывал о своем детстве, об отце и деде, а иногда – о своей жизни в монастыре, чего он никогда раньше не делал, особенно в разговорах с женщинами.

Ее реакция удивила его, он поражался тому пониманию, которое она проявляла, когда он описывал свое общение с Богом, и это удивляло его не потому, что она была женщиной – он знал, что женщины сыграли огромную роль в становлении религии, без них, возможно, религии бы и не существовало, – но его поражало, что светский человек может так приблизиться к религиозному экстазу, который он испытывал.

Он всегда был уверен, что такие глубокие чувства – прерогатива тех, кто полностью посвятил себя Богу и имеет к этому призвание.

И Эвайн после того, как вышла замуж, наверняка не имела такого призвания: она посвятила себя служению Рису, а Рис никак не был Богом.

В конце концов он приписал это влиянию ее брата-священника, с которым она была близка. Но затем он обнаружил, что Эвайн духовно близка не только с братом, но и с мужем. Синил долго размышлял – простое ли это совпадение или же это свойственно им потому, что они – дерини, а дерини существенно отличаются от людей.

Синил внимательно рассмотрел свои чувства и решил, что эти отличия вовсе не делают дерини чуждыми ему. Это тоже поразило его, но и это он решил выбросить из головы.

* * *

Поворотный пункт в их отношениях наступил в конце марта.

Синил пришел в церковь, где молилась Эвайн, и почувствовал такое умиротворение вокруг нее, такое единение с Ним, с Богом, что чуть не опустился на колени в благоговейном трепете.

Вдруг она ощутила его присутствие, а может, она все время чувствовала его, открыла глаза и посмотрела на него. Вокруг нее вспыхнуло ощущение святости, и Синил не осмелился заговорить с ней, пока они не вышли из церкви.

И даже в коридоре отвечал он только односложными словами, пока они не пришли в его кабинет и Синил не закрыл за собой дверь.

Он чувствовал, что должен спросить ее о том, что видел, но не мог подобрать слов.

Когда Эвайн устроилась у камина, Синил заметил в ее руке маленький желтый камень. Она бессознательно играла им, лаская пальцами гладкую поверхность. И тут Синил понял, что должен спросить.

– Что это у вас, миледи?

– Это?

Эвайн удивленно посмотрела на камень.

– Это называется ширал. Его находят в горах Кирнея. Отец подарил мне этот камень, когда я задала ему такой же вопрос, как вы сейчас.

Эвайн с улыбкой протянула ему камень. Синил повертел его в руках, любуясь игрой света в зеркальных гранях.

– Это просто игрушка? – спросил он немного погодя. – Мне кажется, что вы его все время носите с собой, хотя я не обращал на это внимания. Должно быть, он что-то значит для вас?

Эвайн опустила глаза, соображая, много ли видел Синил, и решила провести эксперимент.

– Конечно, Ваше Величество. Во-первых, потому, что мне подарил его отец, но есть и другие причины. Хотите, я покажу вам то, что показал мне отец, когда я спросила его о камне?

Его взгляд устремился на кристалл, лицо напряглось, пальцы судорожно сжали камень, но он справился со своими чувствами и поднял глаза на Эвайн.

– В ваших словах не содержится ничего особенного, миледи, но все же у меня возникло какое-то странное предчувствие. Можно ли мне видеть это?

Она ласково улыбнулась, стараясь успокоить принца. Эвайн знала, что, передавая ей камень, он что-то ощутил, хотя и не знала, что именно.

– Вам не нужно бояться, Ваше Величество. Как не нужно бояться любому, кто прикасается к грозному божеству, находящемуся в добром расположении духа, – тихо проговорила Эвайн.

Она старалась подбирать слова, которые он способен понять.

– В кристалле самом по себе не содержится ни добра, ни зла, хотя он и обладает могуществом. Но каждый должен приближаться к нему с почтением и четким пониманием того, что он хочет сделать. Тогда может возникнуть связь с чем-то высшим, может быть, с Богом.

Она передернула плечами, кристалл поблескивал в ее ладони. Синил наклонился вперед и пристально посмотрел в ее глаза.

– Связано ли это с тем, что я только что видел в церкви?

– Кристалл не был причиной, но он, возможно, сделал эффект сильнее, – мягко ответила она. – Это всего лишь одна из его милостей, которую можно использовать.

Синил глубоко вздохнул, не отводя глаз.

– Покажите мне, – прошептал он.

Слегка наклонив голову, Эвайн села прямо, опершись о подлокотники кресла и держа камень кончиками пальцев, как делал ее отец.

Вглядываясь в его туманную глубину, она медленно вдохнула, выдохнула и окружила кристалл всеми своими чувствами. Сначала в глубине камня вспыхнул маленький огонек, будто в нем отражался огонь камина, но затем весь кристалл начал светиться.

Все еще находясь в легком трансе, Эвайн повернулась к Синилу. Кристалл пульсировал холодным призрачным светом между ними.

– Это я нашла фокус, точку контакта, – прошептала она. У нее было абсолютно бесстрастное лицо.

– Но это только начало. Отсюда я могу пойти…

Она замолчала и провела рукой перед глазами. Свет в кристалле задрожал и умер. Синил сидел выпрямившись, его охватила тревога, он не понимал, что происходит.

– Что случилось? – спросил он, легонько касаясь ее руки. Ощутив прикосновение, но боясь ответить, Эвайн покачала головой и улыбнулась, глядя в кристалл. Затем она повернулась и посмотрела ему в глаза.

– Ничего, – успокоила она Синила, – просто трудно говорить и в то же время концентрироваться, – солгала она. – Лучше я отвечу, когда вернусь в нормальное состояние.

– Значит, все это ненормально?

– Это нормально для дерини или, лучше сказать, не ненормально.

Она засмеялась.

– Ширал помогает сосредоточиться. Многое можно использовать как фокус для концентрирования, но ширал лучше всего. Ведь он показывает свечением, когда вы достигнете оптимального уровня сосредоточения. Для фокусировки можно использовать что-нибудь яркое – перстень, стекло, луч солнца, но можно обойтись и без этого, хотя физические предметы помогают тем, кто недостаточно опытен.

– Значит, вы используете его для фокусировки? – повторил Синил. – Это вы делали в церкви?

– Да, я работала с ним, но…

Она бросила на него хитрый взгляд, зная, что он уже готов задать вопрос, к которому она подводила его последние пять минут.

– Ваше Величество, вы хотите сами попробовать? Я думаю, что он не отзовется на человеческие излучения.