Зерцалия. Центурион - Евгений Гаглоев

– Он хотел… привить вам гены пауков? – удивленно спросил Никита.

– В генетике он был большооой специалист! И у него даже начало кое-что получаться. Я снова смог говорить! Да только дрянь Шадурская и ее прихвостни помешали нам завершииить начатое.

– Шадурская?! – воскликнул Матвей, но Никита предостерегающе поднял руку.

– А где сейчас ваш старинный друг? – тихо спросил он. – Не собирается ли вернуться?

Старик хрипло рассмеялся.

– О, он вернется, уж ты поверь! И тогда весь этот город содрогнется от ужаса! Но сейчас мне не до не-гоооо. – Сухоруков пошевелился на горе подушек. – Призывааает! Зовет меня…

– Кто вас зовет? – спросил Артем.

– Самая большая ошибка в моей жизниии! В этот момент дверь комнаты распахнулась.

– Что вы здесь делаете?! – раздался гневный окрик. – Вам нельзя здесь находиться!

Все трое испуганно обернулись. На пороге стояла Людмила. Кулаки сиделки были сжаты, казалось, еще немного, и она бросится на ребят. Из-за ее спины, опираясь на скипетр Макропулоса, выглядывал Анатолий, дворецкий Шадурской, в длинном черном плаще. Старик мерзко улыбался.

– Вы! – задыхаясь от злобы, воскликнул Матвей. – Вы работаете на графиню!

– Умен, гаденыш, – осклабился Анатолий. – Я знал, что от него будут одни только неприятности. Может, мне расколотить его прямо сейчас, Людмила?

– Хорошая мысль, – процедила сквозь зубы сиделка. – Мне этот мальчишка тоже порядком надоел!

Она сорвала с головы чепец. Длинные черные с проседью волосы рассыпались по ее плечам. Сиделка сняла свои огромные темные очки, и Матвей тут же узнал ее.

Перед ним стояла сама мадам Феофания, владелица гадального салона, едва не отравившая Катерину несколько недель назад.

– Узнал? – усмехнулась Феофания. Она прошла в комнату и извлекла из-за двери еще один скипетр Макропулоса. – Однако мне долго удавалось водить вас за нос! С тех пор как Вест привел тебя в этот дом!

– Мальчишка и оборотня с собой притащил! – Анатолий указал жезлом на Никиту. – Хорошая компания подобралась, ничего не скажешь!

– Что ты имеешь против оборотней?! – ощетинился Легостаев.

– Я бывший пациент профессора Штерна, – сказал Анатолий. – А подобные мне ненавидят подобных тебе!

– Мутант! – презрительно фыркнул Никита.

– Звереныш! – не остался в долгу старик.

– Так все эти пентаграммы – ваших рук дело! – догадался Матвей. – Зачем?! Чтобы не пустить в дом доппельгангеров?! Чтобы никто не завладел черными зеркалами?!

– Все не так, глупцы! – раздраженно бросила Феофания. – В этом доме сокрыто нечто поистине ужасное! Куда страшнее, чем черные зеркала Трианона! Много лет назад мы поклялись, что никто никогда не узнает об этом! Дом – настоящая оккультная ловушка, в которую не мог попасть ни один представитель потусторонней нечисти. Так было до ночи затмения, пока проклятый Пельт не разрушил тибетский кристалл! И темные силы смогли вырваться на свободу! Не в полную мощь, но достаточно, чтобы распугать здесь всю прислугу! Чтобы призвать себе на помощь! Чтобы получить, наконец, свободу!

– Призвать кого?! – воскликнул Матвей. – Никто не может пробраться в этот дом благодаря вашим символам!

– Глупец! – хмыкнула Феофания. – Пентаграммы нужны не для того, чтобы никто не вошел сюда! А для того, чтобы никто не смог выйти!

Потрясенный Артем взглянул на кровать. Феофания это заметила.

– Нет! – вдруг завопила она. – Неужели вы стер ли защитный знак?! Ведь только он держал его на привязи!

Она бросилась к кровати и рывком отдернула занавесь.

Ребята увидели лишь примятую гору подушек. Старик бесследно исчез! В тот же миг откуда-то сверху раздалось ехидное хихиканье.

Все пятеро запрокинули головы. Артем, ойкнув, потерял сознание и свалился на пол.

На высоком сводчатом потолке сидело нечто ужасающее. Первое, что бросилось в глаза, – растопыренные конечности огромного паука, цепко державшиеся за потолок. Они блестели в полумраке, словно были отлиты из черного стекла! Нижняя часть туловища монстра принадлежала гигантскому арахниду, а верхняя была человеческой. Чудовище висело вниз головой, держась за потолок. Сморщенное лицо старика неестественного желто-зеленого цвета злобно ухмылялось. Князь Сухоруков совсем не был похож на свои изображения на портретах и старых фотографиях.

– Черт! – выдохнул потрясенный Никита.

– Вот это я и пыталась удержать! – крикнула Феофания. – Но вы все испортили!

– Отчего же?! – проскрежетал старик-паук. – Они прекрасно со всем справились, Феофааания! Больше ты не сумеешь усмирять меня своими заклятиями!

– Что это за тварь?! – испуганно воскликнул Матвей.

– Когда он заболел, ни один врач не смог поставить – его на ноги! – быстро проговорила Феофания, не сводя глаз с паука. – И тогда на помощь пришел профессор Штерн! Используя черную магию и свои научные разработки, он пытался привить князю способности какого-то существа. Но что-то пошло не так, и в итоге получилось вот это!

– Призывааает! – прорычал старик на потолке.

– Да кто его призывает? – спросил Матвей.

– Та, чье темное влияние и превратило его в монстра! Когда-то мы сумели избавить мир от нее, но сейчас, после того как Пельт уничтожил кристалл, она снова набирает силу! Она превратила князя в своего послушного раба! Только пентаграммы сдерживали его, не давали ему освободить ее из заточения, но вы их уничтожили!

Старик-паук, быстро перебирая лапами, пробежал по потолку и спрыгнул в центр комнаты.

Матвей вскинул меч, Никита с утробным рычанием пригнул голову, и из кончиков его пальцев вдруг выросли острые когти. Феофания и Анатолий одновременно выставили свои скипетры.

Паук лишь рассмеялся.

– Я старалась, Валерий, – выступила вперед Феофания. – Старалась сберечь тебя во имя нашей былой дружбы! Но ты уже не тот человек, каким был прежде!

– Стал гораздо лучше! – усмехнулся Сухоруков. – С дороги, ведьма! Мне нужно освободить ее! Она молит меня об этом много лет!

Но Феофания не собиралась сдаваться. Она подняла скипетр, направив его острие в лицо старика.

– Позволь мне восстановить пентаграмму! – почти с мольбой произнесла она. – Давай избежим всех этих проблем!

Паук резко взмахнул лапой. Мощный удар сшиб Феофанию с ног. Раздался звон бьющегося стекла, и женщина вылетела в окно. Сильный ветер взметнул к потолку длинные шторы.

Матвей, Никита и Анатолий ошеломленно уставились на то место, где она только что стояла. Гигантский паук заковылял к двери.

Анатолий, замахнувшись скипетром, бросился ему наперерез. Паук встал на дыбы и громко зашипел. Клинок скипетра полоснул его по панцирной груди, оставив лишь глубокую царапину. Паук резко повернулся и двинулся на обидчика.