Серый пилигрим - Владимир Василенко

Трактирщик едва волосы на себе не рвал от беспокойства.

Барт хотел было тихонько открыть дверь пошире и подобраться к спорщикам незаметно, но та заскрипела так, что дрожь по хребту пробежала.

– Вот он! – в один голос воскликнули Вирго и хозяин «Золотого гуся».

– Ты все нашел?

– Забрал?

– Тебя не заметили?

– Чего так долго-то?

– Следы надежно замел? – наперебой галдели они, приближаясь к нему.

Барт вытянул вперед руку с мечом, не давая им подойти.

– Эй, ты чего, малыш? – выпучив глаза на клинок, изумился Вирго.

Трактирщик благоразумно выставил вперед ладони и попятился.

– Люк был заперт! – с ходу выпалил Барт наболевшее. – На замок!

– Ну да, – пожал плечами трактирщик. – Ключ в тайнике, вместе с пузырьками со скумой. Я же тебе сказал про ключ!

– Да! – поддакнул ему Вирго. – Он же сказал тебе про ключ!

– Сказал мне про ключ?! – едва не задохнулся от возмущения Барт.

– Сказал? – оглянувшись на трактирщика, переспросил Вирго. – Ты что, не сказал ему про ключ?

– Я не сказал ему про ключ? – тупо произнес трактирщик.

– Да, ты! Ты точно сказал ему про ключ?

– Сказал ли я про ключ… – трактирщик задумчиво поскреб бороду.

Барт, вконец рассвирепев, от души пнул некстати попавшееся под ноги ведро.

– Да чего раскудахтались-то – сказал, не сказал! – рявкнул он. – Парочка идиотов! Никто мне ничего не говорил ни про какие ключи!

Прихрамывая на ушибленную о ведро ногу, он зашагал к лестнице наверх.

– Но он же там, вместе с пузырьками… – пролепетал ему вслед трактирщик.

– Да темно там, как в жопе! – прорычал Барт. – Не видел я там никакого ключа! Все, провалитесь вы на месте, придурки! Мне пора!

Юноша, не обращая внимания на возгласы оставшейся в погребе парочки, выскочил оттуда и, пробежав через кухню и кладовые, вылетел на задний двор. Кое-как отдышавшись, вернул меч в ножны и поспешил к «Кривому кабану».

Денек обещал быть погожим, не то что вчера. Было по-прежнему холодно, но выползающее в вышину солнце светило почти по-летнему ярко, грязь на дороге быстро подсыхала, покрывая причудливые узоры из отпечатков сапог и копыт твердой серой коркой, с хрустом ломающейся под ногами. Барт в очередной раз восхвалил богов за то, что ему удалось, наконец, раздобыть приличную одежду и обувь.

Улицы маленького поселка бурлили. Сейчас мало кто из проезжих купцов отсиживался в тавернах. Все толпились у центральной площади, возле стоянок своих караванов. Торговля, похоже, прекратилась вовсе, уступив место приглушенным тревожным разговорам. Имперцы по-прежнему торчали возле «Золотого гуся», обустроив на пятачке возле входа в таверну что-то вроде штаб-квартиры. Барт заметил, что снова открыли ворота склада, из которого он так вовремя успел улизнуть. От одного воспоминания о пережитых треволнениях снова неприятно захолодело между лопатками.

Имперцы огородили пространство перед складом наспех сколоченными деревянными козлами, а внутри выстроили один за другим вытащенные из таверны столы. Возле столов стоял тип в красном берете – главный имперский коллектор. Ему помогали два солдата и писарь.

Через эти столы, похоже, собирались пропустить все товары всех караванов, коим не посчастливилось задержаться в этот день в Распутье. Товары раскладывались на столах, коллектор их считал, время от времени что-то диктуя писарю. Рядом с имперцами, нервно перебирая в руках концы широкого кушака, топтался длиннобородый субъект в шапке с беличьим хвостом – похоже, торговец, чьи товары сейчас проверяли. Неподалеку стояли несколько груженых фургонов, ждущих своей очереди.

Барт прикинул, сколько же времени может занять весь этот досмотр, и покачал головой. Да уж, торговцам не позавидуешь. Если сборщики собираются продолжать такими же темпами, они здесь до зимы застрянут.

Зайдя в «Кривой кабан» с заднего двора, он поздоровался с уже знакомой стряпухой, хлопочущей на кухне с очередной партией пирогов, и забрался на чердак. Дверь в их каморку была заперта, но он расслышал внутри приглушенные голоса.

– Господин Леонард, это я, – постучав, негромко сказал Барт.

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы он смог проскользнуть в комнату. Серый мельком взглянул на юношу и указал ему на стул в углу.

– Карл, я тебя ни о чем не прошу, – вздохнув, продолжил он разговор. – Я давно не вправе тебя просить, и уж тем более приказывать. Но ты пойми…

– Да это вы поймите, дон Леонард! – перебил его трактирщик. – То, что вы задумали – безумие! Если вам так уж нужно вырваться в Дрезенборг прямо сегодня ночью – я найду какой-нибудь способ…

– Дело не только в том, чтобы вырваться отсюда. Просто не хочу упускать такую шикарную возможность подложить свинью нашему любимому императору.

– Даже если у вас и получится – это ведь минутная победа. Имперцы вернутся, и вернутся очень скоро. И просто-напросто сровняют Распутье с землей.

– Чем только подогреют ненависть к себе, – усмехнулся Серый.

– Вам легко говорить! А эта таверна – все, что у меня есть! И тут не один десяток людей, для которых Распутье – это дом, а не очередная остановка на тракте. Они лишатся всего. Может, даже жизни. И чего ради?

Серый, недовольно мотнув головой, тихо выругался.

– Ты, я смотрю, сентиментален стал на старости лет, Карл, – жестко сказал он. – Ладно, разговор окончен. Помощи от тебя не жду. Но я хотя бы могу надеяться, что мешать мне ты не будешь? Или ты настолько заботишься об отребье, что здесь живет, что выдашь меня имперцам?

Великан сокрушенно покачал головой:

– Я вас не узнаю, дон Леонард. Эта ненависть пожирает вас изнутри.

– Ты прав. Ты же знаешь – я не успокоюсь, пока жив.

– Знаю. Но понять не могу.

– Да неужто? Ты ведь был тогда со мной! Ты ведь почти как брат мне был, Карл!

– Бенедикту тоже.

Маг скривился, и было непонятно – то ли это очередной приступ боли, то ли нахлынувшие неприятные воспоминания.

– Ты ведь так мне и не поверил, правда? Ты думаешь, что это я…

– Неужели вы не понимаете, что все кончено?! – неожиданно взорвался трактирщик. – Все давно в прошлом! И борьба эта давно не имеет смысла.

– Борьба всегда имеет смысл.

Карл снова покачал головой:

– Вы и сами знаете, что это не так. Я поддерживал вас тогда, вначале. Тогда вас можно было понять. Тогда, вначале, можно было понять и Балтазара, хотя нам ли с вами не знать, что его притязания беспочвенны…

– Не вали все в одну кучу, Карл! – раздраженно отмахнулся Серый. – У нас с ним ничего общего! Я ведь рассказывал тебе… Я все тебе рассказал! Если бы мне еще удалось уберечь те отцовские записи…