Волчья свадьба. Книга 1 - Натали Лавру

Тот закивал головой.

Я вызвала скорую, в полицию звонить не стала: приедут и без меня.

Однако в голове у меня что-то ёкнуло: нужно удалить номер Светы из телефона Славика. Какой-то мобильник лежал на столе, ещё один на кресле, третий был у меня в руке. Так как мне некогда было разбираться, я схватила все три и, больше ничего не трогая, выбежала прочь. До отеля добиралась бегом, по пути выбросила телефоны подальше в море. Меня мало заботило, что это открытое воровство, пусть попробуют теперь что-либо доказать.

Ключей от калитки у меня с собой не было, пришлось перелезать через забор. Света уже ждала меня.

— Вот твои вещи. Проверь, здесь ли сим-карта.

Она посмотрела — всё на месте, наркоманы ещё не успели вычистить телефон, чтобы сбыть его. Вместо шести тысяч рублей я принесла домой почти в два раза больше. Было некогда считать. Видимо, Света оказалась не единственной лёгкой добычей для наркоманов-альфонсов.

Света в растерянности не знала, что сказать. Снова зазвонил мобильный. Дилан. Я сказала, что со мной всё в порядке и приезжать не нужно. В конце концов, уже почти ночь.

— Диана, я вдруг они завтра придут сюда? — спросила Света.

— Вряд ли. Не придут, — с уверенностью сказала я (учитывая повреждения, которые они получили). — Завтра устроим себе день отдыха.

— Я не смогу уснуть.

— У меня есть таблетки пустырника, выпей, поможет.

Она выпила. Ей было интересно, что я чувствую в данный момент. Сегодня я могла убить ещё двоих ублюдков, но сознательно не стала этого делать. Я только понимала, что нельзя долго зацикливаться на теме убийства и насилия, иначе можно впасть в зависимость. Я сказала, что моя душа спокойна и хочется спать, на самом же деле я была чертовски довольна собой.

«Всё-таки некоторым особям гениталии мешают быть хорошими людьми… — улыбалась про себя я. — Неплохое у меня складывается амплуа! Карательница похотливых кобелей…»

Света не знала о том, каким образом мне удалось забрать у наркоманов её вещи. И я поборола желание рассказать ей об этом.

Четверг. Утро было спокойным. Нельзя было с уверенностью утверждать, что к нам никто не явится (оставалась вероятность, что полиция каким-то чудом вычислит меня), поэтому я слегка нервничала. Вряд ли эти наркоманы могли заявить в полицию о покушении на них: прибывших оперативников в первую очередь привлекут наркотики и прочие незаконные вещи, которых в их доме было полно. Тем более, версия, что их искалечила одна хрупкая девушка, была похожа на бред воспалённого сознания.

К счастью, до самого отъезда нас никто не побеспокоил. В пятницу вечером приехал Дилан. Теперь нам со Светой ни о чём откровенном было не поговорить. Собственно, и до этого мы общались в основном на бытовые темы, потому что говорить о том, что произошло, попросту было стыдно.

Дилан снова носил шейный фиксатор, поэтому не ходил купаться с нами. Я заплывала настолько далеко, что оба мыса, Толстый и Тонкий, оставались позади. Приятно было просто лежать не воде и пропускать через себя волны и лучи солнца. Лишние мысли покинули мою голову.

В субботу мы вернулись домой. От Краснодара Света ехала на такси, так как Дилан чувствовал себя не очень хорошо.

— Посмотри, в четверг я получил наши свадебные фото, — сказал он, но голос его звучал сухо и безрадостно.

— Ты уже видел?

— Да.

Со всеми событиями я совершенно забыла о прошедших праздниках. На фотографиях я была мало похожа на себя сегодняшнюю, а ведь с того дня прошло всего два неполных месяца. Дилан улыбался, взгляд его был счастливым; теперь же волосы его начали седеть, а сам он находился в постоянном напряжении.

— Тебе какая-нибудь понравилась?

— Все неплохие, — был ответ.

Он сел рисовать очередной проект у себя в ноутбуке, попросил меня приготовить на ужин гуляш с пюре. Это был сигнал, что он не в настроении разговаривать и хочет, чтобы и я занялась чем-то полезным.

Некоторые мои мысли не облечь в слова, Дилану, наверное, это тоже было знакомо. Два побоища за неделю — это неутешительная тенденция, моё звериное обличие легко могло стать основным, а гнев — постоянным, и вряд ли это можно надолго скрыть. То есть катастрофа — это всего лишь вопрос времени.

Если бы моему мужу причинили зло или он вдруг оказался в опасности, я защищала бы его с той же самоотверженной яростью. И мне хотелось применить свои таланты в деле, а не быть ручной домашней собачкой, только вот свободы в мире людей для этого не было, и называлось это коротким словом: табу.

После ужина мы разбрелись по углам и не сказали друг другу ни слова, кроме «доброй ночи».