Турпоездка «All Inclusive» - Олег Языков

– Кот, сведи его вниз. Сопровождай, передашь из рук в руки барону Эстору. Потом – сюда, доложишь, как все прошло. Двигай, Кот!

Сам я во дворец короля идти не собирался. Не до меня там сейчас… да и с королем видеться не хотелось. Что я ему скажу? Что, возможно, подтолкнул заговорщиков к началу мятежа? Ему и без меня доложат. Прилечь, что ли, на диван? А смысл? Скоро должен вернуться Кот, вот тогда можно и домой, можно и прилечь.

Так оно и получилось. Дождавшись Кота, я перескочил в замок и отправился почивать. Что-то притомился я, аж лапы и хвост дрожат. Уже засыпая, я подумал – а виселицу-то я не забыл распорядиться установить? По-моему, сказал… Ну, баюшки-баю.

* * *

Весь следующий день я промаялся хмурым и злым. То и дело поднимался на стену замка, чтобы посмотреть, как идет установка виселицы. Бойцы мне на глаза не лезли, понимали, что настроения общаться нет абсолютно. Народ в замке тоже бегал не поднимая глаз. В общем – обстановочка была напряженная. К вечеру стали прибывать гости – мои вассалы, с сыновьями и небольшой свитой каждый. У кого были сыновья, конечно. Им предстояло присутствовать на казни, а потом – принести мне присягу. На волю случая я ничего не хотел оставлять. К гостям я не выходил и никого не принимал.

День завершился еще одним прыжком во дворец графа Лодена. Он меня уже ждал с целой кучей новостей. Оргид выложил все, что знал. Впрочем, барон Эстор, оказывается, к моменту допроса знал ничуть не меньше. Но тем не менее слова бывшего графа легли на бумагу и в соответствующее обвинительное дело. Участь Оргида больше никого не интересовала. Король, по словам маршала, слегка попенял ему, что он меня не взял во дворец. Маршал отговорился моей сильной усталостью. В целом, он даже и не соврал…

Вновь я – в замок, Оргид – в подвал. Как белка, честное слово. Мастер спорта по тройным прыжкам. Ну ничего, завтра финал…

* * *

Утро началось шумом и гамом – как же! Нужно было разместить и накормить целую кучу народа. По моим прикидкам, принести мне присягу должны были человек двенадцать – пятнадцать. А у них еще и сопровождающие лица. В общем, дым стоял коромыслом.

Подошел десятник и доложил, что виселица стоит, старосты деревень, представители городов и населения собираются, ожидаемые дворяне прибыли или вот-вот прибудут. Через часок можно и начинать.

Я перешел в Бергот за одним из главных действующих лиц. В сопровождении Стана я спустился в подвал. Жмурясь от света факела, на меня из темноты какой-то каморки смотрел палач.

– Помнишь меня, палач? Что же ты не дошел до храма, а?

– Помилте, ваша милость… не смог я… навалились, задержали… – уткнувшись носом в землю, забубнил палач.

– Ну, это твое дело, палач. А за твои дела, как я знаю, с тебя еще и спрос будет.

– Помилте, вашш…

– Замолчи. Сейчас тебе предстоит работа. Как ты относишься к графу Оргиду?

Палач повел по углам глазами, намекая на то, что, в общем-то, граф – парень неплохой.

– Вот и ладушки. Вот с ним и поработаешь, последний раз… А потом – тебя тут кое-кто ждет. Ну, пошли?

Я не стал ему завязывать глаза или делать какие-то внушения. Стан рассказал, что его ребята будут ждать возвращения палача с нетерпением. Очень многим с ним хотелось плотно пообщаться. Вот и хорошо. Нельзя оставлять его труд без воздаяния.

В замке было уже потише, зато снаружи, у виселицы, морским прибоем шумела толпа. Дворяне, сидя на конях, занимали лучшую сторону открытого театра. Остальное пространство было заполнено простым людом. Пора! Грустно ударил надвратный колокол, шум стал стихать.

Стражники повели в последний путь бывшего графа. Я не позволил сделать это молодогвардейцам. Этот человек – преступник, без чести и совести. За Огридом шел палач, постоянно оглядывающийся на следующего в отдалении Стана.

Мне подвели Буцефала, и в окружении своих бойцов я выехал из ворот замка…

* * *

– Слушайте меня, жители баронства ля Реган! Пред вами – граф Оргид, бывший граф. Указом короля он отстранен от управления графством и лишен титула. Я обвиняю Оргида в совершении убийства моего отца, барона ля Регана! Я обвиняю его в смерти других людей, свидетелями чего вы были сами. Я обвиняю его в покушении на мою жизнь и в захвате моего замка. Остальные обвинения выдвинул Суд графов королевства… – я обратился к Коту:

– Кот, повесь розыскной лист на шею Оргиду.

Пока Кот делал это, стояла тяжелая тишина.

– Я не буду долго говорить. Граф пленен и стоит в петле. Я сдержал свою клятву мести… кто-нибудь хочет сказать хоть слово в защиту бывшего графа Оргида? Ну, говорите!

Пауза повисла и тянулась. Люди молчали. Только лошади фыркали и звенели металлом уздечек.

– Значит – никто! Палач! Делай свою работу!

Тут завизжал Оргид:

– Стойте! Это не казнь! Это убийство! Я требую королевского суда! Я требую поединка с тобой! Пусть все решит меч!

– Я не приму твой вызов, Оргид. Мало чести убить старика. Еще меньше – прикончить благородным мечом преступника и убийцу. Палач!

Палач дрогнул и выбил из-под ног Оргида скамью. Тело казненного задергалось, раскачиваясь в петле. Народ зашумел.

Выждав минут пять, я метнул в виселицу клубочек. Все сооружение разом вспыхнуло нестерпимым для глаз пламенем. Палач, в последний момент соскочивший с площадки, попал прямо в руки Стана.

Я обернулся к дворянам:

– Я недоволен вами, господа. Видимо, барон, мой отец, уделял вам недостаточно внимания. В трудную минуту вы не спешили на помощь. Бог вам судья! Сегодня вы должны будете присягнуть мне. Еще не поздно. Если кто не хочет этого делать, может удалиться. Я возмещу вам все потери и выкуплю вашу собственность. В королевстве много и других мест для того, чтобы спокойно провести остаток своих дней. Ну, кто? Решайте, господа! Через десять минут я жду остальных на замковой площади. Да, и еще я хотел сказать: пира по случаю присяги не будет! Не тот повод и не тот случай, господа. Гвардейцы, за мной! Вперед!