Обсидиановое зеркало - Кэтрин Фишер

В большой галерее появились кошки. Мягко ступая и высоко подняв хвосты, они шли одна за другой. Все семь.

Из-за окон доносился приглушенный стук барабанов Ши. Отсветы от языков пламени разбегались по оштукатуренному потолку.

Черные как смоль, абсолютно одинаковые тени лазали, скакали, рыскали. Они запрыгивали на стулья и спрыгивали под столы, проскальзывали во все открытые двери, чесались, сидя на книгах, лежали, вытянувшись на бумагах на столах.

Одна задрала голову и приметила раскрашенный в синий и белый цвета кувшин на краю высокой полки.

Кувшин слегка покачнулся, и зрачки у кошки расширились. Кувшин покачнулся еще раз. Потом еще.

Кошка запрыгнула на полку, прошла по книжкам и затаилась, с интересом глядя на него. Шерсть у нее была клочковатая, хвост – пушистый. Когда кувшин покачнулся еще раз, кошка протянула к нему лапу и легонько ударила. Кувшин завалился на бок, потом покатился, упал и разбился. Кошка моментально прыгнула подальше в кресло и смотрела оттуда зелеными, округлившимися от возбуждения глазами.

Пирс – пыльный, разгоряченный и злой – стоял на полу и сплевывал осколки кувшина.

Он свирепо уставился на кошек и прорычал:

– Проклятье, почему так долго?

Маскелайн поднялся на ноги.

– Ты не ранен? – встревоженно спросила Ребекка.

Но мужчина не ответил, он смотрел ей за спину. Она быстро развернулась и увидела репликанта, который им улыбался.

В комнату вбежали Сара с Уортоном. Сара заметила, как Ребекка спрятала за спину стеклянный пистолет.

Она огляделась.

Где, черт возьми, Пирс?

Репликант, небрежно раздвигая остатки сети, прошел прямиком к зеркалу. Он посмотрел на свое отражение: гладкие прямые волосы, аккуратная черная униформа, безрадостная улыбка.

Зеркало задрожало. Уортон четко это видел – вибрация шла изнутри, как будто к зеркалу подключили очень сильное напряжение.

Маскелайн, должно быть, тоже это заметил.

Он вышел вперед и с тревогой в голосе посоветовал:

– Не стойте так близко. Отойдите подальше!

Репликант бросил на него заинтересованный взгляд:

– Так, значит, была некая аномалия! Это вы были на мосту вчера ночью. И какого сорта вы путешественник?

– Путешественник? – не понял Маскелайн.

– Не прикидывайся. «Зевс» послал подкрепление?

– Меня никто не посылал. Я путешествую один и не состою ни в одной группе.

Уортон за спиной Маскелайна потихоньку приблизился к Ребекке. Боковым зрением он заметил, что Сара стоит в открытых дверях и внимательно слушает.

– Один! – Репликант явно был заинтригован. – И каким же образом?

Маскелайн отвел взгляд от Ребекки. Внешность его на секунду изменилась: черные волосы стали длиннее, лицо разгладилось. Но, когда он вышел на свет, жуткий шрам, который делал его старше, появился снова.

– Вы не поймете, – тихо буркнул он и добавил: – Отойдите от зеркала, вы его беспокоите. Оно вас отторгает.

– А ты откуда знаешь?

– Я могу это почувствовать.

Репликант шагнул к зеркалу:

– Можешь? Убогий изуродованный вор из какого-то зловонного городишки? Только не говори, что ты веришь, будто оно твое. Будто оно к тебе благоволит. Это обычное для всех путешественников заблуждение. Ты знал об этом? Медленное погружение в безумие. Если, конечно, ты не другой. – Глаза репликанта под синими очками заблестели от любопытства. – Ты другой? Это ты создал это зеркало?

Маскелайн тоже вышел вперед. Теперь они оба замерли перед зеркалом.

– Возможно, это оно создало меня, – прошептал Маскелайн.