Роза для Палача - Франциска Вудворт

Не выдержав такой наглой лжи, я запустила в него подушкой, от которой он уклонился.

– Извини, больше не могу говорить. Меня атакует одна воинственная кошка, – уклонился он и от второго снаряда. – Хан, затея идиотская, но это наименьшее зло. Стоит попробовать, чем всю жизнь скрываться.

– Что он собирается с ними делать? – спросила я, когда Богдан закончил разговор.

– Его девушка наденет их вместе с другими вещами Дамаль.

– Дамаль?

– Это женщина, что их создала. По дороге расскажу.

– Как наденет? – встрепенулась я. – А где они? Их же надо перед этим постирать.

Кто его знает, носила их родительница или нет. Меня позабавило выражение лица Богдана.

– Что? Носить чужое белье негигиенично, – наставительно произнесла я, выбираясь из постели.

Как Богдан ни ехидничал, я все же поступила по-своему и постирала панталоны. Они успели высохнуть, пока мы завтракали и собирались. Предполагая, что за домом могут следить, Богдан все продумал. К нам приехали на машине доставки бородатый мужчина и девушка, одного с нами типажа. Они привезли корм для котенка, наполнитель, лоток. Девушка несла кошачий домик.

На мужчине были меховая шапка и дубленка, а на его спутнице полушубок с капюшоном. В доме они сняли с себя верхнюю одежду и отдали нам. Мужчина отклеил пышную бороду и передал Богдану, который тут же ее нацепил.

Пока нас нет, их задача – имитировать наше присутствие. Пообещали еще следить и убирать за Лаки. Мы надели их вещи и уехали на фургоне. Километров через двадцать на заправке сменили машину на оставленный для нас джип. Я себя героиней боевика чувствовала со всеми этими ухищрениями.

До места назначения мы добирались часа три. За металлическим забором притаился неприглядный одноэтажный кирпичный дом. В такой точно воры вряд ли полезут. Нас встречал друг Богдана, которого я сразу узнала. По нему еще сестрички в больнице вздыхали и закатывали глаза. Это он приехал с бабулей к пострадавшей, которую сбил Макс.

Память не обманула, и именно та девушка дожидалась в доме. Вот так встреча!

– Хан, я говорил, что это идиотская затея? – с порога заявил Богдан.

– Ну ты же согласился в ней участвовать.

– Это наименее идиотская затея, – поморщился Богдан как от зубной боли и сказал: – Роза, отдай им это.

– А я не понимаю, почему все так носятся с этими тряпками, – заметила я, стараясь немного разрядить обстановку и улыбаясь девушке. Интересно, она меня помнит? Не удивлюсь, если нет. Что-то мы с ней не при лучших обстоятельствах встречаемся. Мысленно же отметила ее осунувшийся вид и бледный цвет лица. – Вот, держите. Я их даже постирала.

Девушка взяла пакет и явно смутилась.

– Просто надень их, Ева, – вздохнул Хан.

Ева?! В больнице она точно иным именем представлялась!

Он прошелся по комнате, машинально бросил взгляд на ноутбук. И внезапно замер, просто превратился в статую.

– Что? – подобрался Богдан.

– Ты! – выдохнул Хан, разворачиваясь к нему всем телом, сжимая кулаки. – Я же тебе доверял?!

– Не понял…

– Ты не понял? Смотри!

Богдан глянул как-то издалека и присвистнул, потом резко побледнел:

– Это не мои люди, Хан. Я же тебе сказал, что не в восторге от идеи, но согласился участвовать.

– Не твои?

– Matrem tuam, с чего бы я перед ними приперся?! – вспылил Богдан.

Я точно знала, что мы ни при чем. К счастью, Хан поверил.

– А что… – начала было я, но Хан перебил:

– Значит, так, слушаем нас и выполняем без разговоров. Марш в подпол. Ева, там натягивай панталоны и загадывай желание. У нас гости с кучей оружия и бронеавтомобилями. Все, по местам. Богдан, за мной.

Ева молча потащила меня за собой. Я находилась в каком-то ступоре. Мужчины были очень серьезны, а я даже не знала, что нам угрожает. Но я же врач, может, мне не надо уходить. Мало ли что. Ева же открыла подпол, прикрытый ковриком, и толкала меня туда, а сама не сводила полных беспокойства глаз с Хана. Мужчины надевали противогазы и доставали оружие. Действовали слаженно и уверенно, без паники. Именно это придало мне сил.

– Ты приказ слышала? – дернула я Еву. – Не суйся, а надевай вещичку.

Она спустилась и начала натягивать панталоны, сняв перед этим штаны под юбкой. И тут удар сотряс дом до самого основания. Я испуганно вскрикнула, а Ева пронзительно завизжала. Уронила панталоны. Подняла. Руки тряслись от выстрелов и грохота над головой.

– Это избиение младенцев, – бормотала я. Там что, война?!

Как будто в подтверждение грохнуло так, что нас оглушило. Не потерять сознание помогла оседающая на пол Ева. Я кинулась к ней, затаскивая ее под кровать. Не знаю, чем это могло помочь, но сработал рефлекс. Богдан же в прошлый раз приказал мне прятаться под кроватью. А потом сверху посыпалось нам на голову. Такое ощущение, что рушился дом. Все падало и падало.

– Ева! – ударила ее по щеке, приводя в чувство. – Сколько пальцев?

– Тут темно! – простонала она.

– Нас завалило, – прошептала я. Кровать спасла. – Лежи и не шевелись. Тошнота есть? Головокружение? Нету? Отлично, легкая дезориентация сейчас пройдет.

Опомниться нам не дали. Пара мужчин в темной форме без опознавательных знаков выволокли нас наверх. У того, что осталось от дома, крыши не было.

– Нет! – прошептала я, увидев у разрушенной стены застегнутые мешки для транспортировки тел.

– Нет! – душераздирающе, пронзительно закричала Ева.

Один из мужчин в гражданском подошел к бойцам и сказал что-то негромко, указывая на нас. Тот кивнул и поднял автомат.

Все…

– Я не хочу вас! – с ненавистью закричала Ева. – Лучше бы вас никогда не было! Лучше бы Дамаль никогда вас не создала!

Автоматная очередь оглушила и оборвала ее слова. Меня поглотила темнота.