Желтый меч - Иар Эльтеррус

— Вряд ли люди смогут правильно произнести мое имя, — голос существа оказался тихим и нежным, но в нем не было доброты или беззаботности, — только миролюбие, тщательно скрывающее смертельную угрозу. — Ты можешь звать меня Аллерином, Хранитель, это имя достаточно простое и в то же время не оскорбительное. Ты правильно понял — я пришел не затем, чтобы воевать. Поэтому младший может расслабиться — не ручаюсь насчет тебя, но если бы я желал его смерти, он был бы уже мертв.

Айран покосился на Рэллмара, все еще настороженно следящего за сородичем. И ведь тот не врет, наверняка может. Но пусть только попробует…

— Приятно познакомиться, Аллерин. Меня зовут Айран.

Странно, но Воитель совершенно не опасался водяного эльфа, хотя и чувствовал его скрытую силу. Но вот почему — не мог понять и сам.

На полупрозрачных губах промелькнула улыбка.

— Это ведь не настоящее имя… Но если ты идешь навстречу, и зовешь меня Аллерином, я пойду навстречу, и буду звать тебя Айраном. Истинные имена порой слишком опасны, чтобы их произносить. Найдется ли у тебя полчаса для спокойного и неторопливого разговора?

— Найдется, я думаю, — Хранитель чуть улыбнулся и бросил беглый взгляд назад. — Хоть мы и спешим, полчаса не решат всех проблем.

Рион, быстро уловивший смысл этого взгляда, схватил Рэллмара и Аронга за плечи и без разговоров оттащил обоих в тень огромного раскидистого дерева, росшего неподалеку. Причем эльф ни на секунду не отводил взгляда от старшего, опасаясь подвоха.

Пенное существо оторвало ногу от воды и ступило на песок — осторожно, но уверенно. Подошло к Айрану и остановилось на расстоянии метра.

— Ответь мне, Хранитель, в чем цель твоего прихода в наш мир?

— А чтоб я знал, — тяжело вздохнул он. — Появился у меня Меч, сказал, «надо идти» — я и сорвался. Но уже здесь понял — Анлион надо менять, ничего хорошего этот мир не ждет, если все останется как есть.

— Ты так в этом уверен? — совсем тихо спросил старший. — Ты наделен способностью предвидеть будущее?

— Я могу видеть настоящее, — эхом отозвался Айран. — И этого вполне достаточно, чтобы понять необходимость перемен. Пойми, я из другого мира, мира, в котором все иначе. И то, что для вас стало обычным делом, для меня является кошмаром наяву. Я жил в страшном мире, но то, что происходит здесь… Не укладывается даже в такие рамки.

— И что же, обычного для нас, вызывает у тебя такой гнев, страх или отвращение? — уточнил эльф.

— Например, риттели, — сразу всплыла в памяти Воителя хорошо выделанная шкурка разумного существа. — Этого мало?!

Он закусил губу, пытаясь совладать с собой. Еще не хватало превратиться в Драконицу на глазах старшего эльфа. Вот будет весело. Айран снова посмотрел вдаль, на уходящие в бурные воды океана облака и от всей души позавидовал им, свободным и счастливым в своем вольном полете.

— Риттели? Ты имеешь в виду бойни? Они сами выбрали такой путь, никто их не принуждал. Ты хочешь вести этот народ к счастью вопреки их собственному желанию?

— Я не могу поверить в то, что они идут на бойню добровольно, — юношу передернуло от такой мысли. — Нет, не верю. Нужен еще пример? Пожалуйста. Вам так нравится закон об оружии в руках женщин? Или вас устраивают воронки от взрывов в местах, куда приходят посланницы Огненного Гарема? Да и добровольно ли они туда идут? Этого пока не знаю, но, жизнью клянусь, выясню…

— Закон Арлинга нанес нашей расе наибольший ущерб, потому что именно у эльфов всякая женщина раньше хоть раз в жизни, но бралась за лук и стрелы, — печально ответил Аллерин. — И желание его отменить — не может не радовать. Но не принесешь ли ты сам новых законов в наш мир — столь же кровавых и страшных, но гораздо менее привычных?

— Я ничего не могу обещать, — грустно ответил Айран. — Но сделаю все, от меня зависящее, чтобы не допустить этого. Разумеется, вы мне не доверяете… Пока не за что особо.

— Отрадно слышать, что ты это понимаешь, — кивнул гость. — Но я сейчас говорю не о том. Я хочу спросить, доверяешь ли ты сам себе?

— Себе — да, доверяю, — твердо ответил он. — Иначе в нашем мире нельзя — растопчут и сомнут.

Он немного помолчал, внимательно глядя на собеседника, и добавил:

— У меня был хороший учитель. И он научил меня доверять хотя бы себе, для начала.

Собеседник еле слышно вздохнул.

— Твой учитель был отважен. Пусть так. Но какую цену готов ты заплатить за то, чтобы исправить ошибки своего предшественника?

— Цена сильно зависит от тяжести ошибки… Я готов сделать все, что в моих силах, Аллерин. Все!

— А многое ли в твоих силах? Сможешь ли ты остановить армии, уже жаждущие кровавой резни? Готовые сорваться в полет ракеты и бомбы — успеешь ли ты их все поймать? Убийственные заклинания, ждущие своего часа на проклятых свитках — хватит ли тебе знаний нейтрализовать их все?

— Я прекрасно знаю, что не всемогущ. И не стану таковым даже после объединения. Если вообще доживу до него. Но разве ты уверен в том, что война не начнется и без моего участия? Что Высшие маги не захотят прибрать к рукам и ваши планеты, и планету драконов? Если это случится, пострадают все: и люди, и эльфы, и драконы.

Эльф загадочно улыбнулся.

— Это может прозвучать слишком грубо, но я уверен. Это одна из немногих вещей, в которых я могу тебе ручаться, Хранитель. Клянусь жизнью своей… или своего народа, если тебе этого мало: без тебя войны не будет.

— А со мной, значит, будет… В этом уже я не уверен. И не намерен отказываться от своего пути.

Фигура развела руками.

— Потому я и спросил тебя о цене. Твой приход уже погубил десятки тысяч жизней. Сколькими еще ты готов пожертвовать ради вожделенной победы? Сто тысяч? Миллион? Десять миллионов? Какая цена вынудит тебя остановиться? Или нет такой?

— Арлинг — это не я. А я не он, — глухо ответил Хранитель. — И до Рэллмара вон долго доходило… — Айран вскинул голову и пристально всмотрелся в полупрозрачное лицо собеседника, в его глазах засверкали молнии Предела. — Ладно. Допустим, я вам поверил и отказался от своих планов. Все осталось по-прежнему: риттели гибнут на бойне, женщин казнят за неосторожное прикосновение к оружию, посланницы Гарема продолжают убивать и умирать, Высшие маги грызутся между собой или еще с кем-то. Привычный вам мир, без изменений, без преобразований. Такой же, как и тысячу лет назад. А мне что прикажете делать? Самоубиться о ближайшую скалу?

— Нет, что ты! Ты можешь жить в нашем мире, как почетный гость — главное, чтобы о тебе не знали другие, потому что само знание о присутствии Воителя побуждает смертных и вечно живущих совершать глупости. Мы сумеем правдоподобно фальсифицировать твою гибель и успокоить вызванные ею волнения. А ты получишь все, чего можешь желать — богатство, покой, любовь, долгую и счастливую жизнь. Если же наш мир слишком отвратителен для тебя — вернись в свой.