Разбойная дорога - Дэйв Дункан

– Ш-шш! – прошептал он.

Это были статуи. Мы оглядывались в большом, высоком помещении, уставленном с одной стороны изваяниями, а с другой – сундуками и какими-то непонятными узлами. Потолка я почти не видел, понял только, что он сводчатый. Стоявший прямо передо мной молодой человек хитро улыбался, и я вспомнил Роша с площади. Правда, нижняя часть тела у этого юноши отсутствовала – вот почему он смотрел сейчас прямо мне в лицо. За ним виднелась однорукая матрона.

Свалка. Жрецы использовали это место, чтобы складывать сюда старье. В самом деле, что делать с поврежденным богом или богиней? Ломать – святотатство. Молиться – богохульство. Все, что остается, – это убрать их с глаз долой. Это было место, где умирают боги.

Медленно одолели мы последние несколько ступеней и оказались в неземном обществе. Направо и налево тянулся узкий проход. Куда идти?

Ториан схватил меня за плечо.

– Кажется, слева мелькнул свет, – шепнул он. – Прикрой фонарь!

Я сунул фонарь в мешок. Стало темно. Я стоял в кромешной тьме, балансируя на верхней ступеньке и отчаянно стараясь не стучать зубами, – мне представлялось, как изваяния, пользуясь тем, что мы их не видим, подкрадываются к нам.

Узкие лучи света прорезали темноту над головой и исчезли. При первом посещении храма мы обнаружили отверстия, скрытые в декоративном карнизе, что шел по периметру верхнего яруса пирамиды. Скорее всего это были узкие трубы, пригодные для вентиляции, но не для того, чтобы пропускать свет. На улице грохотал гром – сюда он проникал сильно приглушенный. Он доносился скорее даже по лестнице снизу. Все же воздух здесь был свежий, и я даже ощущал его движение.

Я решил, что в случае появления когорты разъяренных жрецов я спрячусь в толпе статуй и буду загадочно улыбаться. Возможно, даже отломаю одну руку для убедительности.

Теперь и я различал слабый свет слева. Где же Грамиан Фотий? Может быть, над моей головой, в Обители Богини, возносится к славе над рыдающей Шалиаль Тарпит?

Он может быть и слева от меня, там, откуда пробивается свет, наряжаясь с помощью дюжины жрецов в доспехи Балора. Впрочем, с учетом того, что ему предстоит таскать эту броню на себе весь предстоящий день, я бы на его месте не спешил облачаться в нее задолго до рассвета. Да и для общения с красивой женщиной я выбрал бы что-нибудь другое.

Он может обедать сейчас внизу, в храме с верховным жрецом Нагьяком и несколькими избранными богатеями, получая заодно в сотый раз наставления, как себя вести и что от него требуется – не в эту ночь, конечно, а в предстоящие дни.

Снова ударила молния, две вспышки одна за другой, и мне показалось, что я вижу в углу Ториана. Гораздо вероятнее, я видел призрак.

Я заставил себя заняться географией. Я должен находиться почти под верхними ступенями главной лестницы, перед Обителью Богини. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что помещение в плане имеет форму квадрата. Обитель Богини должна поддерживаться массивным столбом посередине пирамиды, значит, этот коридор обходит его по периметру. Помещения на всех остальных этажах лепятся к пирамиде с трех сторон, поскольку главный фасад остается монолитным, но этот потайной этаж освещается не сверху, так что может занимать всю площадь уступа пирамиды.

И если он весь захламлен так, как та его малая часть, что я видел, здесь есть где спрятаться, если вдруг нагрянут жрецы.

Свет погас.

Я проверил, не погас ли фонарь в мешке, чуть приоткрыл горловину, чтобы пропустить внутрь больше воздуха, потом снова прикрыл его. Свет ослепил меня, и некоторое время я не видел ничего.

Мне захотелось чихнуть.

Мне отчаянно захотелось чихнуть.

Я тер нос до тех пор, пока он не заболел.

Молния. Гром. Я никогда еще не встречал человека ростом с Ториана, способного передвигаться так бесшумно. Впрочем, тишина сама по себе уже была хорошей новостью. Если бы он напоролся на кого-нибудь, я услышал бы это.

Мои ноги еще не отошли от долгого подъема, а теперь еще и затекли со всеми вытекающими последствиями. Я пошевелил пальцами. Мне снова захотелось чихнуть.

Потом я увидел свет справа от меня – дрожащий, приближающийся. Я знал, что это может быть только Ториан, завершающий обход по кругу, но мое сердце колотилось громче, чем Зомапп, пока он наконец не показался у лестницы. Его лицо освещала свеча, которую он прикрывал свободной рукой. Топорик он нес, зажав под мышкой.

Он осторожно пробрался между богами, подошел ко мне, и зубы его блеснули в улыбке.

– Никого, – прошептал он.

– Ты уверен? – Меня трясло от облегчения.

– Не думаю, чтобы у этого борова хватило ума прятаться. – Улыбка исчезла. – Конечно, он может быть еще наверху.

– Туда можно попасть отсюда?

– Да. Что-то вроде люка, разумеется. Тот, кто проектировал это сооружение, похоже, увлекался люками в полу. Давай сюда свет.

Он поставил серебряный подсвечник на сундук, и я достал фонарь.

– Это безопасно? – спросил я.

– Скоро будет. – Ториан нагнулся и взялся за крышку люка – она была сделана из крепкого дерева, окованного металлом, и покрыта таким слоем пыли, что было совершенно ясно: ее не закрывали уже много лет. Петли скрипнули, и он подождал.

– Именем Балора, что ты такое делаешь? – удивился я.

– Жду грома. Ага!

Лучи света снова ударили в потолок.

– Ториан! Если ты закроешь ее, ты отрежешь нам пути к отступлению!

Он начал говорить, но раскат грома заглушил его слова. Скрип петель показался мне громче, но, разумеется, с двух шагов его никто бы уже не услышал. Люк захлопнулся, подняв облако пыли, потрескивающей у свечи.

Он довольно усмехнулся.

– Перережу путь преследователям, ты хотел сказать. Ладно… Ух ты! Помоги лучше. – Он пытался подвинуть ближний сундук.

– Нет! – сказал я. Нам не было нужды таиться, но я продолжал говорить шепотом. – Ты с ума сошел!

Но я знал, как именно он сошел с ума. Я давно уже догадывался, что он вынашивает собственные планы. Я просто не хотел признаваться в этом себе. Теперь я столкнулся с этим в открытую.

– Как по-твоему, что они здесь… – Ториан поднял крышку сундука и присвистнул. В тусклом свете свечи блеснуло золото. Он оглянулся, за ним я. Всего здесь стояло шесть больших сундуков – из крепкого дуба, окованные металлом. Это была храмовая сокровищница. Ничего удивительного, что они такие тяжелые.

– Давай! – буркнул он и приготовился толкать.

– Но как мы будем выводить отсюда Шалиаль? – огрызнулся я. – Она ведь уже там, в Обители Богини. Мы ведь пришли сюда спасать ее, ты что, забыл?

Он выпрямился. Потом одним шагом стал прямо передо мной. Он грозно посмотрел на меня сверху вниз и постучал по моей груди указательным пальцем.