Вроде волшебник. Том 3 - Ахрем

Есть лишь одно НО. Мой фамильяр не может в магию. Вот вообще. Так что мое «новое» тело в плане магических сил мало чем отличается от обычного человека. Пока непонятно, удастся ли мне как-то вернуться обратно, геймбой оказался уничтожен вместе со мной. А если даже удастся открыть проход, то смогу ли я через него пройти? Вопрос, как говорится, на миллион.

Вернувшись обратно в особняк, не без помощи ведьм, которые открыли проход, я трансформировал свое «новое» тело в большую ворону и довольно быстро долетел до дома, где уже в холодильнике нашел баночку мороженого. И вот, я теперь поедаю сладость, размышляя о всяком разном.

А подумать мне было над чем. Пускай я не лишился своих сил полностью, даже одна Ньярл способна навести шороху, да и магия у меня сохранилась… в гробнице. Все не так плохо, если так подумать. Могло быть куда хуже. В конце концов я все еще жив…

Мои размышления прервало появление Шельмы. Она все еще была одета в облегающий наряд с оружием на поясе.

— Вот ты где! — довольно эмоционально произнесла она. — Кого черта ты ушел?!

Положив очередную порцию мороженого в рот:

— Мфе нуфно быфо пофумать, — довольно невнятно отвечаю.

— А объяснить, что случилось? — с этими словами у меня отобрали мороженное и с сердитым видом она сама его стала есть.

— Я совершил глупость, — развожу руками. — Мой геймбой уничтожен, а я застрял в гробнице. Сущая мелочь…

Не успел я договорить, как Шельма довольно сильно меня ущипнула.

— Ай! — вскрикиваю больше от неожиданности. — Ты чего?! — удивленно на нее смотрю.

— Проверяю, что ты не иллюзия, — усмехнулась она. — Если ты заперт в гробнице, то это тогда что? — указав на меня.

— Мой фамильяр, чьим телом я сейчас управляю, — не вижу повода врать.

Шельма пару секунд смотрела мне в глаза, после чего положила ложку с мороженным в рот. С непонятным выражением лица она стала есть мороженное, ничего не говоря, я даже немного забеспокоился.

— Ты чего? — все же спрашиваю.

— Вот думаю, если отшлепаю тебя, будет ли это считаться издевательством над животным? — довольно серьезно посмотрев на меня.

— Гав? — немного дурашливо произношу.

На что Шельма только вздохнула.

— Знаешь, как я перепугалась, когда взорвалась та тень? — как-то обмякнув, спросила она.

Нагнувшись вперед, усаживаю ее себе на колени, уткнувшись лицом в ее плечо.

— Прости? — вполне искренне произношу.

— Больше так не делай, — ее мышцы стали понемногу расслабляться, лишь в этот момент я понял насколько она была напряжена.

— Хорошо, — покладисто соглашаюсь.

***

Мистер Стивенсон с волнением смотрел в экран монитора. В его глазах отражались строчки цифр и непонятных символов. В свободное от преподавания время он увлекался программированием, так что примерно представлял, что видит. Найденная им в школе дискета содержала в себе программу. Старый код.

С помощью этого кода кто-то проклял его школу! В программе была привязка к местности. Сам механизм проклятия выглядел довольно просто. Ты проклинаешь кого-то/что-то, после чего проклятие накапливает энергию, которую ты можешь потратить на что-то, например, омолодить себя. Благо нужный блок был в самой программе.

Поднявшись из-за стола, мужчина стал ходить по комнате. Проблема данной программы была лишь в одном — ей требовалась жертва. Причем, чем больше тебе требуется силы, тем масштабнее должно быть жертвоприношение. Он слышал о чем-то подобном. Старый код, за любую попытку найти который отправляют в тюрьму. Слухи об этом ходили уже давно, но учитель в них не особо верил.

Мужчина уже был не молод, хотя еще и не впал в старческий маразм.

— Но суставы в дождливые дни уже ноют, — грустно произнес он.

Меряя комнату шагами, мужчина подумал, что должен уничтожить дискету. Так будет правильно. Открыв кладовку, он достал из инструментов молоток. Подойдя к компьютерному столу, он замахнулся молотком…

***

Выступление Аманды по итогу закончилось полным успехом. А благодаря продаже прав на запись концерта, мы неплохо так подзаработали. Мне даже обещали выплачивать роялти за мерч и продажу дисков с моей записью. Скорей всего, платить будут копейки, но да ладно.

Благодаря такому исходу, наш благотворительный фонд с двух миллионов разросся до десяти! Как так получилось, лично для меня остается загадкой. Но благодаря этому мы теперь можем более уверенно заняться перестройкой пансионата и в целом благотворительностью.

Осталось лишь решить, какие проекты мы еще потянем и нужно ли нам это все. Деньги можно потратить довольно быстро, а когда будут новые поступления, хрен его знает. В общем, не смотря на все произошедшее, в будущее я смотрел даже с неким оптимизмом. Оставалось лишь найти способ отделить себя от Даймона.

— Не распиливать же себя пополам, — с усмешкой произношу.

На самом деле идея была не лишена смысла. Если я смог восстановиться из руки, то и оставшуюся половину тело отращу, наверное… Проверять мне это не сильно хотелось, причем даже не из-за боязни умереть. Была и другая причина.

Мой лотос (источник) в груди изменился! Часть лепестков стала золотыми, а другая часть покраснела. Боюсь, даже, если я распилю себя на части, то с источником так уже не поступишь. Он изменился, и я без понятия, можно ли это как-то поправить. Что-то мне подсказывает — нет.

А потому, даже, если я открою проход в гробницу, то все равно не смогу выйти. Осознание этого меня сначала придавило, но потом я нашел способ хоть как-то вернуться и мне стало попроще. Да, сам я теперь напрямую магию использовать не смогу, но ведь остаются еще тени и наша связь, через которую я могу попытаться передавать магию через девчонок. Соплестрой, конечно, но хоть как-то.

В общем, не все так плохо, как могло бы. В конце концов я все еще жив. Оставалось лишь решить, как поступить с Паркером. Никаких доказательств, что именно он призвал ту тень у меня нет. Сам он все отрицает. Можно, конечно, послать его далеко и надолго, например, в Бездну, но… Есть все же шанс, что тень призвал кто-то другой.

— Если отправлять человека в Бездну, то я должен быть уверен в его вине, — со вздохом произношу.

Сама ситуация меня жутко бесила, но и какого-то идеального выхода из нее я не видел. Мне нужны хоть какие-то доказательства, а лучше чистосердечное признание. На ум пришла поговорка: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе». Если Паркер действительно виноват, то он ответит за