Белая роза - Глен Кук

– Видишь? – спросила она.

– Нет. Я почти не знаю тех мест, хотя был там дважды, – только город и казармы. Что я должен увидеть?

– Реку. Твой друг Ворон, видимо, осознал ее значение. – Ее тонкий палец описал дугу далеко к востоку от речного русла, вгрызавшегося в гребень, на котором мы устроили тогда привал. – Во время моей победы при Арче река протекала здесь. На следующий год климат изменился. Постоянные разливы смещали русло сюда. Сегодня она гложет вот этот гребень. Я осматривала его лично – земля, в нем нет каменного остова. Он не продержится долго. Когда гребень смоет, река начнет подмывать курганы. Даже все заклятия Белой Розы не помешают ей срыть Великий курган. И с каждым фетишем, который унесет течением, моему супругу все легче будет выбираться.

Я хмыкнул:

– Против природы не попрешь.

– Ну почему же? Надо только предвидеть. Белая Роза не предусмотрела этого. И я тоже, когда попыталась связать его понадежнее. Теперь уже слишком поздно. Итак – ты собирался поговорить со мной?

– Да. Я должен покинуть Башню.

– Что ж. Тебе не надо было приходить ко мне. Ты свободен, можешь идти или остаться.

– Я ухожу, потому что должен кое-что сделать. И тебе это отлично известно. Но пешком я не успею дойти вовремя, чтобы выполнить свое задание. И, скорее всего, сдохну по дороге. Я прошу перевезти меня.

Госпожа улыбнулась, и улыбка ее была искренней, светлой, чуть иной, чем прежние.

– Отлично. Я так и думала, что ты поймешь, где твое место. Когда ты будешь готов?

– Через пять минут. И есть один вопрос. Ворон.

– Его лечат в казармах Курганья. Пока мы ничем не можем ему помочь. Как только появится возможность, мы приложим все усилия. Достаточно?

Не спорить же мне с ней.

– Хорошо. Тебя перевезут. У тебя будет единственный в своем роде пилот. Сама Госпожа.

– Я…

– Я тоже раздумывала. Лучший для меня шаг – встретиться с твоей Белой Розой. Я отправляюсь с тобой.

– Тебя сомнут, – выдавил я, похватав немного воздух ртом.

– Нет, если не узнают. И не узнают, если им никто не скажет.

Ну, в лицо ее и впрямь не признает никто. Я единственный из Отряда, кто видел ее и остался жив, чтобы этим хвастать. Но… Проклятие, этих «но» целая гора.

– Если ты войдешь в безмагию, все твои заклятия спадут.

– Нет. Не работают новые чары. Постоянные сохраняются.

Я не понял ее и так и заявил.

– При входе в безмагию спадет только мое очарование, потому что оно поддерживается активно. Но заклятие, которое изменяет и оставляет измененным, однако не работает в момент входа в безмагию, не спадет.

На задворках моей памяти что-то зашевелилось. Я не мог отбросить назойливой мысли.

– Если ты превратишься в лягушку и припрыгаешь в Крепость, то останешься лягушкой?

– Если превращение было истинным, а не иллюзорным, – да.

– Понимаю. – Я заложил эту мысль закладкой и решил позднее вволю побеспокоиться над ней.

– Я стану твоей подобранной по дороге спутницей. Скажем, я помогла тебе раздобыть документы.

Есть тут какой-то подвох. Или два. Не представлю, чтобы она доверила мне свою жизнь. Челюсть моя отпала.

– Начинаешь понимать. – Она кивнула.

– Ты слишком мне доверяешь.

– Я знаю тебя лучше, чем ты сам. По твоим меркам, ты человек чести и достаточно циничен, чтобы признать существование меньшего зла. Мое Око видело тебя.

Меня передернуло.

Она не извинялась. Мы оба знали, что извинения были бы пустыми.

– Ну? – спросила она.

– Я никак не пойму, зачем это тебе. Это ведь бессмысленно.

– Мир изменился. Раньше существовали два полюса – я и эта твоя крестьяночка. Война шла между нами. Но то, что шевелится теперь на севере, – это новый полюс. Продолжение линии, в которой я середина, или вершина треугольника. Я хочу сказать, что мой супруг намерен уничтожить как меня, так и твою Белую Розу. И я думаю, что нам с ней следует избавиться от общей угрозы, прежде чем…

– Достаточно, я понял. Но Душечка вряд ли окажется так прагматична. Слишком много в ней ненависти.

– Возможно. Но попробовать стоит. Поможешь?

Побывав в нескольких шагах от древнего мрака, увидев шляющихся по Курганью призраков, – о да, я сделал бы все что угодно, чтобы тот жуткий дух не сбросил могильные оковы. Но как, как, как поверить ей?

То ли она прочла мои мысли, как это у колдунов в обычае, то ли догадалась.

– Я буду в пределах безмагии.

– Да. Мне надо подумать, – Сколько угодно. Я пока не могу вылететь. Подозреваю, не успела принять все меры предосторожности против дворцового переворота.