Темногорск - Роман Буревой

– Брось свои баулы! – приказал Гавриил.

– Как бросить? Там все самое ценное. Я столько лет работала! Да я… Еще на заводе, когда посменно, на покраске тракторов… Жара, вонь… я один раз с трактора упала, месяц в гипсе…

– Оставь у меня барахло, и пошли, – приказал Гавриил, поднимаясь.

– Куда? – Тамара только-только уселась в кресло и уцепила пирожное с тарелочки.

– Синклит спасать!

– Как же мы его спасем? Конец всем! Ты что, Гаврюша, дурной совсем? Как ты думаешь, хоть одна эта сволочь посмела бы из норы вылезти, если бы у них с мэром да с ментами договоренности не было? Гукин первый во главе всего стоит. Это он колдованов в город пригласил. Это он на Синклит наезжал! А делает вид, что ни при чем.

В утверждении Тамары был резон – тут спорить с ее здравым смыслом Гавриил не стал бы.

– Так мы ж не к Гукину пойдем, – заверил он.

– А куда?

– Сделаем ставку на молодежь, – туманно ответил Гавриил.

* * *

– Арк, ты дома? – раздался в трубке голос Олега.

– Ну…

– Предки тебя больше не стерегут?

– Папаша куда-то смылся еще с утра, хотя у него выходной. Мать на работе. А что?

– Выйди во двор, – попросил Олег. – Я сейчас подгребу.

– А в чем дело? – насторожился Аркадий.

– Ты про погромы колдунов слышал?

– И что? – На самом деле он ничего не слышал – с утра валялся в постели и смотрел по видаку боевик.

– Ну, ты и тормоз! Ладно, подгребай.

Олег отключился.

Когда Арк, накинув куртку, вышел во двор, Томка и Олег уже поджидали его на детской площадке. Томка выглядела немного испуганной, Олег – хмуро-сосредоточенным.

– Так в чем дело? Если вы насчет урока у Воробьева, так я не пойду, – буркнул Аркадий, глядя в землю. – Я на это все забил…

– Арк, не тупи! Какие уроки! – выкрикнула Томка. – Нам в школе сказали: из дома никуда не выходить. Потому как в городе обстановка накаляется. Беспорядки…

– Но мы вышли! – гордо объявил Олег. – Пускай все твердят, как попугаи, что колдовской Синклит якобы навел порчу на Темногорск, нам это пофиг!

– Так ведь это правда, – хмыкнул Аркадий.

Томка уставилась на приятеля с изумлением.

– Ты чего, сдурел? – ничего больше сказать она не смогла, не нашла нужных слов.

– Я чуть не умер. А по чьей вине?

– Роман Васильевич тебя спас! – задохнулась Томка.

– Ты что, не поняла? Это был дурацкий спектакль. Он сам на меня порчу навел, а потом снял, чтобы власть надо мной заиметь. Колдуны, они все такие. Или ты, дурочка, не знаешь?

– Ах ты, падла! – рявкнул Олег и заехал Аркадию в челюсть.

Удар получился скользящий – Сидоренко успел отшатнуться.

Отступил на шаг:

– Ты что, меня драться позвал?

– Как ты смеешь так говорить?! Роман Васильевич – наш учитель!

– Ну и что? Что из этого следует? – хмыкнул Аркадий. – Знаете, друзья мои, принцип Оккама? Самое простое объяснение – самое верное. Так вот, у меня – простое и верное объяснение.

– Самое простое объяснение – это гнусная провокация! – заявил Олег.

– Вот именно! – поддакнула Томка. – Чтобы у колдунов все отнять.

– Что – все? – спросил Аркадий.

– Да все! Деньги там, дома… – принялась объяснять Томка.

– Власть! – перебил Олег. – Все колдуны наделены в той или иной степени властью. Городские бюрократы эту неформальную власть хотят аннулировать. Себе забрать. Вот простое объяснение.

– И что ты намерен делать? Неужели на мэра Гукина порчу напустишь? – поинтересовался Сидоренко.

– Порчу напускать устав Синклита запрещает! – напомнила Томка. – Только в особом случае, по решению…

– Ладно, хватит трепаться! Слушайте. У меня план! Я свою теорию на практике применить решил, – объявил Олег.

– Какую теорию? – не понял Аркадий.

– Ту самую, которую у Романа Васильевича излагал.

– Ну да, помню, ты у нас диктатором быть хотел. Ну и как ты это себе мыслишь?

– А вот так! – Олег, казалось, не заметил издевки в голосе приятеля. – Мы все трое – водные колдуны. Пусть еще без ожерелий, но сила какая-никакая имеется. Многому обучены. Мы сейчас пойдем на реку к водозабору и заклинание наложим, чтобы все жители Темногорска к колдунам с пиететом относились.

– Олег, ты умник! – хмыкнул Аркадий. – Тогда нас точно всех до одного со свету сживут. Соберут, запрут в каком-нибудь сарае и живьем сожгут. А пепел по ветру развеют. И по-любому будут правы.

Возразить Олег не успел. Что-то сильно толкнуло его в грудь. Он едва устоял на ногах. В первый миг подумал – Сидоренко его ударил. Но увидел, что самого Аркадия невидимая сила так приложила, что парень отлетел к дереву, а Томку опрокинуло со скамейки в детскую песочницу.

– Что э-т-т-о? – дрожащим голосом спросил Арк.

Олег принялся ощупывать грудь, как будто таким способом мог обнаружить ответ.

– Я знаю, – прошептала Томка. – С Романом Васильевичем беда.

– В него стреляли! Пуля попала в грудь! – догадался Олег.

Они кинулись бежать к дому учителя – все трое. Олег вырвался вперед, Томка помчалась за ним. Аркадий бежал последним.

– Только не это… нет… нет… – приговаривала Томка. От бега ей сделалось жарко, она сорвала шапочку и шарф, распахнула куртку.

«Он же сильный, он всех сильнее… невозможно… У него обереги…»

Бежать было не так уж и далеко. Ребята задыхались, Томка едва не упала. Мимо них пронесся синий «Форд».

– Ребята! – закричала Томка и остановилась, ухватившись рукой за покосившийся фонарный столб. – Это же Романа машина.

– Не может быть! Там стекло на дверце разбито. А у Романа все стекла заговоренные от пуль! – заявил Олег.

– А зачем мы бежим? – спросил Сидоренко. – На труп посмотреть?

– Он жив! – закричала Томка.

– Мы ему помочь все равно ничем не сможем, – сказал Аркадий. – Надо домой идти…

Но он медлил, как будто чего-то ждал.

* * *

– Тамара! Олег! Аркадий!

В первый момент они не сообразили, что их окликают. Олег первый наконец обернулся. Из черного «мерина» им энергично махал рукой немолодой темноволосый мужчина. Олег пихнул Арка и Томку в бок, указал на машину неизвестного.