Самый сердитый гном - Денис Юрин

Один из неписаных законов невезения гласит: «Как только мысли перестают путаться и выстраиваются в логическую цепочку, непременно найдется кто-то, кто собьет их глупым вопросом или неуместным действом». В случае с Мартином роковым злодеем была обычная дорожная кочка. Карету сильно тряхнуло, и маг повалился на пол, больно ударившись лбом об оказавшуюся неимоверно твердой коленку Пархавиэля.

– Держаться надо! – пробурчал гном, недовольно косясь на пытавшегося подняться на ноги мага. – Вот так вот нос себе расквасишь, а потом меня обвинишь! Коленка, видишь ли, недостаточно мягкая попалась!

– Заткнись, – проворчал маг, растирая ладонью ушибленный лоб. – Вашему Гномьему Всезнайству уже давно пора прекратить дуться по пустякам и всерьез призадуматься о предстоящей работе.

– Работе?! – удивленно переспросил Пархавиэль, оперевшись широкими ладонями на не менее габаритные коленки и свесив над скамьей массивный живот. – Какой еще работе? Кто-то вроде говорил, что я в гостинице отсиживаться буду, пока ты по городу рыщешь, что мне на улицах появляться опасно…

– Сейчас не самое подходящее время для ехидных ухмылок и плебейского злорадства, – перебил гнома маг, попутно роясь в стоявшей рядом с ним на скамье дорожной сумке. – Обстоятельства изменились, да и ты, мой друг, показал недюжинный талант в потрошении чужих сундуков, так что о безделье на мягких перинах можешь забыть.

– То-то, – расплылся в широкой улыбке Пархавиэль, – а то: «я сам… я один… я самый лучший!» – Неожиданно лицо гнома стало серьезным. – Я с радостью помогу тебе пристукнуть эту зловонную пиявку и его прихвостней, но боюсь, одним нам не справиться. Вампирица, кажись, помочь обещалась, а где она?!

– Тронется в путь, как только стемнеет, – ответил Мартин, вытаскивая один задругам из недр огромной сумки предметы дворянского гардероба: черные кожаные штаны, расшитую золотом перевязь, дорожную куртку с пестрыми узорами и т. д. и т. п.

– Так она же, как я понял, под солнцем гулять может, что ж вслед за нами не поехала, вертихвостка?!

– Во-первых, – перебил язвительную реплику строгий голос Мартина, – она тебе не «вертихвостка», а сиятельная графиня. Учись этикету и элементарным правилам хорошего тона!

– А что во-вторых? – насупился гном.

– Графиня – высший вампир, поэтому не боится солнечных лучей, но, как ты заметил, на встречу с нами она приехала не одна. Многие из ее свиты не могут похвастаться способностью вести дневной образ жизни. Ехать же в карете с завешенными окнами неудобно и неразумно. Экипаж может остановить стража, и что тогда?

– Жаркое! – злорадно хихикнул Пархавиэль.

– Мне не нравится твой неотесанный солдафонский юмор и пренебрежительный тон. – Лицо Мартина стало строгим, тонкие губы сжались в тонкую прямую линию, а в глазах промелькнула искра злости. – Я прекрасно понимаю, что у тебя есть причина злорадствовать, но учти: Самбина и ее клан – союзники, я не потерплю по отношению к ним пошлых выходок и не буду больше сдерживать их гнев, как это было прошлой ночью!

– Ладно, понял, остынь, – примирительно произнес гном. – Ты хочешь сказать, что кровососы, как люди иль гномы, бывают хорошими и плохими…

– Нет, я хочу сказать, что вампиры – паразиты и гнусные твари, но с некоторыми из них иногда можно договориться, – высказал свою точку зрения маг и начал не спеша развязывать пояс мантии.

Человек, так долго убеждавший гнома в необходимости соблюдения хотя бы элементарных правил приличия, повел себя весьма странно: стянул через голову мантию и, совершенно не обращая внимания на присутствие Пархавиэля, начал неторопливо облачаться в элегантный дорожный костюм. Как точно определил еще при первой встрече с магом гном, дорогая ткань мантии скрывала под собой тщедушное, костлявое тельце с узкими полосками мышц и рыхлым округлым животиком, расположенным точно по центру худосочного существа.

– Одевайся скорее, а то стошнит, – просипел, морщась, Пархавиэль и отвел взгляд в сторону.

– Мое тело не идеально, – нарочито важно и с чувством собственного достоинства произнес маг, засовывая худые отростки ног в штаны, – но не стоит так пафосно выражать свое отвращение. Не девица, можешь и потерпеть!

– Девица и потерпела б, а я не могу! – проворчал гном и смачно плюнул на этот раз не на пол, а в открытое окно.

Вслед за ногами под одеждой постепенно скрылись и остальные части тела. Поправив манжеты и важно пристегнув к перевязи короткий узкий клинок, Мартин окинул оценивающим взглядом свой новый, светский наряд и возобновил прерванную беседу:

– Ну, как тебе?

– В мантии было лучше, – не лукавя, признался Пархавиэль, – выглядел важнее, да и худоба в глаза не бросалась.

– Что поделать, – вздохнул маг, комом засовывая мантию в сумку, – конспирация должна иметь место быть.

– Чего-о-о?! – протянул Зингершульцо.

– Маскироваться надо! – пояснил Мартин суть своего замысловатого высказывания. – Не могу же я по Альмире в мантии щеголять. Это все равно что рога нацепить, а к штанам хвост привесить. Для индорианцев что маг, что черт, все едино – нечисть!

– Дураки они, – подытожил Пархавиэль, основываясь на собственном опыте общения с филанийскими властями.

– Не без этого, не без этого, – философски заметил Мартин, – но давай не будем обличать других, а займемся лучше нашими делами.

– Говори, чем могу, помогу.

– Прежде всего должен тебя расстроить, – заявил Мартин, панибратски хлопнув ладонью по голому плечу гнома. – Маркиза я убивать не буду… пока не буду, – уточнил маг, видя, как исказилось от недоумения и досады лицо спутника. – Цель моей миссии – вернуть похищенную вещь, а уж потом наказать преступника. Запрещаю его трогать и тебе! Если встретишься с кровососом, то беги без оглядки, он тебе не по зубам.

– Я… я был связан! – вскипел раскрасневшийся Пархавиэль. – Беспомощен как младенец, если бы не веревки…

– То результат бы остался неизменным, – печально улыбнулся Мартин. – Поверь, этот прохиндей слишком силен!

За двое суток общения с магом Пархавиэль успел понять, что словам бойкого старичка можно было верить. Как ни горько было признаться самому себе, что мечты о скорой мести растворяются, как призрачный фантом, а Делать было нечего. От злости Пархавиэль лишь закусил нижнюю губу и продолжал внимательно слушать вкрадчивый, монотонный голос мага.

– Как найдем Кн… эту вещь, – чуть ли не проговорился Мартин, – я сам не устою перед соблазном поквитаться с мерзавцем. А пока стоит на время забыть о личных обидах и заняться важными делами.

– Не тяни, – прорычал от нетерпения Пархавиэль, – вот уже битый час, как вокруг да около ходишь!

– Маркиз Норик не просто знатный вельможа, а высокопоставленный придворный чиновник, – невозмутимо продолжал Мартин, не обращая внимания на выкрики несдержанного собеседника. – В услужении у него не только кровососы, но и масса служивых людей, не подозревающих об его истинной сути. Если мы будем действовать неосмотрительно, то начнется такая охота, что и представить страшно. Ни влияние Самбины, ни другие мои связи нас не спасут.