История о магии - Крис Колфер

– Я попробую! – сказала Эмеральда.

По лицам Тангерины и Скайлин было видно, как они разочарованы, но останавливать ее они не стали. Люси дала бутылку Эмеральде, и та, немного отпив, со знанием дела подержала шипучку во рту, прежде чем проглотить. Потом она точно так же как Люси начала давиться смешками и выпускать пузыри изо рта.

– Она права – очень вкусно, – заметила Эмеральда. – Чем-то похоже на черную настойку, которую гномы пили в шахте, но без угольного послевкусия. Если не попробуете, много потеряете.

Эмеральда протянула бутылку с шипучкой Ксантусу, и тот с опаской заглянул в горлышко, будто внутри был яд.

– Там же нет алкоголя? – уточнил он.

Люси задумалась, и Бристал догадалась, что она и сама не знает.

– Нет конечно, – ответила она. – Ну же, Искорка! Попробуй!

Ксантус не мог сопротивляться их напору и сделал маленький глоток. Ощущения оказались очень приятными: вдруг стало так смешно, что он фыркнул и выпустил пузыри через ноздри. Увидев, что с Ксантусом не произошло ничего страшного, Тангерина и Скайлин не захотели остаться не у дел, поэтому сделали по глотку шипучки. Девочки тоже принялись хихикать и пускать пузыри. Бристал последняя попробовала веселящее зелье. Как только напиток оказался у нее в животе, пузырьки защекотали язык и стали вылетать изо рта.

– Ну всё, мы достаточно повеселились, – сказала Тангерина. – Давайте уйдем, пока миссис Ви не проснулась.

– О чем это ты? – удивилась Люси. – Мы же только начали! – Она выхватила пустую бутылку у Бристал. – Я знаю, чем мы дальше займемся! Давайте играть в «Секреты по кругу»!

– Что это за игра? – спросила Скайлин.

– Похоже на бутылочку, но без всякой там романтики, – объяснила Люси. – Не обижайтесь – я скорее брызну лимонным соком себе в глаз, чем поцелую кого-нибудь из вас. Игра простая. Мы все садимся в круг и крутим бутылку. Тот, на кого она укажет, делится секретом, который никто не знает.

Не дав одноклассникам времени на раздумья, Люси усадила всех по очереди на пол и, положив в центр бутылку, резко крутанула ее. Когда та стала замедляться, Люси принялась дуть на горлышко, чтобы оно указало на нее.

– О, отлично! Я начинаю. Так, есть у меня один секретик! Несколько лет назад моя семья выступала с концертом в Западном королевстве. Так вышло, что самый знаменитый в мире игрок на тамбурине, Винни Вон Вик, выступал в то же время. В общем, я завидовала и волновалась, что он затмит меня, поэтому заперла его в гримерке, и он пропустил свое выступление. По сей день, стоит подумать о старине Винни Вон Вике, как меня начинает мучить чувство вины и я слышу, как он барабанит кулаками в дверь гримерки.

– Сомневаюсь, что это худший твой поступок, – заметила Тангерина.

– Он просидел там три недели и пропустил рождение своего первенца, – добавила Люси. – Ладно, давайте дальше! Кто следующий?

Люси снова завертела бутылку, и та указала на Бристал.

– Ой, как сложно. Вообще, если так подумать, у меня нет секретов – во всяком случае, больше нет. Когда я жила в Южном королевстве, все мои дела и поступки были большим секретом. У меня была тайная коллекция книг, тайная работа в библиотеке, и, конечно, свои магические способности я тоже держала в тайне. А здесь это незачем. Забавно, как смена обстановки может полностью изменить человека.

Люси закатила глаза.

– Ага, обхохочешься. Дальше!

Бутылка закрутилась и, остановившись, указала на Ксантуса.

– А у меня тоже нет никаких секретов.

– Ты уверен? – спросила Люси.

Незаметно для других она подмигнула Бристал, и до той вдруг дошло, зачем Люси затеяла эту игру, – она пыталась выведать, чем занимался Ксантус в ту ночь, когда устроил пожар, в котором погиб его отец.

– Совершенно уверен. Я все силы тратил на то, чтобы скрывать свои способности, так что на другие секреты у меня времени не было.

– Да ладно, Ксани, наверняка какой-нибудь один найдется, – не сдавалась Люси. – Ты никогда не занимался ничем неположенным? Тебя никогда не заставали за какой-нибудь шалостью? Ты никогда не совершал что-то запретное, из-за чего ненароком случалось нечто ужасное?

– Ты задаешь очень конкретные вопросы, – заметила Эмеральда.

Ксантус сначала не понял, о чем спрашивает Люси, но потом вспомнил страшное событие и резко побледнел. Опустив взгляд в пол, он крепко стиснул обеими руками Подавляющую медаль.

– Ах да, – тихо проговорил он. – Пожалуй, такое со мной однажды случилось.

– И? – Люси продолжала давить.

– И я не хочу об этом говорить, – сказал Ксантус. – Это произошло в ту ночь, когда умер мой отец.

– Ты должен нам рассказать, иначе удача отвернется от тебя на семь лет, – заявила Люси.

– На семь лет? – Ксантус пришел в ужас.

– Не я придумываю правила, это игра такая, – ответила Люси.

Бристал закрыла ей рот и обратилась к Ксантусу сама.

– Ксантус, из-за этой игры удача от тебя не отвернется. Просто Люси пытается таким странным образом помочь тебе. Мы все знаем, как сложно бывает держать что-то в тайне. И чем дольше хранишь что-то в секрете, тем больше боли это причиняет. Если ты когда-нибудь захочешь поговорить о той ночи, когда погиб твой отец, мы тебя выслушаем.

Ксантус обдумал ее слова и медленно кивнул.

– Ты права. Мне только хуже от того, что я держу это в себе. Надеюсь, вы не измените ко мне отношение.

– Конечно нет, – заверила его Бристал. – Мы же заключили соглашение, помнишь? Теперь тебе от нас не отделаться.

Ее улыбка придала Ксантусу храбрости. Он сел прямо и глубоко вздохнул.

– За пару дней до того, как мадам Грозенберри позвала меня в академию, я сидел дома один. В тот вечер отец вернулся из паба раньше, чем обычно. Тогда он и застал меня за тем, чего мне не следовало делать, – он много раз говорил, чтобы я этим не занимался. Отец начал меня бить, и из-за этого я воспламенился. И этот огонь сжег дотла наш дом и забрал моего отца.

– Чем же ты занимался, когда он тебя застукал? – спросила Эмеральда.

От болезненных воспоминаний у Ксантуса дрожал подбородок, а в глазах стояли слезы. Все в комнате нетерпеливо ждали его ответа.

– Когда он пришел, – с трудом выговорил мальчик, – я… я… я играл в куклы!

Как только он это сказал, из глаз его хлынули слезы. Ксантус закрыл лицо ладонями, сгорая со стыда. Одноклассники были поражены, но не из-за его признания, а потому что ожидали чего-то совершенно другого.

– В куклы? – воскликнула Люси. – И это твой большой секрет?

Ксантус опустил руки и посмотрел на ребят.

– Вам не кажется это неправильным?

– Неправильным? – выпалила Люси. – Ксантус, ты знаешь, сколько мужчин в артистической среде играют в куклы? Давай объясню по-другому: если они все в одночасье исчезнут, то не будет никакой артистической среды!