На исходе ночи - Алексей Калугин

– Представляю себе, – мечтательно улыбнулся инспектор Ше-Чипело, – каково это – встретить рассвет в лагере.

Приоткрыв рот, са-турат изобразил кривую, безобразную ухмылку и издал серию резких отрывистых звуков, которые можно было классифицировать как издевательский смех.

– Так оно и будет, Нами, – подтвердил вывод, сделанный инспектором Ше-Чипело, его более добродушный, но при этом отнюдь не менее категорично настроенный коллега. – Если только мы не найдем непосредственного исполнителя убийства. Тогда с учетом того, что ты полностью раскаялся в содеянном и добровольно решил оказать помощь следствию, можно будет просить судью вынести тебе условный приговор.

– Но мне не в чем признаваться, – с отчаянием обреченного затряс головой Нами Ше-Риваро. – Я не знаю, кто убил Ше-Холуско. Я не имею никакого отношения к этому преступлению.

– И это ты мне говоришь, – с укоризной покачал головой инспектор Ше-Дорно. – Между тем показания Дарф Ут-Гарт свидетельствуют о другом. Ше-Холуско обратился к тебе, чтобы узнать, где находится туалет. Так?

– Да, – согласился официант.

Что отпираться, если так оно и было.

– Ты сказал ему, что туалет закрыт.

– Туалет действительно был закрыт. За пару малых циклов до Праздника Изобилия его опечатали представители санитарной службы. У нас прорвало канализационную трубу…

– Трубы меня не интересуют, – сделал отрицательный жест рукой са-турат. – Туалет для посетителей был заперт, но в кафе имеется еще и служебный туалет.

– Имеется, – вынужден был признаться официант.

– Но Ше-Холуско ты сказал, что работники кафе ходят в туалет, расположенный в министерстве напротив, и что у вас для этого есть даже именные пропуска. И это в то время, когда ключ от служебной уборной лежал у тебя в кармане.

– Но это же служебный туалет, он не предназначен для посетителей.

– Однако за полтора рабуна ты выдавал ключ каждому, кто тебя об этом просил. – Последний довод инспектор выложил, точно главную фишку в тер-пот, после которой продолжать игру было еще можно, но уже не имело смысла.

– Мне действительно с первого взгляда не понравился этот Ше-Холуско, – сделал еще одну робкую попытку объяснить, как все было на самом деле, а заодно и оправдаться Нами Ше-Риваро. – Поэтому я решил не давать ему ключ от служебного туалета. Согласен, с моей стороны это было некрасиво, может быть, даже подло, но ведь это не преступление.

Прозвучало это как вопрос. А взгляд подозреваемого, казалось, умолял инспекторов – обоих, но в особенности Ше-Дорно: ну, пожалуйста, скажите, что я не совершил преступления.

– Ты не просто не дал Ше-Холуско ключ от уборной, – тихо, но очень ясно, как приговор, у которого не должно быть двух разных толкований, произнес инспектор Ше-Дорно. – Ты отправил его в переулок, где несчастного поджидал убийца.

– Ты видел, сколько денег было у него в бумажнике? – тут же задал вопрос стоявший у стены инспектор Ше-Чипело.

– Нет! – протестующе тряхнул головой Нами.

– Ты заранее договорился с убийцей?

– Нет!

– Вы выбрали жертву случайно или давно уже следили за Ше-Холуско?

– Нет!

– Вы проделали это впервые?

– Нет! – автоматически выдал отрицательный ответ Ше-Риваро и лишь секунду спустя подумал, что на этот раз лучше бы было промолчать.

– Ага! – инспектор Ше-Чипело подошел к столу, на углу которого сидел его коллега, и стукнул пальцами по металлической поверхности. Тр-р-рам! – отозвался железный лист. – Выходит, вы проделывали это и прежде? Как вы избавлялись от трупов?

– Не было никаких трупов! – в отчаянии вскричал официант. – Я никого не убивал. – Вспомнив о платке, что был зажат в руке, Нами вытер мокрый нос. – Я вообще не понимаю, что происходит, – произнес он жалобно. И совсем уж беспомощно, точно малыш, запертый в тесной темной кладовой, попросил: – Отпустите меня… Пожалуйста…

Инспекторы переглянулись. Пользуясь тем, что на них сейчас смотрел только затылок подозреваемого, инспектор Ше-Дорно подмигнул напарнику.

– Послушай, Нами. – Са-турат протянул руку, точно для благословения, но так и не коснулся пальцами стриженого затылка официанта. – Мы готовы поверить, что ты не убийца.

– Готовы, – подтвердил инспектор Ше-Чипело.

– Но ты должен помочь нам найти убийцу.

– Я ничего не знаю, – сдавленно проскулил Ше-Риваро.

– Эй! – на этот раз совсем легонько стукнул ладонью по столу инспектор Ше-Чипело. – Ну-ка, возьми себя в руки и посмотри на меня.

Нами приподнял голову, затем снова опустил ее, быстро вытер платком слезы и только после этого поднял взгляд на инспектора.

– Ты утверждаешь, что не состоял в сговоре с убийцей?

– Да… То есть нет… – Нами понял, что окончательно запутался, и умолк.

– В общем, ясно, – ударил ладонью по краю стола са-турат. – И все же давай представим себе, что ты действовал с убийцей заодно. – Инспектор сделал паузу. – Понимаешь меня?

– Да, я понимаю, – поспешил заверить инспектора Нами. – Это, как его… Мысленный эксперимент!

– Точно, – подтвердил инспектор. – Что-то вроде того. Двигаемся дальше. Убийца должен был зайти в кафе, чтобы ты указал ему жертву. Верно?

– Да, – не очень уверенно произнес Нами. – Наверное, так… Я не знаю.

– Убийца заходил в кафе, когда его будущая жертва еще сидела за столом и спокойно попивала свое бальке, – это был уже не вопрос, а заявление, с которым не имело смысла спорить. Раз инспектор сказал, значит, так оно и было. – В таком случае ты, Нами, – короткий жест рукой с открытой ладонью, тыльная сторона обращена вниз, в сторону подозреваемого, – ты должен был его видеть.

Ше-Риваро задумался. Крепко задумался. Он не понимал, чего хотят от него инспекторы, и боялся сказать что-то не то. Не то, чего они от него ожидали.

– Возможно, я видел его, – произнес он очень осторожно. – Но я ведь не знал, что он убийца.

– И тем не менее ты его видел, – сделал окончательный вывод инспектор Ше-Дорно.

– Видел? – ударил ладонью по столу инспектор Ше-Чипело.

– Видел, – не задумываясь – в голове у него стоял только гул железа, – подтвердил официант.

– Он его видел, – улыбнулся коллеге инспектор Ше-Чипело.

– Видел, – кивнул инспектор Ше-Дорно.

– Видел, – поддавшись магии без конца повторяемого слова, еще раз поддакнул инспекторам Ше-Риваро. И еще раз: – Точно, видел!

– Ты можешь описать его?

У официанта челюсть отвисла, а ведь прежде, читая такое в книгах, он думал, что это всего лишь образное выражение.

– Но… Это ведь только эксперимент… Мысленный эксперимент.