Сердце ангела - Вячеслав Грацкий

— Готовьтесь!

— Мог бы и магией… — Эрик не договорил.

Взметывая листья, на него кинулось сразу двое. Мелькнули оскаленные пасти, вспыхнули изумрудные огни глаз… И тотчас, как Эрик ни храбрился, душа рассыпалась в один миг. Эрик в панике «зажмурился» и…

Он будто погрузился в теплую ванну. Не болели мышцы, не саднила натертая кожа, исчезли вообще все ощущения. Осталось только легкое беспокойство — что там с телом?

Набравшись духу, Эрик «приоткрылся». В сознание ворвался дикий звериный визг, скрежет зубов и когтей по железу, чавкающий звук входящего в плоть клинка и глухой рык, от которого сводило судорогой внутренности… Эрик торопливо «захлопнулся» — бой с людьми переносился куда легче.

Диана сидела на земле. Уронив нож и закрыв ладонями уши. Еще хотелось закрыть глаза, но… Не видеть — казалось еще страшнее.

Твари беспрерывно атаковали Берсеня и Эрика. На виконте постоянно висело несколько хейлотов. Истекая слюной, они остервенело грызли доспехи, раздирая до крови собственные пасти, выламывая зубы. Придавленный их весом, Эрик двигался с трудом, все время стряхивал их с себя, рубил, но тут же наскакивали новые. Брызги крови так и летели вокруг него.

Берсень же не позволял дотронуться до себя. Выскальзывал, подныривал, уклонялся, вертелся волчком, не останавливаясь ни на один миг. Зубы клацали в опасной близости, но захватывали лишь воздух, а когти вырывали только клочья одежды. Зато каждый удар посоха находил свою цель. Черепа хейлотов с треском лопались, разбрызгивая кровь и мозги, твари визжали, падали, бились в судорогах.

В первые несколько мгновений боя Диана была в ужасе. Озверелые хари мелькали так близко, казалось, что ее вот-вот изорвут на части или сожрут. Но секунды летели, а девушка все еще была жива. И даже заметила, что твари игнорируют ее. И только иногда один или два зверя словно прорывали некий незримый круг защиты, бросались на Диану и тут же падали под ударами посоха или меча.

И это казалось странным. Поглощенные боем мужчины вроде бы и не смотрели в ее сторону, но стоило хейлоту приблизиться…

Схватка закончилось неожиданно для Дианы. Хрустнул череп, дугой выгнулся последний хейлот, и наступила тишина.

— А теперь твоя очередь, ублюдок, — прошипел маг и растворился в воздухе.

Диана не успела удивиться, а Берсень уже появился шагах в двадцати, возле толстого мшистого дерева. Взлетел посох, и на землю неуклюже повалился громоздкий аколит. Берсень снова исчез, а затем из глубины леса донесся приглушенный и почти человеческий стон, тяжело бухнулось тело, а спустя пару секунд еще одно.

Назад Берсень вернулся пешком. Грудь ходила ходуном, на лице блестели капли пота, плечи были опущены, только глаза горели по-прежнему ярко и свирепо.

Диана оглянулась на Эрика. Тот, уже со снятым шлемом, сидел, привалившись к дереву, блаженно улыбался, рядом — истекала кровью горка мертвых хейлотов. Взгляд Дианы невольно задержался на истерзанных телах и вывалившихся внутренностях, а затем желудок содрогнулся, и ее стошнило.

— Сейчас будут лошади, отъедем в сторону, отдохнем, — хрипловатым голосом пообещал маг.

Убравшись с места схватки, Берсень привел их к ближайшему ручью, где и объявил привал. Эрик и Диана немедленно улеглись спать. Берсень же искупался, отмыл от крови посох и, лениво покусывая кусок вяленого мяса, устроился меж корней разлапистой ели.

Спешить было некуда. До жилища Арнора они доберутся к вечеру, и Берсеню надо было многое обдумать перед этой встречей.