Игрушка Двуликого - Василий Горъ

– Это покушение! На короля!!!

В спину дохнуло холодом: пасть под клинками заговорщиков в планы Бельварда не входило. Он приподнялся на локте, оглянулся по сторонам и уже собрался командовать отход, как вдруг представил себе реакцию маменьки и Бера:

– Покушение? На короля? А где голова Нелюдя и его подстилка?

– Че-т этих всего семеро… – еле слышно выдохнул Слизень. – Режем?

Спокойный и уверенный голос Серого подействовал на Бельварда, как удар хлыстом – он надменно вскинул голову и, не отрывая взгляда от хейсаров, заметивших появление врага, величественно кивнул:

– Само собой, режем! Всех, кто на ногах…

…Несмотря на некоторую неуверенность в движениях, горцы, опоенные хаталваром, сорвались с места чуть ли не раньше, чем увидели врага: пара, выхватив из ножен клинки, бросилась навстречу влетающим во двор теням, один сместился так, чтобы видеть и мечников, и калитку, ведущую в переулок, а последний, заорав что-то вроде «У-уарра!» и «Я-а-атссс»[198], метнулся к черной двери с явным намерением подняться на второй этаж и поднять тревогу.

Давать ему такую возможность Бельвард не собирался – вскинул над головой правую руку, сжал кулак – и с крыши сарая, на которой распластались бойцы пятерки Зипуна, полетели арбалетные болты. «Бегуна» вбило в стену, а тому, который орал, пробило плечо и ногу.

– Тех, кто бежит к воротам, не трогать! – рванув Слизня за рукав, зашипел Бельвард, дождался, пока Серый жестами передаст приказ Зипуну, и продолжил: – Одна пятерка – за Нелюдем и его подстилкой, вторая – держит черную дверь, третья кладет тех, кто выживет в той свалке…

…Появление во дворе Бельварда, Слизня и полутора десятков Серых не осталось незамеченным – пять из семи «теней», наседавших на хейсаров, вырвались из боя и бросились им навстречу. Слегка переоценив возможности тех, кто остался с горцами, – буквально через пару ударов сердца один из уроженцев Шаргайла, проскользнув под вытянутым вперед мечом, размазался в воздухе и, оказавшись за спиной своего противника, нанес несколько быстрых ударов. Но не убил – вместо того чтобы мешком повалиться на землю, «тень» сначала истошно заорала на всю деревню, затем сложилась пополам и завыла!

«Зря стараются… – отрешенно подумал юноша, выхватывая меч. – Тех, кто опоен настойкой хаталвара, таким криком не поднять…»

…Вторую тень хейсары срубили быстро и «чисто». Однако уйти к белой двери не успели – пятерка Изгара Криволапого, обежавшая вокруг загона для свиней, перехватила их на полпути…

Мысль о том, что тогда, за несколько минут до крика Зипуна, Светлые Боги не только смотрели на Бельварда, но и подали ему ЗНАК, больно резанула душу, и юноша, подняв голову, уставился пустыми глазницами туда, где должно было находиться небо.

В левой глазнице полыхнуло пламя, затем резануло спину, и он, почувствовав, что на время отступившая боль вот-вот вернется, мысленно взвыл: «Хватит! Я больше не могу!!!»

…Как обычно, боль отступила только тогда, когда выжала из Бельварда все остатки сил и довела его до самой грани безумия. Крайне осторожно приподняв руку, он вытер капельки пота, выступившие на лбу, а затем мысленно усмехнулся: беречь пустую глазницу от попадания пота, умирая от раны под лопаткой, было глупо.

Мысль о скорой смерти снова напомнила о Бездушном, и юноша в который раз за Вечность, прошедшую с того момента, как он дополз до этой конуры, попытался понять, был ли у него шанс что-то изменить.

…Уклонившись от метательного ножа, брошенного одной из атакующих «теней», Бельвард вдруг почувствовал, что ВИДИТ бой: понял, куда будет направлена атака мечом, заблокировал стремительный высверк стали и, завязав клинок мечника в «Путах», подставил его хозяина под одновременный удар сразу двоих Серых. Ощущение всесилия, охватившее его в этот момент, было таким острым, что он забыл о том, что собирался держаться за Серыми, рванулся вперед и тем самым помешал Дерису Гниде уйти от удара меча.

Серый, до этого момента с успехом отбивавшийся сразу от двух «теней», замешкался и тут же пропустил удар в низ живота.

Олзи Веретено, почувствовавший, куда будет направлен следующий удар, толкнул обреченного товарища под ноги атакующим и что-то гневно заорал…

«Вот тут… тут мне надо было уходить… – мрачно подумал Бельвард. – Хватать пару из брошенных арбалетов, подниматься в дом и убивать Нелюдя издалека…»

Он не ушел – помог Серым сдержать следующую атаку, дважды достал здоровяка, работавшего на острие «клина», снова ощутил видение боя и… в одном из переходов наткнулся на руку Олзи Веретена. Нет, не сильно – локоть лишь разбил нос, выбил из глаз слезы и заставил спешно выйти из боя, чтобы не подставиться под мечи…

«То, что это ЗНАК, поданный Богами, понял бы даже ребенок… – застонал Бельвард. – А я не догадался: оклемался, дождался крика Зипуна, забежал в дом, увидел Нелюдя, выходящего из комнаты, побоялся сгореть заживо и решил, что обегу дом и встречу его во дворе…»

– Ну, и что ты хочешь тут найти? – хриплый голос, донесшийся со стороны пепелища, заставил юношу отвлечься от горьких мыслей и прислушаться.

– Че-нить… шо в хозяйстве пригодится… – отозвался голос пониже и погрубее.

– Дык, вон кузня, там и смотри…

«Это уже не хейсары…» – подумал Бельвард и облегченно перевел дух: в отличие от выживших телохранителей Латирдана, местных, деревенских интересовали не следы и трупы, а чужое добро.

Словно услышав его мысли, кобель чуть слышно вздохнул, и Бельвард, забыв про раны, потрепал его по загривку. В щеку тут же дохнуло жаром, юноша вскинул руку, пытаясь прикрыть лицо от собачьего языка, почувствовал в своем движении что-то знакомое и вдруг воочию увидел последние мгновения боя.

…Увидев сноп искр, выметнувшийся из провала белой двери, юноша облегченно перевел дух – Нелюдь выжил. И вот-вот должен был выйти наружу, чтобы принять смерть от его, Бельварда, руки.

Поудобнее перехватив рукоять меча и опустив левую руку, которой защищал лицо от жара, дождался, пока в стене бушующего пламени протает черное пятно, качнулся вперед и замер на полушаге: вместо того, чтобы выйти наружу, Бездушный покачнулся и шарахнулся плечом о догорающий косяк.

– Тащит кого-то… Ого, сразу двоих… – хрипло выдохнул Слизень и тем самым вывел Бельварда из оцепенения.

Поудобнее перехватив меч, юноша сорвался с места, выложился в глубоком и длинном выпаде… и не поверил единственному глазу: клинок, уже почти коснувшийся нагрудника Бездушного, провалился в пустоту!!!

Время дрогнуло, остановилось, а потом рассыпалось мельчайшими осколками.

…Медленное скручивание корпуса Нелюдя, в котором юноша с ужасом узнал начало Зимней Вьюги…