Звездное скопление - Сэй Алек

При этом не надо считать Костю дураком: в один Пирей он, словно носорог, не упёрся. Остальные его силы, также высадившиеся в Себастии, молниеносными ударами завладевали окрестными городами, городками и городочками, представлявшими хоть какую-то ценность. Ну, или не завладевали (по крайней мере — не сразу), если встречали сопротивление.

Неприятным сюрпризом стал штурм амфибийными глайдерами подводных городов — я то уж, грешным делом, думал он не решиться повторить их высадку, после пирейской бани, однако… Вот… Ударные субмарины, прикрывавшие, в большинстве своем, фланги Пирея, поспели защитить только Посейдонию, город на тридцать тысяч рыл жителей. Остальные пали почти без сопротивления. Ну и были-то вовсе без гарнизонов.

Создать же очаг обороны наподобие Пирейского, стянув туда порядка тридцати тысяч солдат, удалось лишь в Никее Горной. Сунувшись к закопавшемуся в горы, по узким ущельям, городу (тоже, между прочим, почти стотысячник — мегаполис по меркам планеты) и получив по зубам, каракорумцы обошли его, взяли в кольцо, чтобы точно подмога не подошла, и устроили штурмовку. Пришлось вытаскивать остатки своих флаеров с подземных баз — в пригодном для боя состоянии их осталось едва пара сотен, — и бросать в бой. По результатам, я остался и без флаеров, и без потайных флаеродромов. Но и Костя, видимо, решил что в гробу он видал такое счастье — пилотов флаероносцев над заштатной планеткой терять, — и приступил к медленному продвижению, выдавливая защитников массой.

Вернее, это я потом уже узнал, решил так Юрка Пак, второй флагман флота вторжения. В то время как я вынужден пахать без перерыва, эти две каракаорумские сво… нойона работали в две смены. А поскольку боты, в большинстве своём, мастерством управления игрокам в "Галактике" уступают (пока скилл не прокачают), передать управление войсками и лечь спать я возможности не имел.

— Всё. — наконец выдохнул я, и устало откинулся на спинку кресла.

От немереного курения и кофепития во рту установился отчетливый железистый привкус, глотку драло и першило, а глаза, после полутора суток, прошедших с момента начала вторжения, были словно песком засыпаны, покраснели, слезились и видеть это всё уже отказывались. С учето же того времени, что эскадра добиралась до Роксаны… Кофе помогать уже перестал.

— Всё, — повторил я. — Сейчас оборону Пирея прорвут. Анжела, свяжись с генералом Дукой, пускай отводит войска в подземные убежища и садится в осаду — я передаю оперативное руководство ему. Пирей мы проиграли.

Бедная, замотанная девочка (ей оставалось всего четверть часа до конца дежурства) кивнула, мол поняла, и зачастила распоряжения в экран.

— Командир, тебе бы отдохнуть. — подал голос Савватий.

Сам-то он держался бодрячком, хотя тоже совершенно ни минуты не отдыхал, то принимая какой-то участок фронта под командование, то занимаясь переброской войск, то организуя эвакуацию очередного поселка. Вот же, железный мужик! Таких сейчас уже не делают…

— К чёрту. — выдохнул я в ответ. — У нас в аптечке что-то посущественнее кофемолки найдётся?

Тот кивнул, и извлек металлическую коробочку, наподобие портсигара, из нагрудного кармана.

— Вот. — сказал Юстиниан. — Стимулятор. Принимать по одной таблетке не чаще чем раз в час.

Я с благодарностью принял "химию", открыл коробочку… Из десяти слотов под таблетки, три были уже пустыми. Вот те раз, вот те и "Железный Феликс"! Торчок героический!

И ведь нет, чтоб любимому начальству взбодриться предложить! Один-сам в жало жрал! Понятно всё с нашими знаками зодиака: я, получается, по гороскопу Охламон, а Савватий выходит — Прохиндей! Родились в Год Идиота…

Вынув то, что в Лурке обычно именуют вещество, и вернув футляр Юстиниану, я забросил крупную таблетину в рот, проглотил, запив её остывшим противным кофе из чашки. Какая ж гадость, эта ваша заливная рыба.

Почти минуту ничего не происходило. Нет, происходило, разумеется, — остатки Пирейского корпуса отступали в подземные убежища (кто удачно, а кто и не очень), ополченцы Никеи Горной пробрались по пещерам в тыл наступающим и устроили там шухер со стрельбой, зенитные субмарины отпугнули от Посейдонии очередной десант, а Денецкий заканчивал зачистку одного из двух материков Роксаны, Ойкумены Евксинийской и полностью утвердился на всех крупных островах идущего от него к материку Пропонтида Аксинийском архипелаге, — но не со мной. А затем в желудке словно замороженный ёжик взорвался, ледяная бодрость прокатилась по всему телу волной, глаза на лоб полезли, словно их "Звёздочкой" намазали, а в мыслях такая чёткость и ясность вдруг образовалась…

— Жить… — выдохнул я, вновь возвращаясь к экрану монитора, — …хорошо.

На орбите продолжали вращаться корабли вражеского флота, словно косяк хищных рыб. Говорят, раньше акул крестным знамением отпугивать пытались. Интересно, а хотя бы крейсер этим способом сбить можно?

* * *

— …как победоносные каракорумские войска входят в Пирей. — вещал репортёр за кадром. — Жители освобождённого от тиранического правления деспота Киндяшкова, силой насаждавшего свои противоестественные извращенские взгляды, как закон, подменяя нормы традиционной морали и семейных ценностей выдумками, порожденными его больной фантазией, радостно приветствуют армию-освободителя, являющуюся гарантом духовности, мира и процветания в дальнейшем. А вот, вы можете видеть как представители гражданской администрации Пирея, с радостью отринувшие службу похабному режиму, вручают ключи от города генерал-полковнику Сэбду…

— Настоящие? — я покосился на Юстиниана. — Не ключи, а отцы города, разумеется.

— Второй вице-префект точно настоящий. — ответил Савватий. — Человек Намбита, подполковник варангов. Насчет остальных не знаю, хотя сам-то префект стопроцентно ряженый. Настоящий сейчас в катакомбах, на пару с Дукасом командует.

— Ладно, с предателями после войны разберемся.

— …обращается к обманутым антинародной бизантийской властью: возвращайтесь! Возвращайтесь из подземелий обратно к свету солнца и пению птиц. Каракорумское командование гарантирует вам полное соблюдение ваших гражданских прав и свобод! Отринте гнусные лживые слова синклитика Киндяшкова, под видом свободы установивший царство разврата, похоти и беззакония. Вернитесь в свои дома, к своей работе, к беззаботной мирной жизни, труду на благо общества и своих близких, к полноценному отдыху и нормальному медицинскому обеспечению. Темник флота Денецкий предлагает вернуться не только вам, мирные граждане, но и храбрым бизантийским солдатам, к которым он не питает ни малейшей неприязни…

— Багдад монголам как-то раз поверил. — буркнул я. — Ладно, а наши каналы что? Как там наша контрпопаграндэ поживает?

Доместик Схол и ВрИО Мегас Стратопедарх молча переключил канал.

— …выдает это наглое, кровавое вторжение, с массовыми бомбардировками, разрушениями и казнями мирного населения, едва ли не за дружеский визит. — спокойно, даже чуточку нудновато, но при этом потрясающе убидительно и завораживающе, произнес отлично известный мне ещё по той, до участия в шоу, жизни, телеведущий. — Мы слышим от них рефрен фразы из старых фильмов эпохи до космических путешествий, "Мы пришли с миром и доброй волей", хотя честнее было бы прямо заявить: вы нас не ждали, а мы припёрлись. Положим, с мародерами бороться, по-хорошему, надо, но устраивать виселицы на столбах уличного освещения, это всё ж таки перебор. Тем более, когда украшают таким образом каждый столб на далеко не самой короткой улице города.