Меч, Палач, Дракон - Александр Рау

— Марк?! — в два голоса удивились любовники.

— Так ты болеешь? — Марк раскраснелся, открыл рот. Ему не хватало воздуха, вылечить до конца сломанный в трех местах нос волшебники-лекари так и не смогли.

— Да! — с вызовом ответила Ирмана, прикрывшись простыней, — Ты не вовремя, Марк, уходи, — указала ему на дверь.

— Виконт, вы ворвались в этот дом без приглашения! — соперник быстро пришел в себя.

— Не вовремя? Ах так?! Ты обманывала меня, шлюха! Меня — Марка де Мена!

Злоба затмила сознание виконта. Его лучший друг погиб из-за неверной жены, из-за дешевой содержанки искалечили его самого, и теперь еще эта женщина ухмыляется ему в лицо.

Марк подскочил к ней и отвесил пощечину, стирая с лица наглую улыбку. Резкая боль заставила отхлынуть злобу. Де Мена вдруг отлетел на два шага назад, ударился о комод.

Виконт прокусил губу. Нос. Его бедный израненный нос был снова сломан.

— Женщин бить нельзя. Вы подлый насильник, Марк де Мена, и ответите за это, — заявил поэт, массируя кулак.

Марк облизнул губы. Почувствовал соль. Улыбнулся. Улыбка эта выглядела жутко.

— Пошли вон! — надменно распорядился соперник, — Позже я пришлю вам вызов.

— Один сукин сын уже ломал мне нос, так же из-за шлюхи. Он умер раньше, чем я смог отомстить. Второй раз я такой ошибки не сделаю.

Марк рванул меч-шпагу из ножен. Ирмана взвизгнула и попыталась остановить виконта. Это спасло поэту жизнь. Клинок не расколол его голову, как хотел де Мена, а лишь отрубил ухо, рассек щеку, подбородок и задел плечо.

Марк откинул женщину на кровать, потерял время. За спиной раздался топот. Служанка привела двух слуг поэта, что до этого пили и ели в людской. Это были опытные воины: у одного меч, у другого небольшая секира. Они атаковали сразу. Марк отпрыгнул назад, опрокинул комод, воспользовался замешательством мечника, ловко увернулся от секиры и рассек второму слуге шею.

Тем временем соперник, шатаясь, нашел свою перевязь, брошенную на пол в пылу любовной горячки, и с руганью обнажил свой меч. Ирмана визжала не переставая. Марку пришлось нелегко, но он был куда более опытным фехтовальщиком, чем слуга, а поэт был ранен.

Новый любовник Ирманы пал первым. Виконт взял секиру во вторую руку, отвел ей удар поэта и вогнал ему меч в живот на три пальца. Слуга, увидев это, хотел сбежать, но виконт метнул ему секиру в спину.

— Заткнись!

Ирмана, забившаяся в угол кровати, послушно замолчала. От страха у нее отнялась речь. Неверная любовница обеими руками держала простыню, запачканную кровавыми брызгами, отгораживаясь ее как стеной или щитом.

Де Мена подошел к умирающему сопернику.

— Тебе не нравится, как я выгляжу? — спросил он его и тут же ударил мечом, рассекая лицо поэта надвое.

Затем быстрым экономным ударом добил слугу раненного в спину. Увидел служанку в коридоре, что, обезумев от страха, забилась в угол, даже не думая бежать. Ее красивое личико исказил страх.

Марк подумал и ткнул ее в висок, оглушая. После чего вернулся к Ирмане. Вид его был ужасен. Лицо в крови — своей из разбитого носа. Черно-синий камзол забрызган чужой — сам он не был ранен, только вспотел.

— Как здесь у тебя грязно, — заметил он, омыв лицо вином из чудом уцелевшего кувшина, — Еще кто-нибудь в доме есть?

Предательница помотала головой.

— Вот и прекрасно, — улыбнулся Марка разбитыми губами и послал ей воздушный поцелуй.

Обагренный кровью клинок медленно разрезал натянутую как струну простыню, которую женщина до сих пор судорожно сжимала.

Марк уронил меч и залез к ней на кровать.

— Говоришь, я груб? Ты права. Я очень груб и жесток. И ты, шлюшка, в этом убедишься.

Он резко сжал ей груди с такой силой, что Ирман закричала от боли.

Стук железа по железу. Настойчивый, не утихающий. Придется открыть.

Марк де Мена нехотя слез с кровати, натянул штаны и взял меч. Ирмана, как только он ее отпустил, забилась под кровать, благо высота последней, это позволяла, и теперь оттуда доносились ее едва слышные всхлипы-стоны. Служанка так и не очнулась, или делала вид, что лежит без чувств.

Виконт распахнул дверь и увидел старого знакомого, одного из телохранителей герцога Гальбы.

— Его Высочество, просил убедиться все ли спокойно?

— Нет, — бодро ответил Марк.

— Герцог так и думал. Вас же просили быть аккуратней, виконт! Сеньора Ирмана жива?

— Да.

— Хорошо. Мы приберемся, а вы переоденьтесь и ступайте домой.

— Ваш герцог — сущий дьявол! — сорвался Марк, — Он все знал.

— НАШ герцог, — поправил гость, — Тише. Ему известно все и он умеет заботиться о своих друзьях. Идите домой, Марк, и ни о чем не беспокойтесь. Вы ведь опять с нами.