Тесен мир - Сергей Иванов

– Так ли, о возлюбленный брат мой? Ну, предположим, мы вырвемся из-под жесткой опеки Тора. Затем отобьемся и от Лота с его сбродом. Но разве нет противников пострашней?

– Ты про Хранителей? – сообразил пещерник. – Милая, ну зачем же выбирать таких опасных врагов? С теми, кто сильнее, лучше дружить, иначе…

– Значит, мы перейдем к ним в услужение?

– Скажем, мы станем союзниками. И если поведем себя по-умному, с их помощью вознесемся к вершине. А затем, кто знает…

– А затем нас сбросят вниз, – заключила Нора. – Ты действительно глуп, братец, если надеешься выгадать, сунув свою хитрую голову в рабошлем. Впрочем, в душе ты давно раб.

– Но, радость моя, нам не оставили иного выхода! – воскликнул Бонш.

– Выход всегда есть, – отрезала Львица, – только тебе туда не втиснуться. Как в тот колодец, помнишь? И отныне, куда бы ты ни ткнулся, будешь упираться в такую же непрошибаемую пленку, пока не успокоишься в рабстве… А теперь не мешай нам. – И разложив на мелководье послушную ее рукам девочку, Нора принялась за дело всерьез.

Ну уж нет, решил Эрик, наконец выбираясь из своего угла. Хватит с меня.

– Сестрица, – хрипло произнес пещерник, – не вынуждай меня быть грубым. Я очень не хочу этого, поверь… Ты слышишь?

Медленно он поднялся с кресла и повернулся лицом к бассейну, прищуря глаза в щелки.

– А как же, – бодро откликнулся Тигр, вступая в пещеру. – Причем давно.

В досаде Бонш хлопнул себя по ляжкам.

– Мне следовало догадаться, – сказал он, качая головой. – Что за женщина! Который раз ловит меня на доверчивости!.. Выходит, и ты, парень, имеешь на нее виды?

– Просто я ей друг, – ответил Эрик. – Как и Горну. И пока он не вернулся, тебе придется иметь дело со мной. Он сомкнул ладони на рукоятях мечей.

– Спасибо, я уже хлебнул этой радости, – отказался Бонш. – Предложите мне что-нибудь по силам.

– Например, вот это? – Тигр кивнул на воду, где сплелись нагими телами две подружки, забывшие, похоже, обо всем. И сам он с трудом гасил исходящие от богини волны, из-за которых кружилась голова и сладко сводило бедра. Духи, да что же они вытворяют!..

– Ты всегда подбираешь, что плохо лежит? – спросил Эрик. – А, толстяк? А насилие приберегаешь как последний довод. Или тебе не дают покоя лавры Лота, предавшего уже всех?

– А ты со всеми так неучтив? – огрызнулся пещерник. – Или только с теми, кто слабей?

– Исключительно с мерзавцами, – ответил Тигр. – Независимо от силы.

– Ну топчите меня, вытирайте об меня ноги!.. Только подумайте сперва, надолго ли хватит вас самих.

– Ты о чем?

– Думаешь, мне это нравится? – спросил Бонш. – Когда-то, не очень давно, и я был таким же самонадеянным, гордым своею силой. Устройство мира мне не подходит? Тем хуже для мира – я переделаю его, а начну со своего семейства!.. Но сразу и споткнулся. Мир оказался сильнее, он сломал меня. И теперь нет у меня большей радости, чем поставить подножку сопернику, лишь бы подняться еще на ступеньку по этой проклятой лестнице. И есть те, кого давишь ты, но всегда найдутся и такие, которые топчут тебя – и вырваться из этого круга невозможно! Это Тор может тешить себя мнимой свободой, но я-то вижу: Хранители сильнее его. А над ними высятся Духи, а кто там дальше, уж и не знаю, но кто-то наверняка есть, ибо так устроен мир. И все, что я могу, – это получше приспособиться к порядку, заведенному другими… И разве не в этом подлинная сила?

– В угодничестве?

– Да, и в нем – пока не подвернется случай свалить господина.

– Чтобы затем угождать следующему?

– Я же говорю: такова жизнь. Зато всегда можно отыграться на тех, кто ниже, – для них ты бог!

– А для других – раб?

– Что же делать, не будешь рабом – не станешь богом.

– А не проще ли отказаться от обоих званий?

– Как будто у меня спрашивали согласия! – хмыкнул Бонш. – Так уж вышло.

– Врешь, пещерник. Ты сам продал душу и, на свою беду, понимаешь это. Потому-то тебя и тянет к свободным, что с ними еще надеешься…

– Хватит! – рявкнул великан и через силу усмехнулся. – Расскажи это своим девочкам на досуге, а с меня довольно. Что меня заботит сейчас, так это ближнее будущее. Может, погадаешь, провидец?

Затуманенным взором Эрик вновь покосился на чудную парочку, так неожиданно и легко сдружившуюся. Ласки девушек стали уже обоюдными, причем поражало, с какой готовностью обучалась Ю. Впрочем, умелость наставницы впечатляла не меньше. Пожалуй, Эрик не отказался бы послужить пособием в умопомрачительном этом уроке… вот только что-то раздражающе скребло и дергало его изнутри, предвещая близкие невзгоды. Уж не припас ли толстяк еще какую-нибудь пакость?

– Охотнее я бы тебя прикончил, – ответил Тигр пещернику. – Но пусть уж решает Нора. Все-таки вы с ней…

В стене напротив вдруг с хрустом распахнулась дыра и оттуда вырвалась безглазая узкая голова на жилистой шее. В первое мгновение Эрик принял пришельца за питона. Но в следующее из норы возникли когтистые лапы и рывком выдвинули чудище еще на пяток локтей – так, что слепо раскачивающаяся голова нависла над оцепеневшими в озере девушками.

– Скалогрыз! – ахнула Нора.

Тотчас голова нацелилась вниз и распалась надвое, выставив устрашающий набор треугольных зубов. Медленно Львица стала надвигаться на Ю, закрывая телом.

– Сюда! – крикнул Тигр, выхватывая мечи. Страшная голова снова дернулась на звук, затем чуть втянулась в плечи, и скалогрыз словно катапультировался из норы.

Пролетев над бассейном и мимо посторонившегося Эрика, он с хрустом вгрызся в стену и повис на ней, погрузив в камень стальные когти. Разом мужчины атаковали чудище с обеих сторон, целясь по лапам. Но если Тигр начисто рассек сустав, то меч пещерника увяз в жесткой кости. Мгновенно скалогрыз мотнул головой вбок, срезав Боншу руку, тут же оттолкнулся от стены и с шумом упал в воду, извиваясь гибким телом и угрожающе щелкая зубами. Эрик прыгнул следом, но зверь подтянул под себя лапы и вновь сиганул через всю пещеру, едва не протаранив раздавшихся по сторонам девушек.

– Ко мне, гадина! – свирепо рыкнул Тигр, и скалогрыз прыгнул в третий раз.

Со всей силы Эрик метнул меч в распахнутую пасть и упал под летящее на него тело, сторонясь смертоносных лап. Сейчас же вскочил, в два прыжка настиг бьющееся в судорогах чудище и точным взмахом отсек голову. Торжествующе рассмеялся. Ну, кто здесь творит судьбу?

– Эрик! – вдруг позвала Нора, и он круто обернулся. Прижимая к груди девочку, вполне невредимую, Львица указывала на дверь, за которой Эрик разглядел качающуюся спину пещерника. Зажав здоровой рукой обрубок, тот уже набегал на сияющий проем. И только Бонш погрузился в него, как свечение померкло, будто насытясь.