Все тайны проклятой расы - Вера Чиркова

- Еще амулеты и все зачарованные предметы, - как-то нервно просит он, опасливо поглядывая на кучу острых и смертельно опасных железок, выросшую на его столе.

- Пожалуйста, - устало соглашаюсь я, снимая с шеи связку кулонов, а с рук браслеты и пару колец.

- А остальное? - подозрительно уставился сыскарь на последнее кольцо и идентификационный амулет.

- Это фамильное кольцо с печаткой, - поворачиваю я перстень, - и его я сниму только в том случае, если король объявит, что лишил меня титула. А вот это - обойдя стол, привычным жестом открываю верхнюю крышечку амулета, чтоб сыскарь мог ясно увидеть знак старшего королевского ока, - даже король единоличным решением не имеет права снять.

- Но я… - сыскарь до этого момента явно не подозревал о моем особом статусе, и теперь несчастно поглядывал на магов в ожидании подсказки.

Однако, не получив от них никакой поддержки, неуклюже сделал вид, что все это ему отлично известно. И начал деловито отодвигать от меня небрежно выложенный арсенал. Именно с таким расчетом и разбросанный, чтоб ни кто, не умеющий с ним обращаться, не смог безнаказанно взять оружие в руки.

И почти сразу получил возмездие за свою самоуверенность. В виде довольно глубокого пореза и брызнувшей фонтаном крови.

- Нельзя ли поосторожнее, - высокомерно скривился я, - счищать кровь с оружия и кожаных пенальчиков не самое приятное дело.

Один из магов в три прыжка оказался возле незадачливого сыскаря и мгновенно остановил кровотечение. А потом одним движением руки убрал кровь с моих вещей.

Все ясно, выпускник южной школы.

- Извините его, - с легкой досадой извинился лекарь, - он не нарочно. Пройдите в соседнюю комнату, подождите, пока мы проверим, нет ли на ваших вещах чужих заклинаний или проклятий. Таково указание главы ковена.

Я только безразлично пожал плечами, типа, мы люди подневольные, нам все равно. И неторопливо отправился в соседнюю комнату.

- Не хочешь чаю, или травяного отвару? - притворно бодрым голосом предложил Юрис, сидящий возле накрытого стола с кружкой в руке.

Ну, маги, вы что, совсем меня за дурака держите? Да на такие примитивные крючки я не ловился, даже когда еще был учеником второго круга. Даже смеяться расхотелось, от такого оскорбления.

- Ничего я не хочу, - раздраженно рычу, плюхаясь на диван, - сколько раз тебе говорить, у меня жена беременна! Мне домой нужно! Я вообще на эти три месяца отпуск взял!

- Да пойдешь ты домой, не переживай, - хмуро вздохнул маг, - сейчас переговорят с тобой и отправят.

За пять дней, что мы провели вместе, я довольно-таки хорошо его изучил, и теперь могу утверждать, что на эту роль Юрис согласился без особой радости. Скорее всего, его пришлось уговаривать, или даже приказать. И за свое решение он уже заплатил. Мои друзья почти сразу поняли, что к этому магу я отношусь вовсе не так, как к Клариссе с Леоном, и сделали свои выводы. Уже через сутки, а может и раньше, Юрис понял, что в отряде он на положении изгоя, и замкнулся. Ел в сторонке, в разговоры не вмешивался. Оживлялся только в те моменты, когда его о чем-то просили. Хотя я не раз ловил его внимательный взгляд, когда мои друзья начинали вспоминать подробности нашего осеннего приключения.

И сейчас он явно дает мне понять, что ни в чем серьезном меня не подозревают, не догадываясь, что я и сам уже сделал подобные выводы. И даже больше, осмелился предположить, что догадываюсь о настоящей причине. Вот только ему об этом знать вовсе не положено.

В кабинет сыскаря меня позвали лишь через два часа. Сделав самую кислую физиономию из своего богатого набора, плетусь вслед за магом, заранее настраиваясь на длительный и занудный допрос. Выбор сыскаря для сегодняшнего спектакля яснее ясного сказал мне, что ни один из старых знакомых не согласился играть эту роль. Вид моих ножей, старательно разложенных по кучкам, вызвал у меня приступ смеха, который я сдержал только невероятным усилием воли. Ясно, что ничего они не нашли, да и не могли найти, а вернуть дротики на их привычные места просто не сумели.

- Я могу забрать свое оружие? - самым любезным тоном, каким я разговариваю лишь с врагами и иностранными послами, осведомляюсь у сыскаря.

- Да, разумеется, - так же вежливо разрешает он, но по алеющим скулам и свежим розовым шрамам на пальцах стража закона без слов понятно, что он уже сто раз пожалел о своем согласии.

На роль в этой постановке. Ну, ничего, зато на будущее у него будет отличный иммунитет против участия в интригах начальства.

Взяв со стола свой пояс, мельком его осматриваю, и, убедившись, что кожа нигде не попорчена неумелым обращением, начинаю быстро рассовывать дротики по местам.

Сначала самые простенькие и дешевые, ими я лишь предупреждаю серьезных врагов и наказываю мелких воришек. Потому они и не всегда возвращаются на свое место.

Затем боевые, самые тяжелые и длинные, они хороши, когда враг еще далеко. Потом фигурные, отлаженные бить с переворота. И наконец дорогие, именные, которые можно использовать и как кинжалы. Диски и звездочки упаковываю в кусок тонко выделанной кожи варана и кладу в специальные гнезда на внешней стороне пояса.

Знакомая тяжесть надежно обнимает торс, возвращая иллюзию свободы.

- Привет, - входя в комнату, хмуро буркнул Зиновас Лавайзир, начальник одного из сыскных подразделений.

И мой старый знакомый, почти друг, не раз ходивший со мной на задания. А теперь решивший выступить против меня, если я правильно понимаю? Или нет, скорее позволивший кому-то натравить себя на меня. И этого я ему не прощу, даже если цель у них самая что ни на есть благородная.

- Привет, Зин, - отвечаю с самой широкой улыбкой, которую сумел изобразить, и дерзко опускаюсь в облюбованное двумя часами ранее кресло.

Кажется мне, или оно точно стало с тех пор каким-то комковатым? Чуть скосив глаза на обивку, понимаю, нет, не кажется. Значит, бедное кресло подвергли осмотру с пристрастием. Как вовремя я подсуетился со сменой тайничка!

Зин испытующе рассматривает мое кристально честное лицо и мрачнеет на глазах. И правильно делает, кому-кому, а уж ему-то давно известно, что не из тех я людей, которые забывают добро. И, тем более, зло.

- Извини, что тебя здесь задержали, - сквозь зубы выдавливает он, - надеюсь, ты не будешь на нас обижаться. Откройте портал в замок Монтаеззи. Но… Грег, у меня к тебе личная просьба… никуда не выходи из своего замка, пока не получишь от меня вестника.

- Нет… я не буду обижаться… - улыбаюсь старому сыскарю так лучезарно, словно он только что подарил мне всех своих знаменитых собачек, - и просьбу твою, разумеется, выполню. Какие могут быть сомнения? И не стоит меня благодарить… сейчас. Потом сочтемся.

Это Зиновас дернул зубами, или так обиженно скрипит раскуроченное кресло? На всякий случай я встал с него, и, поглядев на младшего сыскаря, теребящего от волнения свои бумажки, решил, что, по крайней мере, хоть этому, вполне могу отплатить уже сейчас.