Зов прайма - Александр Комзолов

— Милейший, а кто велел устраивать на торговой площади Ардеи этот цирк?

Поглощенный унылыми размышлениями о своей судьбе Грегор не заметил, как перед эшафотом остановилась украшенная разноцветными перьями карета.

— Сэтору, если я правильно помню? Мастер над цепями и близкий друг лорда Эларио Хиравы? — спросил сидящий в карете мужчина.

— Лорд Раэль Побежденный, из Даэр-лиена, — склонился в учтивом, но явно небрежном поклоне Мастер над цепями.

Выпрыгнувший из кареты адорнийский лорд поморщился, услышав собственный титул, обернулся и что-то быстро сказал сидящей рядом с ним пигалице.

— А у лорда-то рук нет, — шепнул Грегору Кристэн. — Если уж у них лорды безрукие, то император зря беспокоится о предстоящей войне с Адорнией.

— Это пленники лорда Эларио Хиравы, ваше сиятельство, доставлены из Фихтера для поддержания морального духа в столице.

— Поддержание морального духа, — снова шепнул Кристэн, — вот как это называется! Я-то думал, я просто так врагов леди Агаты убиваю, а на самом деле, я моральный дух Кобрии поддерживаю.

Девушка в карете ухватилась за рубашку лорда и с мольбой в глазах о чем-то просила своего попутчика. Лорд резко бросил что-то в ответ и отвернулся. Но затем повернулся назад и у них со стражником завязался разговор.

— Ты слышишь, о чем они говорят? — спросил заинтересованный Грегор.

— Слушаю, — мотнул головой Кристэн, напрягая обостренный геройский слух.

— Раэль, прошу тебя, они же люди!

— Они докты, наши враги! — злобно бросил лорд, и отвернулся. Однако не стерпел и повернулся обратно, — это варвары! Они разорвут любого адорнийца, попавшегося им в руки, и мы должны отвечать им тем же!

— Что с ними сделают?

— Если я хорошо знаю Хираву, их разорвут лошадьми посреди толпы. Так, чтобы забрызгало кровью ближайших зрителей, — Раэль вопросительно взглянул на стражника.

— Лорд Хирава любит яркие зрелища, — кивнул Мастер над цепями.

— Но ведь это бесчеловечно, — круглые от ужаса глаза Рики с мольбой смотрели на лорда, рука нервно ухватилась за полу его рубашки. — Адорнийцы не должны быть... такими. Мы не животные, чтобы опускаться до такого.

— Вашей спутнице надо бы поучиться манерам, лорд Раэль, — процедил Сэтору. — И историю королевства не помешало бы лучше изучать.

— Манеры моей спутницы тебя не касаются, милейший. Изволь-ка заткнуться.

— А мы можем взять их с нами? Лорды же могут держать у себя захваченных в бою пленников? Я и правда ничего не знаю о доктах, я могла бы многому научиться, поговорив с ними, — Рика сама не понимала, откуда в ней столько смелости, и главное, зачем она так стремится спасти этих незнакомых доктов.

Но сама мысль о том, что живых людей растерзают на потеху толпе, была невыносима. Слова сами выскакивали изо рта, не советуясь с рассудком и здравым смыслом.

— Раэль... Брат... Я прошу тебя...

Рика никогда не посмела бы назвать лорда «братом». Кровь очень мало значит в Адорнийском королевстве, но сейчас это слово почему-то показалось правильным.

— Ты хочешь научиться, — брови лорда в задумчивости сошлись к переносице, взгляд впился в Рику, выискивая хотя бы малейшую фальшь в ее мольбах. — О боги, будь оно все проклято! Сэтору, я забираю этих пленников себе, — решил он.

— Лорд Хирава не обрадуется, когда ему об этом доложат, — ощерился Мастер над цепями.

— Меня мало интересует настроение лорда Хиравы, — презрительно высказал Раэль, — тем более что он, насколько мне известно, укатил на свою любимую охоту, и его не будет в городе несколько месяцев. Я выкуплю у него этих пленников, когда он вернется в город. Уверен, он мне не откажет. А пока, будь так любезен, распорядись доставить их к моему особняку.

Показывая, что разговор окончен, Раэль вернулся в карету.

«Я спасла их! У меня получилось! Сегодня в Ардее не будет крови!»

Рике хотелось петь от счастья или расцеловать Раэля, но приходилось сдерживаться.

— Я выполнил твою просьбу, но тебе надо быть менее впечатлительной, — Раэль, как оказалось, прекрасно понимал охватившие ее чувства. — Мы поговорим об этом дома.

Покрасневший от злости Мастер над цепями отвернулся к эшафоту.

— Ублюдочный калека, — прошипел он достаточно громко, чтобы его было слышно в карете.

Быстрый взгляд серых глаз Раэля, и налетевший ветер со стоном впечатывает Мастера над цепями в стену хлебной лавки.

— О чем они говорили? — с нетерпением спросил Грегор, наблюдая за полетом их недавнего мучителя.

— Знаешь, ты все-таки победил. Нас будут пытать.

* * *

«Быть может, я ошиблась? Может, не стоило настаивать?»

Первый выбор всегда самый правильный — так говорят самые почитаемые философы Адорнии. Разуму требуется время, чтобы осознать проблему, взвесить все аргументы, вынести верное решение. И пока он занят этими важными делами, в человеке говорит его сердце — ведь оно уже давно почувствовало, как нужно поступить. Но что если сердце ошиблось?

Эйфория от спасения двух жизней прошла, и теперь на ее место разум услужливо подсовывал сомнения. Да, докты спасены, но ведь они враги. И хотя лично Рике они ничего не сделали, отношение к ним жителей Адорнии менялось от неприязни до ненависти.

«Я не чувствую в себе зла, которое источает к ним мой народ. Может, со мной что-то не так?»

Разрывать лошадьми на площади — это страшная смерть, но разве плен и темница — лучшая участь? Быть может, быстрая казнь была бы... чище?

— Отныне вы — мои пленники, — Раэль неторопливо прохаживался мимо своих недавних приобретений, однако на доктов он не смотрел, устремив взгляд куда-то поверх их голов.

— И вам придется заплатить за мое гостеприимство, а также за тот долг, в который я влез, спасая ваши жалкие шкуры. Теперь вы — мои вещи, мои игрушки. Вы подчиняетесь моим приказам, даже если я прикажу вам выцарапать себе глаза или есть собственные экскременты.

— Вопрос, добрый лорд! А можно комбинировать приказы? Выцарапать только один глаз и съесть половину экскрементов?

Раэль кивнул сам себе и, наконец, посмотрел в глаза говорившему докту. Более бойкому и жизнерадостному из двоих, тому, во взгляде которого еще горел огонь.

— Я ждал такого вопроса. Как тебя зовут?

— Кристэн, — с ухмылкой представился докт, и неряшливо поклонился, приложив ладонь к груди.

— Тебя никак не зовут, ты — вещь, — поправил Раэль.

— Как вам будет угодно, — добродушно согласился бывший Кристэн.

— ДУШИ! — приказал лорд, и пленник схватился за узкий шелковый ошейник, которым заменили сковывавшие его до этого момента цепи.