Герцогиня-служанка - Кира Рамис

Моронг отвернулся, я быстро переоделась, застегнув так шедший к чёрному платью поясок. Платье мне было велико, размера на два больше, чем нужно, но поясок делал это почти незаметным. Схватив шляпку, принесённые чёрные ботинки с высокой шнуровкой и расчёску, бросилась бежать на кухню.

Зря торопилась, в печи всё прекрасно и без меня томилось. Приятный капустный аромат разносился по кухне, хотелось есть.

Уйдя в угол кухни, к раковине с зеркалом, с горем пополам привела волосы в божеский вид, заплетя тугую косу. Свернула её в приличную толстую кральку и заколола совершенно обычными чёрными металлическими шпильками для волос, что лежали с расчёской в холщовой сумке. Одна из шпилек была необычной: на её верхушке красовалась яркая бусина. Во избежание криков и обвинений, аккуратно спрятала её в волосах.

Примерила шляпку и закрыла лицо густой вуалью.

– Как я вам? – развернулась в сторону моронгов.

– А-а-а… – возле двери послышался громкий крик, а за ним звук падающего тела.

Охнув, кинулась поднимать потерявшую сознание мачеху.

– Матушка, что случилось?! – воскликнула вбежавшая Аделла. Дочери шли следом за матерью, скорее всего, покричать и проверить, как готовится обед. – Вы… вы кто?

Смотри-ка, а девушки куда более сильные духом, чем их мать.

– Дед в пальто, – проворчала, поднимая костлявую родственницу. – Чего застыли, помогайте!

– Да как ты посмела?! – заверещала Виорика. – Ты что задумала? Бежать? Откуда у тебя вдовье платье? И не говори, что твоё! У тебя нарядов не осталось.

Дотащив мачеху до топчана, устало отбросила вуаль с лица.

– Одно да есть! Или вы думаете, что все мои платья растащили? На кухне под топчаном прятала!

Виорика было наклонилась, чтобы посмотреть под топчан, но была остановлена сестрой.

– Леди не проверяют грязные кухни.

Ох, и хотелось сказать пару ласковых, но сдержалась. Моронги весь вечер намывали пол и даже стены.

– Ты так и не ответила на вопрос. Что за маскарад? – Аделла, не обращая внимания на то, что мать всё ещё не пришла в себя, вновь набросилась с обвинениями. – Бежать надумала?

Вот уверена, что мысленно она уже наслаждается тем, как в воздухе свистит плётка, опускаясь на моё тело.

– Нет! В город на работу! Или ты хочешь, чтобы я не вернулась? В наряде вдовы легче устроиться на работу, их жалеют и чаще берут! Вам фрукты нужны или нет?

– Нужны, – с топчана послышался тихий стон. – Аннабель, скажи спасибо, что я ещё не пришла в себя. Убирайся и без фруктов не возвращайся.

– Куда убирайся? – я посмотрела на плиту. – Скоро обед будет готов. Я есть хочу.

– Заработаешь и поешь! – придя в себя, рявкнула женщина. – Напугала до смерти. Ты где выискала платье, такой фасон вышел из моды лет сто назад.

– Госпожа, я принёс, – падая на колени, прошептал Шусти. – Несколько лет назад, перебирая вещи, вы приказали слугам выкинуть старьё. Я не послушал и взял несколько себе, на тряпки и для уюта, хотел рубашку сшить и забыл. А тут госпожа в город собралась, я и вспомнил…

Вот врёт и не краснеет, подумала я.

– Отправляйся с Бель! – она потёрла пальцами виски. – В наказание. И не вздумай идти в форме нашего рода. Надень простую рубаху. Охраняй её ценой своей жизни. А ты накрывай на стол! – мачеха зыркнула в сторону Роби. – После обеда приготовь мне бочку с травами. Доченьки, помогите, – она протянула руки в сторону девушек, те быстро подскочили к матери. – Подойди! – приказала мачеха уже мне. Пристально осмотрела платье, похлопала по бокам, провела рукой по моей шее и произнесла: – Принесёшь фруктов и хлеба. И без них можешь не возвращаться.

После этих слов троица подождала, пока я поправлю на лице вуаль и выйду за дверь.

До ворот проводить отправилась одна Виорика.

– Нельзя тебя доверять, – ответила она на мой вопрос, зачем, – уйдёшь и защиту снимешь.

Она глупа или не знает, что я не могу снять защиту? Не я ставила, не мне снимать.

У самых ворот нас догнал Шусти, в этот раз на нём были простенькая серая рубаха и такие же брюки.

Стоило воротам захлопнуться за моей спиной, как я впервые спокойно вдохнула полной грудью и осмотрелась.