Беру тебя в долг - Екатерина Кариди

Волосы. Это было первое, что ему бросилось в глаза. Необычный цвет привлек внимание.

Девица сидела с самого краю стола, значит, дочь простого рыцаря из какого-нибудь медвежьего угла. Возможно даже без земли и наверняка без приданого. Мелькнула не оформившаяся мысль и угасла.

Король прошел дальше.

У него был трудный день. Эти бесконечные счета, прошения, доносы и подати, с которыми приходилось весь день разбираться. Теперь еще надо было оказывать внимание претенденткам. Отбор только начался, а уже основательно ему надоел.

К тому же, он хотел есть.

Но только Родхар сел за стол, как тут же начались ужимки, вздохи и закатывание глазок. Впрочем, в общении с девицами тоже была своя прелесть. Если их не слушать, они радуют глаз, как, например, Истелинда.

Однако на грани сознания все время бродила одна и та же не оформившаяся мысль. Девица в самом конце стола. Он точно не видел ее при дворе. Если бы видел, запомнил. Но эти волосы…

К сожалению, сейчас он располагал временем.

Позже надо будет разобраться, откуда она.

* * *

Так неожиданно… Мара застыла, встретившись с этим опасным мужчиной глазами, и в первый момент даже растерялась. Как сейчас себя вести? Наверное, это невежливо просто никак не отреагировать?

Однако беспокоилась она зря.

Его величество Родхар просто перевел взгляд на дверь, встал и направился к выходу. И в этот раз он прошел с другой стороны стола, так, что она даже его не видела. Но в какой-то момент, когда его шаги раздались за ее спиной, Маре вдруг показалось, что она почувствовала его взгляд.

Она еще больше опустила голову и почти уткнулась носом в тарелку.

Твердые шаги прозвучали дальше, дверь закрылась. Когда Мара наконец выпрямилась и подняла глаза, сразу же столкнулась взглядом с той девушкой, что просила передать ей горчицу. Та смотрела на нее прищурившись, словно подозревала в чем-то.

Мара сделала вид, что не заметила.

Тем более, что стоило королю покинуть зал, смотрительница отбора матрес Фоурм сразу же объявила:

— Ужин окончен. Прошу всех встать и следовать за мной.

Повернулась и направилась к дверям.

Пришлось с сожалением отложить ложку, у нее в тарелке еще пара кусочков оставалась. И похоже, не только она не успела доесть, потому что раздался легкий ропот. Смотрительница немедленно обернулась и взглянула на них, словно коршун на цыплят, Ропот стих.

А Фоурм встала в дверях, наблюдая, как девушки выходят. Можно было поклясться, что она считала их по головам.

* * *

Обратный путь до крыла претенденток уже казался короче, однако Мара заметила, что на нее теперь странно косятся некоторые девушки и сама эта матрес. Но. Она была сыта, и это главное. С остальным можно было начинать разбираться завтра.

В комнате ее встречала Гизел. И, разумеется, пока та помогала ей с платьем, расплетала косы и расчесывала волосы на ночь, Мара узнала много нового об участницах отбора. А также о том, что завтра им предстоит прогулка по саду перед замком, которую почтит своим появлением король.

— Там еще будут рыцари и придворные, — загадочно поиграв бровями, сообщила служанка.

— Очень интересно, — проговорила Мара.

Без всякой задней мысли, просто так. А девушка сразу оживилась.

— Да, мадхен! — заговорила она с придыханием. — Вы там не зевайте, присматривайтесь, может, найдете себе кого побогаче в мужья. Говорят, с отбора никто просто так не возвращается, все выходят замуж!

И захихикала.

Странная ассоциация у нее вдруг возникла, Мара даже не успела понять, что к чему.

Но вот с переодеванием было закончено, служанка удалилась, пожелав ей спокойной ночи. И она наконец осталась одна. Улеглась в постель, а сон не шел. Не привыкла она так праздно проводить время, да и днем выспалась. Лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок.

Вдруг шорох.

Она мгновенно замерла, напряженно прислушиваясь, даже дышать перестала. Мыши? Еще шорох. Нет, это не мыши! Ей показалось, что за дверью кто-то стоит. Но ведь здесь никого не должно быть, правда? Мара моментально слетала с постели и отворила дверь.

Прямо против нее стояла матрес Фоурм.

— Вы? — удивленно выдохнула Мара.

А смотрительница очевидно не ожидала, потому что отшатнулась, и что-то такое непонятное проскользнуло у нее во взгляде. Неуверенность какая-то и страх. Но она мгновенно овладела собой, вскинула голову и строго произнесла:

— Почему вы до сих пор не спите, мадхен Хантц?

— Я пыталась, — оглянулась на раскрытую постель Мара.

А эта дама немедленно уставилась на ее постель тоже. Словно хотела высмотреть, не прячет ли Мара там любовника. Ноздри раздулись, как будто она что-то вынюхивала.

Наконец смотрительница произнесла:

— Девушкам на отборе положено вовремя ложиться спать. Иначе завтра бы будете «радовать» глаз свои помятым видом и дурным цветом лица. Вы этого хотите, мадхен?