Пасынки Гильдии - Ольга Голотвина

– И ты не съездил ему по уху?

– Хотел съездить. Но очень уж захотелось получить зелье!

– Тебе-то оно зачем? Ты парень красивый, веселый, с девками ладишь…

– С девками – да, а со сторожевыми псами – не всегда, – напрямик сказал Щегол. – Короче, оказалось, что зелье алхимик варит тайком от своего господина. Заработать на стороне хочет. Эту крупинку он дал слуге, чтоб тот нашел денежного человека и показал, как действует зелье. И если, мол, денежный человек себе такое закажет, то каждая крупинка будет стоить шесть золотых.

– Сколько?! – охнул трактирщик.

– Дорого, не спорю. Но с такой крупинкой я свои деньги за один вечер верну и в барыше буду. Дал я Умменесу шесть золотых, но предупредил: получу либо зелье, либо деньги в двойном размере. А иначе с ним не я толковать буду, а Кудлатый.

– Сурово ты его, – одобрил Аруз.

– Прихожу вчера за зельем и узнаю, что оно готово и спрятано где-то в доме, но где – слуга не знает. А сам алхимик подался в бега. Тяпнул что-то у хозяев – и махнул хвостом.

– Вот так история! Плюнь ты, парень, на это зелье, выколачивай из Умменеса деньги. Пускай где хочет, там и достает!

– Ты, Аруз, толково рассудил, но мне сейчас нужно зелье, а не деньги.

– Смугляночка-наррабаночка? – проницательно спросил Аруз.

– Она самая, – сконфуженно кивнул Щегол. – Сам не знаю, чем она меня зацепила.

– Зацепила, да? – пропел рядом низкий хрипловатый голос.

Мужчины обернулись.

Как она сумела так неслышно возникнуть из-за угла – статная, рыжеволосая, в нарядном зеленом платье, с огромной шелковой розой у пояса…

– Зацепила, да? – насмешливо переспросила Лисонька. – Подумаешь! Зацепить могут и грабли! У тебя скверный вкус, Щегол!

Юноша виновато развел руками: мол, какой есть…

Тут во двор ввалилась компания моряков в синих холщовых рубахах. Они горланили и хлопали друг друга по плечам, они были веселыми и хмельными, они хотели мяса и вина, с ними все было просто и понятно. Аруз устремился к ним, словно навстречу спасению:

– Удачен ваш путь, храбрые мореходы! Хоть и далеко вы забрели от порта, но вам ли бояться дальних дорог? Зато сейчас вы достигли Счастливого Острова!

Моряки с готовностью последовали за хозяином в дом. Лисонька направилась было за ними… но остановилась, обернулась к юноше, шепнула загадочно и жарко:

– Не того просишь о помощи!

– Ты знаешь, где найти алхимика? – вскинулся Щегол.

– Может, и знаю, но всякому знанию своя цена! – засмеялась Лисонька и легко взбежала на крыльцо.

– Я за ценой не постою, – улыбнулся юноша. – Пошли, поглядим, что у нее за товар.

В этот миг под крыльцом завозилось что-то живое.

Кудлатый схватился за нож, Щегол напрягся… Но тут же оба расхохотались, потому что из-под крыльца высунулась смешная чумазая мордашка с курносым носом и огромными глазищами.

– Чешуйка, с праздником тебя! – весело сказал Щегол.

Беспризорник, уже выбравшийся из своего укрытия, засиял, словно солнышко в луже. Чешуйка искренне восхищался Щеглом. Такой дерзкий, веселый, бесстрашный… и такой щедрый! Сколько раз не жалел медяка, а один раз накормил от пуза!

– Со светлым праздником, господин и… и другой господин! – бодро заявил беспризорник, потирая остренький подбородок, который делал его треугольное личико похожим на мордочку лесного зверька.

Вид у бродяжки был совсем не праздничный: чья-то поношенная рубаха, доходившая мальчугану ниже колен, была по-матросски подпоясана веревкой. Из-под подола торчали босые ноги, грязные и исцарапанные.

– А ведь раньше у него этой рубахи не было, – припомнил Кудлатый. – Он в мешке проделал дырки для головы и рук и так бегал…

– Да ты прифрантился ради праздника! – умилился Щегол. – Ну, так заодно угостись!

Он швырнул мальчугану монету и поднялся на крыльцо. Кудлатый последовал за ним.

Чешуйка поймал подачку на лету – и едва не заскулил от разочарования. Монета была неправильная! Значки на ней ничего не говорили неграмотному мальчишке, но цвет был совершенно не медный, тускло-серый.

Если бы монету дал кто-нибудь другой, беспризорник забросил бы ее подальше, вслух помянув Хозяйку Болота. Чешуйке приходилось слышать, как туго приходится тому, у кого находили фальшивые деньги.

Но это же Щегол!..

Чешуйка решил рискнуть. Завидев бредущего через двор конюха, он издали показал ему монетку:

– Глянь-ка, чего у меня!..

Конюх вгляделся.

– Ишь ты, вроде серебро! – сказал он удивленно – и тут же продолжил фальшиво-ласковым голосом: – Ну-ка, дай поближе глянуть…

Чешуйка метнулся в сторону и с безопасного расстояния скорчил конюху рожу. Серебро!..

* * *

Притихли ссоры, оборвались на полуслове хвастливые матросские байки, перестали греметь костяшками игроки в «радугу». Власть в трактире захватил волнующе низкий, страстный голос женщины, закачавший все сердца на упругих волнах песни:

По тебе затосковала.

Все забавы – прочь!

Буду чайкой у причала

Биться день и ночь,

Буду я попутный ветер

В парус зазывать,

Буду солнечные сети

Над водой сплетать.

И в тоске неутолимой

Крик летит, маня:

«На причал сойди, любимый,

Обними меня!»

Лисонька скользила меж столами – и при последних словах песни остановилась возле Щегла, который замер, не донеся до губ чашу с вином.

«Как он смотрит на меня! О Безликие, как смотрит! Почти совсем как раньше, тогда…

Вот именно. Почти…»

Подвыпившие, празднично настроенные гости восторженно орали и стучали по столам. Поэтому только Кудлатый, сидевший рядом со Щеглом, сумел расслышать то, что девушка сказала его спутнику:

– Я научу тебя, как найти алхимика. Но не за деньги. Приходи в сарайчик… ну, ты знаешь… Один раз, самый последний. Со мной тебе не понадобится любовное зелье.

И поплыла меж столами к выходу.

Глаза юноши, и без того раззадоренного песней, засветились лукаво и весело.

– Хорошая плата, достойная. Жди меня тут, я попрощаюсь и вернусь.

Кудлатый попытался возразить, но Щегол уже встал и двинулся следом за девушкой.

Его спутник с досадой уставился в окно. Ему был виден двор, стена сарая, приоткрытая дверь. Видно было, как, перейдя двор, в эту дверь вошла рыжеволосая девушка в зеленом платье. Вскоре туда же с довольным видом нырнул Щегол.

Кудлатый тихо выругался, хлебнул вина и принялся терпеливо ждать, не сводя глаз с окна, чтобы не упустить момент, когда этот неосторожный мальчишка покинет сарай.