Обитель Тьмы - Антон Грановский

Тело Бранимира решили сжечь там, где оно лежало. Рамон поначалу хотел стащить его с муравейника, но когда увидел, какими были эти «муравьи», переменил свое решение и сам навалил на труп воеводы сухого хвороста.

– Боже мой, похоже, в Гиблом месте нет нормальных существ, – проговорил он, смахнув в огонь маленькую трехголовую муравьиноподобную тварь, которая пыталась прогрызть ему рукав.

Глеб на это ничего не сказал. Он достал из кармана зажигалку, откинул металлическую крышку и крутанул колесико. Кремний издал резкий, шаркающий звук, но лепесток пламени из сопла не выскочил. Глеб крутанул колесико «Зиппы» еще раз. Потом еще раз. И еще. Но огонь так и не появился.

– Дьявол! – выругался Глеб. – Кажется, зажигалка накрылась.

Он еще несколько раз щелкнул кремнием впустую, потом с досадой сплюнул на траву и сунул зажигалку в карман куртки.

– Что будем делать, Первоход? – осведомился Рамон.

– Ничего. Оставим тело как есть.

Толмач взглянул на трехголовых муравьев, снующих по обезглавленному телу Бранимира, и с сомнением проговорил:

– Но эти твари его сожрут.

– Тем лучше. Все. Объявляю похоронную церемонию законченной. Бери сумку и пошли.

Толмач нахмурился, но возражать не стал. Пока собирались, оба не проронили ни звука. Лишь снова тронувшись в путь, оба нашли в себе силы и желание для разговора.

– Как думаешь, что это было за чудовище? – спросил толмач, шагая по лесу рядом с Глебом.

– Не знаю, – сухо ответил тот. – Ясно одно – эта тварь способна менять облик, как сказочный Метаморф. Возможно, сама по себе она бесформенна и просто трансформирует свое тело, подделываясь под того, кого только что сожрала.

Толмач побледнел и перекрестился.

– Откуда же могло взяться подобное чудовище? – спросил он.

Глеб ухмыльнулся и ответил вопросом на вопрос:

– А откуда они все берутся?

Вопрос был риторический, но Рамон задумчиво нахмурился и после паузы ответил:

– Думаю, врата Преисподней прикрыты неплотно. И через эту щель время от времени на Землю выбирается какая-нибудь адская тварь.

Глеб дернул расцарапанной щекой и небрежно проговорил:

– Все может быть. Но об этом мы погадаем как-нибудь потом. Кишеньское кладбище рядом, толмач. Сейчас продеремся сквозь вот эти кусты – и будем на месте. Ты готов?

– Да.

– Тогда вперед.

Выбравшись из кустов, странники остановились, и лица их вытянулись от удивления. В зарослях камыша, осоки и желтого рогоза мерцала гладкая кромка воды.

– Боже! – выдохнул Рамон. – Откуда здесь взялось озеро?

Глеб молчал. Легкая дымка окутала склон на том берегу, где между деревьями смутно виднелись надгробия, и некоторые из них вплотную подходили к воде. Легкий ветерок покачивал голые ветки, шуршал высокой травой.

– Половина кладбища ушла под воду, – снова заговорил Рамон, хмуро глядя на другой берег. – На дне этого озера – древние могилы.

Глеб сложил над глазами ладонь козырьком и вгляделся в противоположный берег.

– Твою мать… – тихо выругался он. – Рамон, ты это видишь?

– Что?

– Там, на другом берегу!

Рамон, прищурившись, посмотрел на противоположный берег.

– Я вижу только могилы и надгробия, которые подступают к самой кромке озера и уходят под воду, – сказал он.

– Посмотри лучше.

Толмач снова вгляделся вдаль и покачал головой.

– Это все, что я вижу, Первоход. А что видишь ты?