Возрождение - Ирина Матлак

— Это хорошо. Значит, паутина действительно работает. Но и вы, Мира, сильно изменились. Я очень рад, что вы последовали моему совету и постарались абстрагироваться от видений.

Они находились в аудитории прорицания, куда Мира пришла после пар. Всю последнюю неделю профессор Като не только давал ей советы, как контролировать дар, но и помогал его развить.

Мира смутилась и робко улыбнулась.

— Ваши советы очень ценны.

У дверей аудитории ее, как всегда, ждал Каин. Он регулярно встречал Миру после дополнительных занятий и провожал до комнаты. Она несколько раз пыталась убедить его перестать это делать, но рыжик только отмахивался и говорил, что ему нетрудно. Постепенно Мира стала замечать, что он относится к ней иначе, чем прежде. Каин жертвовал своим личным временем, стараясь как можно чаще с ней видеться, и Мира подозревала, что он испытывает к ней совсем не дружескую симпатию. Сама же прорицательница видела в нем именно друга. Хотя его повышенное внимание было ей приятно, Каин не вызывал в Мире тех восхитительных, кружащих голову чувств, какие она испытывала при виде профессора Като. Мира понимала, что никогда не сможет рассчитывать на взаимность и что они из совершенно разных вселенных, но упрямое сердце не желало ничего знать.

Войдя в комнату, прорицательница тяжело вздохнула и прислонилась спиной к двери. Соседка ужинала в столовой, и Мира была рада тому, что некоторое время может побыть в спокойном уединении. Она начинала уставать от постоянного шума и суеты, творящейся в академии. Каждодневные тренировки изматывали, хотя лорд Грэм и так делал ей поблажки, позволяя уделять меньше времени физическим нагрузкам и больше — плетениям.

Еще раз глубоко вздохнув, Мира подошла к кровати, собираясь отдохнуть после тяжелого дня, и внезапно заметила у окна странную тень. Занавеска слегка подрагивала, будто бы от дуновения ветра, магические лампы несколько раз мигнули, и их свет стал тусклым.

Сердце забилось чаще, и прорицательница медленно приблизилась к окну. Она резко отдернула занавеску, но за ней никого не было. Подгоняемая неприятным ощущением, что за ней кто-то наблюдает, Мира внимательно осмотрела всю комнату, не забыв заглянуть даже в ванную. Так и не обнаружив ничего странного, она списала свою подозрительность на переутомление, но уже через несколько мгновений поняла, что интуиция ее не подвела.

— Не меня ищешь? — раздался из угла комнаты насмешливый скрипучий голос.

Сердце, еще недавно бившееся как сумасшедшее, внезапно замерло. Посмотрев в сторону, откуда доносился голос, Мира увидела сидящую в кресле старуху. У той было морщинистое, усыпанное бородавками лицо, длинный крючковатый нос и пронзительные голубые глаза.

— Кто вы? — От испуга губы стали непослушными, а голос резко сел.

Старуха иронично усмехнулась.

— Доброжелатель. Решила предложить тебе помощь.

Мира совершенно не понимала, что происходит, чего от нее хотят и как эта пожилая женщина вообще оказалась в ее комнате. С ответом она не нашлась и промолчала, ожидая продолжения.

— Ты ведь влюблена в Берта Като? — не заставила себя ждать гостья.

— Как вы…

— Я знаю гораздо больше, чем ты можешь вообразить, — постукивая пальцами по подлокотнику, ответила старуха на недосказанный вопрос. — И хочу заключить с тобой сделку. Ты ведь желаешь, чтобы он ответил взаимностью? Мечтаешь о том, чтобы вы были вместе?

— Это н-невозможно! — запнувшись, запальчиво проговорила Мира. — Зачем вы все это говорите?

— Затем, что могу осуществить твое желание. — Старуха испытующе посмотрела ей в глаза. — Я сделаю так, что он на тебе женится, будет любить, холить и лелеять.

Мира отрицательно замотала головой и снова повторила:

— Это невозможно! Он — высший аристократ, член совета магов, а я…

— А ты станешь ему достойной парой, — невозмутимо закончила старуха и выразительно приподняла бровь. — Конечно, если примешь мои условия.

Воображение Миры уже нарисовало картины светлого будущего и, перестав думать о нереальности происходящего, она глухо спросила:

— Какие?

— Вот это — другой разговор, — довольно улыбнулась гостья, обнажив почерневшие зубы. — Я готова исполнить все, что озвучила, в обмен на одну жизнь.

Мира ужаснулась:

— Что?! Я не понимаю…

— Все очень просто. — Старуха говорила с таким видом, словно речь шла о какой-то мелочи. — Ровно через год твой кузен напьется и утонет, решив искупаться в море. Это неизбежно. Но если ты согласишься на мое условие, то это произойдет уже завтра.

— И все равно не понимаю… — выдохнула ошарашенная Мира. — Как это связано со мной? Почему я должна делать такой выбор?

— Потому что это — мое условие, — вновь повторила гостья. — Подумай. Хорошенько подумай. Разве тебе жаль своего кузена? Вспомни, что пришлось пережить по его вине, сколько раз он над тобой издевался. Какая разница, когда он умрет? Год или один день — невелика разница для такого ничтожного человека, как он, ты не находишь?

Мира стояла, не в силах пошевелиться, и не могла вымолвить ни слова. В этот момент в ней словно пробудилась темная сторона, нашептывающая, что нужно согласиться. Действительно, разве ей есть дело до того, кто превращал ее жизнь в ад? Кто выгонял на улицу в мороз, не позволяя надеть верхнюю одежду, кто заставлял голодать, давая в день лишь заплесневелую краюшку черного хлеба? Человек, превративший ее в робкую тень, боящуюся возражать и даже просто говорить. Ему ведь все равно умирать через год… что значит этот короткий срок?

«Много», — возразила Мира сама себе.

Когда речь идет о жизни, важна каждая минута. И даже крохотная секунда становится дороже золота.

— Ну так как? — Проницательные голубые глаза пытливо всмотрелись в ее побледневшее лицо.

Мира обхватила голову руками, словно желая оградиться от манящего искушения. Несколько долгих мгновений она молчала, пытаясь собраться с мыслями, а после произнесла всего одно короткое слово:

— Нет.

— Уверена? — еще раз уточнила старуха. — Не пожалеешь?

— Я не имею нрава распоряжаться чужой судьбой. — Голос прорицательницы прозвучал неожиданно твердо. — Не знаю, кто вы такая и для чего это делаете, но на такое предложение я согласиться не могу. Лучше буду страдать от неразделенной любви, чем жить с мыслью о том, что из-за меня погиб человек. Пусть даже тот, которого я ненавижу.

Старуха на миг прикрыла глаза и, как показалось Мире, с облегчением выдохнула.

— Слава Первородным, я не ошиблась, — негромко проговорила она и, поднявшись с кресла, подошла к прорицательнице.

Не успела Мира опомниться, как старуха положила ей на лоб сухую шершавую ладонь и что-то негромко прошептала. Мира ощутила, как невероятная сила проникает в нее через это прикосновение, наполняя ее новым, неведомым чувством. Магия была теплой и светлой, и, хотя прорицательница не могла ее увидеть, она знала, что эта сила искрится.