Клетка без выхода - Роман Глушков

Вот в чем крылась причина моих провалов в памяти! Никто мне об этом пока не рассказывал, но можно было уже догадаться – коматозника Белкина просто выводили из симулайфа, а поскольку реальность я совершенно не воспринимал, отсюда и возникали в виртуальном мире эти стихийные приступы амнезии. Оказывается, ничего такого, о чем следовало бы волноваться. Хотя приятного, конечно, тоже мало.

«Обездушенная» Анна не впала в апатию, однако переменилась довольно заметно. Целительница будто нарочно решила изобразить перед нами разбитную пустоголовую дурочку: ее проницательный до этого взгляд опустел и подернулся томной поволокой, а язычок несколько раз выразительно облизал губы. При этом Анна стреляла глазами то в меня, то в маэстро, раза по три в минуту меняла позу, приподнимая юбки, перекидывала ногу на ногу и поглаживала себя по бедрам. Когда же она откинула голову назад и рассмеялась легким игривым смехом, а потом попыталась ухватить маэстро за ремень и привлечь того к себе, я от такого зрелища чуть не выронил штуцер прямо в руки Фило. А он в данную минуту презрительно отвернулся от подруги и делал вид, что его больше интересует гравировка на кубке.

Гвидо невозмутимо отстранился и отступил на шаг, продолжая, однако, приглядывать за домогавшейся его целительницей. Я понятия не имел, как настраивался автономный режим игровых дублей, но полагал, что вряд ли Пиранья выбрала для своей Анны настройки по умолчанию. Не иначе, с выходом хозяйки из Аута в ее безнадзорном дубле оставалось все то, что она не желала выносить за пределы симулайфа. Кем была неуловимая крэкерша Пиранья в настоящей жизни? Возможно, скромной стеснительной девушкой, внутри которой в действительности бушевали такие ураганы страстей, какие можно было выпустить на волю только в свободном Терра Нубладо. Симулайф все стерпит и всем воздаст по желаниям их... Хотя вроде бы на эту тему я уже философствовал, и не раз...

Анна не произнесла ни слова, но момент, когда ее настоящая душа возвратилась в виртуальное тело, я определил безошибочно. Удивительное, почти мистическое преображение личности, которое в реальности воспроизведет только гениальный актер. Наполненный ненасытной животной страстью, взгляд Анны буквально за пару секунд остыл, если можно так выразится – протрезвел, – а затем вновь стал осмысленным. Мгновение – и перед нами сидит совершенно другая женщина. Анна будто очнулась от наваждения, вызванного неким колдовством. Или, что больше походило на правду, ее фирменным чудодейственным «Провокатором».

Гвидо внимательно осмотрел пришедшую в себя целительницу, убедился, что она больше не намерена лезть к нему в ширинку, после чего осмотрелся и недовольно осведомился:

– И где же Кассандра?

– Имей терпение, респетадо миротворец, – ответила Анна, одергивая юбку и прикрывая обнаженное бедро. – Сейчас придет ваша маленькая подружка. Она во внутреннем дворе, там, где и находилась все это время. Я оставила ей записку с указанием, куда идти. Надеюсь, не заблудится.

– В чем заключался секрет невидимой башни? – спросил я вымогателей. Фило и Анна не являлись одержимыми, но созданная ими искусственная аномалия нуждалась в тщательном изучении. Как абсолютно новая стратегия Дисбаланса, чьи щупальца добрались-таки и до неживой природы. Одержимые Величием были уже давно исследованным контингентом, но, когда против меня ополчались крэкеры более высокого уровня, их методы тоже следовало изучать.

Фило и Анна посмотрели друг на друга, молча обменялись скупыми, едва заметными знаками, потом лекарь махнула рукой и кивнула, а на лице диктатора появилось довольное выражение – похоже, он одержал верх в этом коротком немом споре.

– Эта информация продается! – с вызовом заявил Фило. Решение его выглядело вполне здравым и своевременным – грех было упускать возможность заработать на руинах башни Забвения выходную компенсацию.

– Назови цену, – холодно прищурившись, потребовал Патрик-Гвидо. Сейчас с вымогателями говорил не заботливый отец, а исполнительный директор влиятельной корпорации.

«Гном» в сосредоточенных раздумьях искривил бровь и зацокал языком. От ответа крэкера зависело, продешевит он или совершит одну из самых выгодных сделок в своей жизни. «Терра», конечно, фирма богатая, но переплачивать она тоже вряд ли станет. Крэкерский секрет пусть и уникален, но засвечен и имеет авторское клеймо, а следовательно, продать его кому-то и остаться в тени нельзя. А так получится хоть небольшая компенсация, зато практически легальная, почти что продажа авторских прав...

Ответить Фило не успел, поскольку в этот момент в зале появилась Кассандра. Вид у нее был немного растерянный, но к схватке – неважно какой, словесной или на кулаках, – она была готова. На случай второго варианта девушка даже прихватила по пути короткий кинжал, вероятно вытащенный из ножен у какого-нибудь пьяного вдрызг скитальца. Но когда освобожденная узница разглядела в темноте нас, она замерла в замешательстве.

Первым Кассандра опознала Гвидо, потому что он оказался к ней ближе всех.

– Ты?! – недоверчиво произнесла девушка. Папой она маэстро не назвала, и правильно – не время и не место было афишировать эту пикантную деталь. Однако удивление Кассандры сразу переросло в изумление, когда она обнаружила меня, рассевшегося на столе возле понурого и озадаченного продажей «недвижимости» диктатора.

– И ты тоже здесь?! – вконец оторопела прорицательница. – Как вы оба сюда попали?

Анна не потрудилась объяснить Кассандре подробности, просто выгнала ее из башни с запиской в руке и сейчас с интересом следила за бывшей пленницей, а также за нашей реакцией на ее появление.

– Как твое самочувствие? – невозмутимо спросил Гвидо, но за строгостью его голоса все равно слышалась отцовская забота.

– Нормально, – бросила в ответ Анабель-Кассандра. Радость встречи она скрывала уже не столь умело, хотя тоже старалась сохранять хладнокровие. – Так что у вас тут за сборище?

– Все вопросы – позже! – отрезал добившийся своего отец. – Подойди ко мне!

Девушка спрятала кинжал под пончо, за пояс и подчинилась.

– Ближе! – снова попросил Гвидо, и когда дочь подошла к нему почти вплотную, придирчиво осмотрел ее с ног до головы, после чего задал странный вопрос: – Как звали твою любимую канарейку и от чего она издохла?

Кассандра сверкнула глазами, обиженно посопела, но ответила:

– Желторотик. Я забыла запереть клетку, и птичку съела наша кошка.

– Прошу прощения, но я обязан был задать тебе этот вопрос, чтобы убедиться, что ты – это ты, – пояснил Гвидо.

– Убедился? – насупившись, поинтересовалась Кассандра. – Теперь доволен?

– Да, – признался маэстро. – Эти недобросовестные господа могли подсунуть нам и копию твоего дубля. Но им не удалось бы заставить фальшивку досконально выучить все подробности твоей жизни. Еще раз извини меня, девочка, но это были необходимые меры предосторожности.

– Только не надо подозревать нас в нарушении договора, респетадо миротворец! – возмутился Фило. – Никто и не думал водить вас за нос! Мы свое слово держим! Хотелось бы посмотреть, как вы держите свое! Итак, вы согласны заплатить за подробную информацию о башне Забвения? Уверяю вас, она стоит той суммы, что мы вам предложим...