Череп Субботы - Георгий Зотов

(Гонаивъ и блiжайшия окрестности)

Приступ мучений прошел через час. Каледин поймал себя на мысли, что начинает к этому привыкать. Скоро, уже очень скоро их внутренности должны истечь кровью, времени на исцеление оставалось в обрез. Номер в отеле «Империаль» (центр Гонаива) стоил 100 долларов. Скидку давать наотрез отказались, хотя больше в гостинице никто не жил. Как обычно, в самых нищих странах строятся наиболее шикарные отели, и «Империаль» в этом смысле не разочаровал. Комната размером с конференц-зал, кремовые стены в раскрашенных деревянных масках, личный дворецкий по звонку, сплит-кондиционер и горячая вода в блещущей чистотой ванной. Само собой, наличествовала кровать с десятком подушек любых размеров, от крохотной до большой, словно их хотели вложить в матрешку. Урядник Майлов тактично занял комнату по соседству. Удобства его мало интересовали, но он оценил, что в цену номера включен безлимитный ром. По завершении приступа боли Федор заглянул в ближайшую лавочку — там он, по мнению Алисы, приобрел ужасно бесполезную вещицу. Эта вещица одиноко стояла на журнальном столике, а сам Каледин, лежа в кровати, поглядывал на часы.

«Что можно такую уйму времени в ванне делать? — думал он. — Ведь явно назло мне — целых двадцать минут уже моется».

Ответом ему был щелчок замка в душевой, появилась Алиса, замотанная в полотенце. С рыжих волос на блестящие мокрые плечи струилась вода.

— Только с презервативом, — сухо и официально объявила она.

— Нет нигде, — зевнув, ответил Каледин. — Да и потом, пойми, чем ты рискуешь. Это ж бедная республика. Тут презервативы стираются после употребления, а потом продаются заново. И так примерно двадцать раз.

— Ладно, — согласилась Алиса. — Но знай — в глубине сердца я тебя презираю за твое редкое свинство. Сейчас ты получишь мое тело — но не мою душу.

— Да без проблем, — усмехнулся циничный Каледин. — Мне и так сойдет.

— Скотина, — устало сказала Алиса, срывая с себя полотенце.

В уши урядника Майлова, мирно спящего в соседнем номере, сквозь сон прорвалась уйма пугающих звуков. Что-то скрипело, как бешеное, перемежаясь с визгом пружин, стучали по полу ножки кровати, звенели шлепки по телу. Всплесками неслись женские стоны, переходящие в звериный вой. Один раз Майлов хотел перекреститься, но решил, что во сне это необязательно. Мистический концерт продолжался минут сорок — далее неизвестные бесы затихли, и урядник благополучно уснул сном младенца.

…Голая Алиса, лежа поверх одеяла, уронила голову на плечо Каледина. Она сильно, частыми толчками выдыхала воздух — на манер спринтера после длинной дистанции. Последнее, что ей запомнилось, — дикий женский крик, и кажется, это кричала она сама. Стало ужасно хорошо. Алиса поймала себя на мысли, что почти растекается по кровати, подобно тающему мороженому. Хм, в следующий раз тоже надо заплатить Каледину натурой за необходимую для жизни вещь. О, скорее бы этот случай подвернулся…

— Чума, — кратко охарактеризовала Алиса. — Ты хорош, Каледин.

— А то я не знаю, — ответил тот королевским тоном.

— Надо было предохраняться, — пожурила Алиса. — Но ты…

— …Я не хотел обламывать кайф, — зевнул Каледин. — После твоего оргазма завидно стало, хотелось получить по заслугам. Вообще, все у нас в постели не как у людей. Вот скажи, почему ты никогда не симулируешь оргазм?

— Незачем, — пожала плечами Алиса. — А для чего женщины симулируют?

— Они думают, что мужиков это колышет, — осклабился Каледин.

Ругаться Алисе не хотелось, она пропустила подколку мимо ушей. Маска женщины-воина на стене, как показалось, подмигнула ей красным глазом.

— Ладно, я с тобой расплатилась, — в голосе Алисы вновь появились нотки официальности. — Теперь, будь добр, давай выполняй свою часть договора.