Один из леса - Андрей Левицкий

– Что у тебя такое с лицом стало? – удивился Калуга.

Бросившись к столу, я положил листок, схватил фонарик и направил луч на текст.

Михаил Владимирович Тополь. 1965 г.р. Полковник. Руководитель службы безопасности КИБО-3…

– Ну? – спросил Калуга. – Из-за чего так напрягся?

– Это он, – хрипло сказал я.

– Что? Кто он?

– Мой напарник.

– Вот этот мужик? В смысле, тот, кого бандюги убили, из-за чего ты за ними пошел?

– Да. Он здесь служил. Я так и думал, но точно не знал… Он здесь служил до Пандемии!

Неожиданно для самого себя я схватил Калугу за шиворот, притянул, нагнувшись через стол, и отрывисто заговорил, выпаливая слова прямо в его изумленное лицо:

– Один бандит, Кузьма, был вохровцем. Зэков охранял. Их сюда привозили. Зачем? Что с ними тут делали? Для опытов.

– Не-не, погоди, а может, они были как приманка на полигоне для боевых мутантов, ну то есть этих «подопытных», про которых мы в бумажке той прочли? Ну или спарринг-партнеры? Смертники? – предположил Калуга.

Это сбило меня с мысли, я оттолкнул его от себя и выпрямился. Провел рукой по лицу, глубоко вздохнув, заговорил медленнее, спокойнее:

– Еще раз… Сюда привозили зэков. Здесь над ними ставили какие-то опыты. Или использовали для испытаний. Может, действительно зэки были пушечным мясом для мутантов? Хотя это все не так легко, зэки – не рабы, их нельзя просто взять и сгноить на секретном объекте, все это надо оформлять, утрясать, получать кучу разрешений. В общем, я сейчас не об этом. Наш общий с Михаилом знакомый, Сигизмунд с Черного Рынка, говорил, что за несколько лет до Пандемии Михаил выпал из поля зрения. Вроде пропал куда-то. Сигизмунд тоже был военным, и раньше они общались. Значит, тогда Миша попал на службу на этот объект, поэтому и пропал. Комплекс – секретный, замаскирован под обычную военную базу. Миша занимался местной охраной, безопасностью. И Кузьма его здесь видел.

Я начал расстегивать ремень.

– Ты чего раздеваешься? – изумился Калуга.

Выдернув ремешок, я раскрыл потайной карман, достал кулон на цепочке и выщелкнул пластинку микросхемы.

– А это что такое, брат?

– Его мне дал Михаил. То есть не дал – оставил, когда его схватили. Это ключ… от чего-то в этом КИБО. От какого-то места. К нему и рвется Метис. Только у него ключа нет, и он про него, наверное, не знает. Значит, даже когда попадет в то место – внутрь попасть не сможет. Наверное.

– Именно, что наверное. Ты слишком уж много напредполагал. Это может быть ключ от чего угодно. Не обязательно же от двери, может – от сейфа. Или нужен для включения какой-то системы.

– Ты прав. Но я вот что еще думаю: все это связано с темным кругом в центре комплекса.

– Так ты его называешь – темный круг? На самом деле там, в центре, я думаю…

– Знаю, что ты думаешь, я и сам так думаю. Вот дойдем туда – и увидим. Или ты со мной дальше не пойдешь?

Я поднял на него взгляд, впервые подумав о том, что Калуге, вообще-то, до всего происходящего не должно быть особого дела. Во всяком случае, не настолько, чтоб сложить тут голову. Все и сейчас очень рискованно, а очень скоро самая жара начнется.

– Теперь слушай внимательно, – сказал я. – Первое: Метис мог сдохнуть, а мог и выжить. Один или с кем-то… Пока мы не знаем, но я буду исходить из того, что он жив. Второе: если он жив, то идет к тому месту в центре комплекса. Наверное – уже дошел. Третье: там что-то спрятано. Что-то важное. Четвертое: в том месте слишком опасно находиться. И пятое: тебе дальше идти не обязательно.

– Как же не обязательно? Ты что думаешь, я такой шанс упущу?

– Я бы на твоем месте упустил. Мертвецу шансы не нужны.

Вылупив в растерянности глаза, Калуга потоптался на месте, вдруг рванул остатки шоколада из кармана, отломив кусок, сорвал фольгу, сунул в рот и стал жевать. Потом заговорил:

– Нет, брат, так не годится. На болоте ты мне жизнь спас, без тебя они бы меня вытаскивать не стали. Да и любопытно мне очень. Если уйду – потом всю жизнь только и буду думать, что же там такое спрятано. Усохну от беспокойства. Идем дальше вместе.

Я перевел взгляд на листок бумаги с фотографией, оставшийся на столе. Молча взял его, дважды свернул, положил в карман и, подхватив со стола нож, пошел к двери. Мы встали с двух сторон от нее, подняв оружие. Я кивнул Калуге, и он отпер замок. Лязгнули штыри, выходя из пазов в стене. Я навалился на дверь и, когда она раскрылась, выпрыгнул наружу.

Рассеянный, слабенький свет пробивался под лестницу из холла. Трупа мутанта за дверью не было.