Сын безумия - Алексей Бергман

«Потом, мой мальчик, все потом…»

«Ты не хочешь говорить со мной?»

«Я устала от мысленного обмена. Опустошена. Дай мне передышку…»

И Зафс отступил. Даяна пыталась сосредоточиться на чем-то главном, но чехарда образов, рождающихся в ее сознании, показывала, как плохо это получается. Все перепуталось, смешалось. И лишь в одном Зафс был уверен абсолютно — ненависти к Ранвалу не было в мыслях матери. Обида, недовольство, горечь и боль разлуки — все было. Но эти чувства окрашивала грусть. Досада. «Как все не вовремя! — мелькало в голове, и тут же вспыхивало предупреждение: — Не вмешивайся, Зафс!»

Зафс отступил. Вышел на крыльцо, и очень скоро к нему присоединился Эйринам.

— Кто были эти люди, Зафс?

— Стража герцога Урвата. Мы находимся на его землях. Верлена и Сакхрал — его дети.

— Герцог отец двойняшек? — не слишком удивился Эйринам.

— Да. И видимо, отец требовательный.

— Он призвал их ко двору?

— Призвал, если это можно так назвать. Он давно собирался перевезти детей в столицу, но мама ждала меня и отказывалась.

— Ну надо же, как все запутано! — воскликнул профессор. — Дети, живущие в лесу, — наследники короны!

— Не знаю, к счастью или к сожалению, но это так. Кроме Сакхрала, у герцога нет наследников мужского пола. А на этой планете мальчики имеют безусловное преимущество и только при их отсутствии корона переходит по женской линии.

— У герцога есть еще две дочери, рожденные наложницами, — раздался за их спинами усталый голос леди Геспард, — и племянник. Сын принцессы Аймины. Но Сакхрал — единственный сын Ранвала.

— Признайтесь, миледи, редкое везение для иноземной женщины — родить наследника трона, — то ли в шутку, то ли всерьез поклонился Эйринам.

— Это проклятие, профессор, — не согласилась Даяна и вздохнула: — Я родила своих детей для тревожной жизни.

— Не надо укорять себя, мама, — тихо вставил Зафс. — Сейчас нам надо думать, как вернуть Верлену и Сакхрала.

Леди Геспард отошла к невысокой деревянной решетке, опоясывающей веранду, оперлась обеими руками о теплое дерево и, глядя на сверкающую серебром полоску осенней реки, проговорила:

— Вряд ли это получится. Он не позволит. Верлена предупреждала меня об этом…

— Предупреждала? — Зафс подошел к матери, перегнулся через перила и заглянул ей в лицо. — Сестра знала, что их похитят?

— Да.

— Именно сегодня?!

— Нет, — резко оттолкнувшись от ограды, сказала Даяна. — И потому я удивлена. Отчего дочь так легко уехала со стражниками и не попыталась хотя бы предостеречь нас от грозящей опасности?

— Когда и что конкретно говорила тебе Верлена?

— «Скоро за нами приедут стражники», — говорила она. Точного времени не называла. И еще говорила что-то о боге. Якобы он не даст их в обиду. Но, как видишь, — Даяна развела руками, — дочь ошиблась. Боги этой земли всегда на стороне сильных…

— Нет, — медленно покачал головой легис, — Верлена не ошиблась. Ты просто неправильно поняла ее слова. Богом девочка называет своего брата. Меня.

— Это фантазии! — горячо возразила мать. — Глупые и наивные! Детские.

— Тогда почему она не предупредила нас о появлении стражников?

— Не знаю!

— А я, пожалуй, знаю. Догадываюсь. Она не сопротивлялась, позволила себя забрать именно потому, что хотела быть увезенной. Девочка думает, что только я могу как-то повлиять на герцога и как-то разрубить этот старый узел, который связал вас и Ранвала. Верлена надеется, что я смогу отстоять ваше право на самостоятельную жизнь.

— Отстоять?! — воскликнула Даяна. — Ты не понимаешь, о чем говоришь! Ранвал — правитель! Он и так слишком долго ждал моего повиновения. Тебе не отдадут детей! Закон и сила на стороне отца.

— Я поеду в замок и привезу сестру и брата, — мягко, но настойчиво проговорил Зафс. — Если потребуется, заберу их силой.

— И ты думаешь, тебе позволят сделать это без кровопролития?! Зафс, это какая-то ловушка! Тебе осталось каких-то несколько дней до совершеннолетия! Совсем немного! Ты думаешь, что похищение сестры и брата на следующее утро после твоего появления на этой планете — всего лишь совпадение?! Такого не бывает!

— И все же я поеду. Я доверяю предчувствиям Верлены не только как человек, но и как легис. В поведении сестры присутствует логика. Много лет герцог был уверен, что вы беззащитны. И именно сейчас наступило время показать ему, что это далеко не так. У вас есть защитник. И это я.

— Нет! Тебе нельзя проливать кровь! Ты столько лет провел в тупом ожидании и собираешься потерять все за несколько дней до абсолютной, полной свободы?!

— Я не хочу проливать кровь, мама, — терпеливо настаивал сын. — Герцог разумный человек…

— Разумный?! — Даяна запрокинула голову и хрипло театрально захохотала: — Мальчик мой, когда у мужчины на голове тяжелая корона, она частично выдавливает мозги! Ранвал разумен, только когда ему это выгодно. Его власть безгранична, и он упрям, как тысяча ослов. Если он решил отобрать у меня детей, то теперь уже не отдаст их никогда!

— А если тебе согласиться на переезд в замок? — все так же мягко спросил Зафс.

— Это невозможно, — сказала Даяна и пристально посмотрела ему в глаза.

Зафс коснулся мыслей матери и ужаснулся. «В замке нас умертвят, мама, — сказала как-то Верлена. Девочка играла, сидя на круглом ковре детской комнаты, и разговаривала больше с куклой, чем с матерью. И оттого ее слова прозвучали особенно жутко. — Скорее всего, отравят… Сначала Сакхрала, потом меня… Нам нельзя там жить…»

Мигом побледневшая кожа Зафса туго обтянула обострившиеся скулы, и легис просипел:

— Кто? Кто отважится это сделать?

— Верлена не знает, — грустно покачала головой Даяна. — Но жизнь в замке опасна для них.

— Ранвал знает об этом?

— Нет. Я не рассказывала ему о даре дочери. Верлена попросила меня не делать этого.

— Странная малышка, — задумчиво глядя на мать, проговорил Зафс. — Она рассуждает как настоящий легис: способности должны храниться в тайне…

— Я сама много раз ловила себя на этой мысли, — согласилась Даяна. — Как думаешь, не сыграл ли роль и здесь эффект «коробки из-под магнита»? Что, если Верлене через материнское чрево передались некоторые из твоих способностей? Ведь на меня твои телепатические возможности перешли. Ты развил мой мозг, когда им пользовался…

— Коробка из-под магнита, — пробормотал Зафс. — Ты думаешь, что мое рождение навсегда изменило некоторые волновые показатели твоего тела?

— Да.

— А что еще у сестры от легисов?

— Знания. Они бродят в ней бессистемно, то выплывают наружу, то тонут в недрах недетской памяти. Порой я слышу, как Верлена рассказывает Сакхралу или тряпичной кукле сказки. И эти истории бывают достоверны, как «всплески» коллективной памяти легисов. Слишком достоверны. И слишком пугающи. Я, — Даяна запнулась, — я даже надела на нее сережку из витахрома. Вдруг Верлена «заражена» памятью легисов?!