Поле брани - Дейв Дункан

Если бы только ей дали поспать! Но сегодня жертв так много, что пытки могут продолжаться до рассвета.

– Кейди?

Кажется, она задремала. И разбудил ее не крик, а шепот. Вскрикнув, она резко села, но ее приглушенный крик прозвучал скорее как стон. Дрожащей рукой она пыталась нащупать свой клинок.

– Кто здесь?

– Это я.

– Уходи!

Кейди почувствовала облегчение. Это был Кровавый Клюв. Теперь она могла разглядеть его. В сарае стоял полумрак.

– Мне надо поговорить с тобой.

– Мы разговаривали сегодня весь день. И завтра ты сможешь говорить весь день. Уходи. Я сплю.

– Ты плакала, я слышал. – Кровавый Клюв подошел ближе. – Почему ты плакала?

Он уже очень хорошо говорил по-импски, особенно когда посторонние его не слышали.

– Я не плакала. А если даже и так, почему это я не могу поплакать? Какое тебе дело? Уходи!

Кейди держала рапиру наготове, хотя ее ладонь была влажной и липкой и рука дрожала так, что она сомневалась, сможет ли воспользоваться оружием. Сердце бешено колотилось. Она уже заколола одного гоблина и убьет Кровавого Клюва, если тот попытается дотронуться до нее. Да, убьет!

Он не стал подходить слишком близко. Он присел в стороне на тюк соломы, так что она не могла дотянуться до него.

– Не хочу, чтобы ты плакала.

Кейди не нашлась, что ответить. И чем дольше размышляла над его словами, тем более неуместными они ей казались. Совершенно неуместными.

– Кейди, я о тебе беспокоюсь.

И эти слова неуместны тоже.

– Что случилось? – Отблеск костра осветил его лицо и грудь, заляпанные темными пятнами. – Ты ранена?

– Нет.

– Но это кровь!

– Да. Я нечаянно перерезал артерию. У нее тошнота подкатила к горлу. Кейди никогда не позволяла ему говорить о том, чем он занимался по вечерам. Пыталась убедить себя в том, что он не участвовал в этих кровавых вакханалиях, хотя и знала, что участвовал.

– Ты убил его?

Он издал какой-то звук, подозрительно похожий на всхлип.

– Я выставил себя дураком, Кейди! Они позволили мне начать, и я так волновался, что моя рука соскользнула. – Кровавый Клюв стукнул кулаком по земле. – Что за идиотская штука! К тому же он был лучший из всех. Его бы хватило на… А тебе действительно интересно слушать?

«Нет!» – хотелось в ужасе крикнуть ей. И все же она могла понять его боль и обиду. Другие гоблины станут смеяться над ним. Он, должно быть, чувствовал себя проигравшим, как здоровяк Брэк, которого поборол тощий Гэт, или как любой имп, которого обманули. И вполне вероятно, что воины теперь будут с меньшей охотой выполнять его приказания.

– Я рада, что этот человек умер легко, – сказала она. – Мне жаль, что ты расстроен. А теперь, пожалуйста, уходи.

Он не ответил, только молча вытирал подсыхающую кровь, которая забрызгала его с ног до головы.

– Что-нибудь не так? – шепотом спросила она.

– Отец сошел с ума, – произнес Кровавый Клюв так тихо, что она едва расслышала.

Птица Смерти всегда был сумасшедшим, но она не должна говорить этого вслух.

– Почему? Что он делает?

– Ничего! В этом-то вся беда. И не мне одному так кажется. Другие тоже об этом говорят. Он не поворачивает назад. Мы идем и идем на юг. Ты знаешь, что за горы мы видели?

– Это были облака.

– Такие облака бывают только над горами. Это те самые горы, на другом краю Империи. Мосвипс, вот как они называются. Он протащил нас через всю Империю!

– Я знаю. И ты давно это знаешь. Мы уже говорили об этом.

– Но… Но легионы оказались за нами! Нам надо поворачивать назад, а мы всё идем вперед.

– Ему придется повернуть, когда он дойдет… до моря.

Жаль, что она мало внимания уделяла урокам географии.

– И тогда по одну сторону от нас будут легионы, а по другую – море.

Раньше Кровавый Клюв ни словом не обмолвился об этом.

– Ты думаешь, я могу повлиять на его решение? – спросила она недоверчиво.

– Ты? Боги, конечно нет! Я думаю, он давно забыл про тебя. Он и за мной-то больше почти не посылает. – Голос Кровавого Клюва выдавал его неуверенность.

Неожиданный истошный вопль на улице известил, что гоблины принялись за свежую жертву. Не обращая внимания на крик, Кейди ждала продолжения.

– Кейди… Никто пока не пришел и не спас тебя.

– Еще придет!

Она очень хотела бы верить этому.

– Кейди… Если бы я помог тебе бежать… Ты бы хотела?

Она задрожала с головы до ног:

– Как?!

– Не знаю, – грустно сказал Кровавый Клюв. – Я не уверен, что смогу. Но если бы я мог, я бы непременно сделал это! При первой же возможности я постараюсь помочь…

Кейди и представить себе не могла, каким образом он поможет ей бежать, но ее сердце, казалось, вот-вот разорвется от волнения. Воображение услужливо подсказало, как она добирается до одного из тех особняков, которые видела, – вроде дворца в Кинвэйле, если только их еще не сожгли и там еще живут люди, богатые люди, импы. Они, наверное, чистые и хорошо одеты. «Извините, что я так неожиданно, но я принцесса Кадолайн из Краснегара, и я только что сбежала от гоблинов…»

– Но почему?..

Кровавый Клюв долго молчал, и Кейди решила, что он вообще не хочет отвечать ей, когда он наконец произнес:

– Потому что все мы погибнем!

– Вы же раньше побеждали легионы один за другим.

– Только два, если быть точным. – Голос его сделался пронзительным. – Но теперь им просто остается охотиться за нами. Мы обогнали их, вот в чем дело, и, повернув назад, наткнемся на дюжины легионов. На сотни легионов!

Должно быть, так оно и есть. И ни одному гоблину не удастся сбежать. Никто из них не сможет пробраться обратно в Пондаг через всю Империю. И особенно королевский сын.

– Знаешь, мне кажется, твой отец подумал об этом. Возможно, у него есть какой-то план, о котором он никому не рассказывает.

– Я надеюсь! На это все надеются.

– Но если бы я могла бежать… да, мне этого очень бы хотелось, Кровавый Клюв! Я была бы очень тебе благодарна. Я всем рассказала бы, как ты мне помог, и попросила для тебя снисхождения.

– Мне этого не надо! – отрезал он сердито. – Ты думаешь, я трус? – Его голос зазвенел от возмущения. – Думаешь, пытаюсь спасти свою шкуру?