Танец на разбитых зеркалах - Кармаль Герцен

Адам сидел на кровати — с каждым часом, с каждым днем его болезнь все больше его ослабляла. Просто бледное прежде лицо стало землистым, щеки ввалились, блеск голубых глаз пропал. Ему становилось все хуже.

Натан стоял рядом с Клэрити, подпирая стену плечом и бросая на Акиру настороженные взгляды. Он так ее защищал… Это осознание приносило и радость, и горечь. Ведь когда они попадут к мойре… Клэрити тряхнула головой. Не время думать о плохом. Нужно спасти Каролину.

— Что мне нужно будет делать? — осведомилась она.

Акиру перевел взгляд с леди Вуарей на Клэрити.

— Найти ее, а после найти выход.

— Не понимаю.

— Демоница использует ментальную магию, чтобы удерживать сознания хозяек похищенных ею тел. А значит, она их где-то держит. Это должна быть некая проекция. Не знаю, что это, но… Если найдешь выход, сможешь заставить демоницу перестать подавлять сознание дочери.

— А что будет с ее собственным сознанием? Сознанием леди Вуарей?

— Думаю, она затаится до тех пор, пока не поймет, что ей угрожает. Не думаю, что она захочет попасть в мир живых, где от ее магии не останется и следа, а от нее самой — лишь слабый голос в голове ребенка. Но в любом случае твою дочь надо освободить до того, как вы вернетесь в родную реальность. Если личность Каролины останется подавленной…

— То, очутившись в мире живых, она может не прийти в себя? — тихо спросила Клэрити. — Сойти с ума?

— Или впадет в состояние, когда перестанет реагировать на окружающий мир. Может впасть в летаргию или даже кому.

По лицам Натана и Адама было видно, что они не поняли ни слова.

— Ты один из тех, кто сохраняет память о прошлой жизни? — догадалась Клэрити.

— Ангелам это подвластно, — сухо сказал Акиру. — Даже падшим.

Она резко выдохнула, потерла ставшими вдруг холодными ладонями лицо.

— Хорошо. Давай… сделаем это.

— Для начала тебе нужно заснуть. Только так я смогу заключить твое сознание в тело демоницы. Но будь осторожна — я не знаю, что творится в ее голове и какие ловушки она может поставить, если вдруг догадается о нашем плане. Или если уже догадалась.

Клэрити кивнула и, покопавшись в сумке, вынула флакончик с темной жидкостью.

— У меня еще осталось немного сонного зелья. Без него мне точно не уснуть. — И, запрокинув голову, выпила все до последней капли.

Натан нашел ее взгляд своим, твердо сказал:

— Я буду рядом.

— Не сомневаюсь, — тепло ответила Клэрити.

Не сумела сдержать нежной улыбки, хотя давно дала себе обещание не давать Натану напрасных надежд. Она не может остаться в Преисподней, что бы ни чувствовала к нему. Каролине нужна нормальная жизнь. Они обе ее заслужили.

Сонное зелье подействовало быстро: мысли начали путаться, собираясь в тугой клубок, веки отяжелели. Клэрити легла на кровать напротив кровати леди Вуарей и, едва коснувшись головой подушки, заснула.

В первое мгновение показалось, что она просто видит сон. Сон, в котором она вернулась во Дворец Тысячи Огней. Решив, что не имеет смысла сопротивляться собственному видению, Клэрити неторопливо поднялась в бальную залу. Непривычная тишина, нарушаемая лишь звуком ее шагов, будто набила ваты в уши. Смолкли разговоры и кокетливые смешки, затихла музыка — проклятые Архонтом музыканты исчезли со сцены. Но бальная зала не была пуста — на стоящем в глубине сцены троне восседало существо, лишь отдаленно напоминающее человека. Клэрити не могла толком ее рассмотреть; все, что она видела — темную, словно бы дымчатую кожу и длинные черные волосы. Леди Вуарей — в своем истинном, демоническом, воплощении.

Клэрити не знала, что побудило ее замереть — прежде, чем дочь Архонта заметит ее появление, а затем и вовсе на цыпочках сбежать на несколько ступеней вниз. Она остановилась, приложив руку к груди и чувствуя собственное сердцебиение. Нет, это не сон. Акиру действительно переместил ее сознание в тело, которое занимала сейчас леди Вуарей. В тело Каролины.

И вот она, проекция, о которой говорил падший ангел. Не пустыня, не фэнтезийная реальность. Нет, проекцией сознания дочери Архонта была ее обитель, опустевший Дворец Тысячи Огней.

И где-то здесь пряталась Каролина.

Клэрити быстро сбежала по ступеням — на носочках, чтобы стуком каблуков ненароком не выдать свое присутствие в голове леди Вуарей. Уже по знакомому пути направилась к боковой лестнице, по пути заглядывая за расставленные у стен белые софы — вдруг там прятался кто-то из детей?

На третьем этаже было прохладно и пусто. Тишина резала по ушам, перебиваемая лишь оглушительными ударами сердца. Клэрити заглянула в первую попавшуюся дверь. Там, где жили живые куклы леди Вуарей, сейчас на кукольных кроватях лежали обычные — с пластмассовыми телами и искусственной, слишком блестящей шевелюрой. Клэрити передернула плечами: в голове демоницы и впрямь царил хаос. Сколько бы ни было ей лет, кажется, она навсегда застряла в детстве. Травма это, психическое отклонение или же свойственная ей, как любому демону, уязвимость, но взрослеть леди Вуарей не торопилась.

Только игрушки ее стали другими.

— Есть тут кто-нибудь? — неуверенно спросила Клэрити.

Откуда-то сбоку раздался шорох: кажется, застигнутая врасплох, невидимка пыталась спрятаться получше.

— Эй, я не причиню тебе вреда! — мягко сказала Клэрити, вслепую двигаясь по комнате и заглядывая во все углы. Шкаф оказался пуст, корзина для белья — тоже.

— Я хочу найти свою дочь… Ее зовут Каролина.

Из-за кровати показалась темная макушка, следом — удивленно распахнутые глаза. Прелестное создание лет семи выбралось из-под кровати, отряхивая колени.

— Каролина? Я ее знаю! Она последняя из тех, кого похитила Злыдня!

— Злыдня? — Клэрити закусила губу, чтобы не улыбнуться и не обидеть этим юную незнакомку. В конце концов, она имела полное право так называть леди Вуарей. — Да, Каролина последняя. Мне… жаль, что так случилось с вами.

— Ничего, — печально улыбнулась девчушка. — Нам и здесь неплохо. Только… леди Вуарей не разрешает нам играть. Она обычно спит с открытыми глазами — потому что ее сознание нужно… ну, там, откуда нас забрали.

— В реальности, да, — тихо сказала Клэрити.

— Но стоит нам пройти мимо нее — она просыпается. И кричит. Кричит, чтобы мы не высовывались и сидели как мыши, иначе она превратиться в громадного кота и всех нас переловит. А потом… делает нам больно.

Клэрити сглотнула. Присела на корточки перед ней.

— О, милая, мне так жаль… И жаль, что я… Я не знаю, как вам помочь. Ваши тела…

— Уничтожены, знаю. — Незнакомка сосредоточенно кивнула. — Мы иногда слышим, что происходит… там. Когда Злыдня устает, она теряет… теряет…